— Спасибо, мам, — сказала Карен, кладя телефонную трубку и начиная собираться.
— Думаю, твой папа не расстроится, если разок попьет чай без тебя, — улыбнулась Этель. — Иди же.
Карен узнала Яна Паттерсона, как только его увидела. Она вспомнила худого серьезного мужчину, одетого в футболку с надписью «Спасем планету», которого видела на летнем барбекю. Сегодня он был одет в хлопковый пиджак поверх шотландского свитера, темно-зеленые вельветовые брюки и башмаки на толстой подошве. Они не стали обмениваться рукопожатием, и Карен смогла только выдавить бледную улыбку.
— Ну, пойдем? — выдохнула она.
Им пришлось подождать своей очереди в коридоре, где сильно пахло дезинфектантами, а выкрашенные зеленой краской казенные стены пестрели различными предупреждениями и плакатами, обещающими вознаграждение за информацию. Чужой мир, подумала Карен, терпеливо ожидая, пока мужчина перед ней пытался объяснить, почему он не может показать свои водительские права.
Ей пришлось сделать шаг назад, поскольку мужчина вдруг резко повернулся и пошатываясь ринулся из комнаты. Она шагнула к столу, за которым сидел полицейский среднего возраста, и объяснила, почему они с Паттерсоном здесь.
— Мы ничего не можем сделать, — вынес вердикт полицейский еще прежде, чем она закончила, для большей убедительности захлопнув свой журнал.
— Что вы хотите сказать? — воскликнула Карен, опешив от такой бесцеремонности. — Вы должны хоть что-то предпринять. Это ваша работа. Два человека пропали!
— Они оба взрослые люди. Если они решили уехать вместе, это не является нарушением закона. Сожалею, но мы не вмешиваемся в семейные дела, — сказал сержант.
— Но они не «решили уехать вместе», — не унималась Карен. — Они пропали, и, может быть, лежат сейчас где-нибудь в горах! Вы же не хотите, чтобы это было на вашей совести? Не могли бы вы связаться с полицией Уэльса и попросить их выяснить хоть что-то?
За спиной Карен собралась очередь, сержанту стало неловко. Он взял телефон и, коротко переговорив, сказал:
— Инспектор Грант хочет поговорить с вами, мадам. Он объяснит наши полномочия по таким вопросам.
Карен и Паттерсона отвели в маленький кабинет, которому недоставало освещения, пространства и хотя бы элементарного комфорта. Им предложили два жестких стула, отчего у Карен возникло ощущение, что их вызвали в кабинет директора школы за какую-то провинность. На этот раз объяснять, что случилось, взялся Паттерсон, а Карен время от времени вставляла реплики. Когда они закончили, Грант покивал с умным видом и сказал то же самое, что и сержант в приемной:
— Полиция не вмешивается в семейные дела.
— Но разве вы не видите — это лишь предположение со стороны руководства компании, что Питер и жена Яна сбежали вместе? Они с таким же успехом могли попасть в аварию или получить травму где-нибудь в горах…
Грант задумчиво посмотрел на нее.
— Тот человек, который сообщил, что они сбежали, — его зовут Гроссарт, вы сказали? — спросил он.
— Пол Гроссарт из Леман Геномикс. Он управляющий директор.
— Номер телефона?
Карен повторила номер по памяти, Грант записал его, затем встал и ушел в другой кабинет. Вернувшись, он сказал:
— Простите, но мы действительно ничего не можем сделать.
— Что сказал мистер Гроссарт? — требовательно спросила Карен. — Он предложил вам хоть какое-то доказательство того, что Питер и Эми сбежали вместе?
Грант явно испытывал неловкость.
— Вообще-то нет, — признался он. — Но у работодателей чутье на такие вещи. Я знаю, вам трудно смириться с этим, и я вам очень сочувствую, но, честно говоря, такое случается гораздо чаще, чем вам кажется.
— То есть вы не будете нам помогать?
— Не столько «не буду», сколько «не могу», — сказал Грант. — С точки зрения закона, они оба взрослые люди, а у нас свободная страна.
У Карен внезапно закончился весь адреналин. Ее плечи сгорбились, и она почувствовала, как ее накрывает волна отчаяния. Слезы градом покатились по лицу.
Видимо, это подействовало на Гранта.
— Они оба отправились в Уэльс на своих машинах? — вдруг спросил он.
Карен покачала головой.
— Нет, транспорт им обеспечила компания.
— Мистер Гроссарт не сообщил о пропаже грузовика, — задумчиво сказал Грант. — Где находится эта полевая станция?
Карен озадаченно посмотрела на Яна, который пожал плечами в ответ.
— Никто из вас не знает?
— Думаю, Питер сам не знал точно, — сказала Карен растерянно.
— И Эми мне не говорила, — добавил Паттерсон.
— То есть вы не можете писать им, отправлять посылки, даже если бы захотели?
— Видимо, нет, — согласилась Карен. — Да такой необходимости и не было. Наверное, мы могли бы посылать им что-то через компанию. Но у нас был телефонный номер. Вначале я каждый вечер разговаривала с Питером.
— Это уже что-то, — сказал Грант. — У вас есть этот номер телефона?
Порывшись в сумочке, Кейт вытащила листок бумаги. Извинившись, Грант, вернувшись через несколько минут, сообщил:
— Я уточнил у мистера Гроссарта насчет автомобиля. Он считает, что они поехали в Уэльс на «Лэнд-Ровере» компании, но не уверен.
— Не уверен? — хором воскликнули Карен и Паттерсон.
Судя по выражению лица, Грант разделял их удивление.
— Он перезвонит мне и назовет марку автомобиля и ее номер, а также выяснит, сообщала ли компания о ее пропаже.
Карен и Паттерсон молчали несколько мгновений, переваривая информацию.
— Я еще раз хочу подчеркнуть, что в данной ситуации мы ничего не можем предпринять, если только автомобиль не объявят украденным, но… в интересах предотвращения преступлений, назовем это так, я могу сообщить номер автомобиля своим коллегам в Уэльсе. Если этот автомобиль по-прежнему находится в Северном Уэльсе, они могут остановить водителя и расспросить его о владельце автомобиля и пункте назначения.
— Спасибо! — с чувством сказала Карен. — Мы правда просто не знаем, что делать.
— Что касается телефонного номера, который дал вам Гроссарт, его нет в телефонном справочнике, поэтому я не могу сообщить вам никакую информацию. — С этими словами полицейский подвинул к ним листок бумаги с адресом.
— Понятно, — сказала Карен, пряча листок в сумочку. — Спасибо, что согласились поговорить с нами, инспектор.
— Простите, что больше ничем не могу вам помочь, — сказал Грант, вставая, чтобы проводить их до дверей.
Остановившись на тротуаре, Карен достала листок бумаги и прочитала:
— «Экспериментальная полевая станция „Плас-и-Бренин“, рядом с Капел Кьюриг, Гвинед, Северный Уэльс». — Она посмотрела на Паттерсона и решительно заявила: — Я еду туда. Я хочу знать наверняка. Что скажете? Вы едете со мной?
— Хорошо, — сказал Паттерсон. — Давайте возьмем мою машину — она с четырехколесным приводом.
Следующим утром Карен вручила Келли своей матери вместе с сумкой с вещами, необходимыми для ухода за семимесячным ребенком. Она крепко обняла Этель и сказала:
— Вот для чего на свете нужны бабушки.
— А ты не знала? — улыбнулась Этель, покачивая Келли на руках.
— Я позвоню, как только мы доберемся туда.
— Главное — не торопись. И будь осторожна!
Кивнув, Карен побежала к своей машине. Была уже половина восьмого, а она договорилась встретиться с Яном Паттерсоном возле дома в восемь. Несмотря на все опасения, выбравшись наконец из медленно тащившегося потока машин в час пик, она опоздала всего на несколько минут. Карен поставила машину в маленький встроенный гараж и заперла его, затем помчалась домой, чтобы взять сумку, которую оставила у входа.
Паттерсон ждал, сидя в темно-зеленой «Тойоте Лэнд-Круизер», пестревшей наклейками с изображениями диких животных, одна из которых сообщала, что он является членом Королевского общества защиты птиц. В сознании Карен почему-то отпечаталась фраза «Спасем китов и дельфинов», и, взбираясь на пассажирское сиденье, она размышляла, каким образом Паттерсон собирается их спасать.
