– Ну, – Дабао цокнул языком, – я слышал об этом, но никогда не встречал.
– Если подвести итог, то убийца бросил еще живого ребенка в чан, после чего стянул с нее штанишки и изнасиловал? – Я с большой неохотой реконструировал события того дня.
Наставник кивнул.
– Он, похоже, не в ладах с головой, – процедил через стиснутые зубы Дабао.
Учитель, указав на него пальцем, ответил:
– В этот раз очень вероятно, что ты прав. Я только что осмотрел повреждения на спине Чжу Фэн, и, кажется, твое наблюдение имеет под собой основание.
– На них напал психически больной человек?
Я подошел к телу Чжу Фэн, приподнял рубашку и увидел странные колотые раны на спине.
– Мы можем только предположить, что у него есть психические отклонения, – сказал учитель. – Он очень раздражительный, почти как маленький ребенок. Психбольные убивают просто так, без цели. У нашего же убийцы цель была – деньги. А раз она была, значит, убийца не душевнобольной, он четко осознавал свои действия.
Мы с Дабао перенесли тело Чжу Фэн на секционный стол, после чего обтерли ее мокрой марлей от крови.
– На руках погибшей видны следы сопротивления, об этом говорят ее раны. – Я начал измерять их, продолжая говорить: – Также на лице множественные раны от рубящих ударов, самый глубокий из которых привел к линейному перелому черепа.
– Ее увечья не такие серьезные, как у Гу Сянлань, – заметил Дабао. – Чжу Фэн, скорее всего, умерла от потери крови.
– Это ожидаемо, – ответил наставник. – Гу Сянлань лежала на кровати головой на подушке, когда на нее напали. Конечно, ее травмы оказались глубже и тяжелее. Чжу Фэн сопротивлялась, уворачивалась, поэтому травмы оказались легкими.
– Учитель, на ее теле нет следов удерживания. – Я внимательно осмотрел подкожную ткань на суставах жертвы.
Наставник оперся на край секционного стола и, опустив голову, ответил:
– Верно, и это подтверждает ранее высказанное предположение о слабости убийцы. По своему физическому развитию он недалеко ушел от жертв.
– Он не сильнее хрупкой девушки? – уточнил Дабао. – Убийца что, тоже женщина?
Наставник снова уставился на него:
– Стала бы женщина насиловать маленькую девочку?
Дабао уж было открыл рот, но решил промолчать.
– Если брать во внимание ваши слова, учитель, – начал я, – то убийца – ребенок?
– Ребенок с ногой сорокового размера? – вмешался следователь.
– Не исключено, – ответил наставник. – Когда-то был серийный убийца с тридцать седьмым размером обуви. Многие эксперты, проведя расчеты, предположили, что серийник – худой мужчина ростом менее ста шестидесяти сантиметров. Но когда дело было раскрыто, убийцей оказался мелкопалый крепкий мужчина ростом выше метра восьмидесяти. Часто индивидуальные особенности человека не совпадают с нашими расчетами.
– А еще эти порезы…
Я протер марлей спину Чжу Фэн, где оказалось больше тридцати однонаправленных маленьких ран длиной менее одного сантиметра. Один край пореза был тупой, другой острый. Полость раны имела очевидную форму треугольника. На спинке пижамы Чжу Фэн находились похожие разрезы.
– Это…
Наставник, взмахом руки остановив меня, разрезал кожу на спине Чжу Фэн, разделив слои мышц, и между глубокими слоями проявились темные кровоподтеки.
– Теперь все встало на свои места, – сказал наставник. – Травмы были нанесены в агональной стадии – это подтверждают глубокие мышцы спины и повреждения от давления на них.
– Убийца, зарубив покойную, сел ей на спину, а затем продолжил легонько протыкать ее углом острия топора?
Мастер улыбнулся и удовлетворенно кивнул.
– Да. А теперь проанализируйте с точки зрения криминальной психологии, в каком душевном состоянии находился убийца в этот момент.
Я опустил глаза и задумался. Ответа у меня не было.
– Он упивался и хвастался своей победой, – нарушил молчание Дабао.
– Плюс десять очков Дабао за верный ответ, – ответил наставник. – Такое поведение дополнительно подчеркивает психическую неуравновешенность убийцы.
Дабао засиял от гордости.
– Исходя из всего того, что вы говорите, начальник Чэнь, – начал следователь, – убийца, вероятно, ребенок? Это может сильно повлиять на ход расследования. Вы уверены?
Наставник помотал головой:
– Нет, не уверен, поэтому собираюсь еще раз осмотреть место преступления. Прошло слишком много времени, а криминалисты так и не выяснили, как преступник попал в дом жертв. Это недопустимо.
* * *
Пообедав, мы вернулись на место преступления, где встретили Линь Тао, который все еще что-то изучал. Увидев нас, он сказал:
– Начальник Чэнь, мы кое-что нашли.
– Я же говорил вам, – начальник улыбнулся. – Уже сто лет прошло, должно было хоть что-то найтись…
Линь Тао привел нас в ванную комнату.
– По направлению скрытой крови можно сказать, что преступник после убийства трех людей вышел через главный вход, небрежно прикрыв за собой дверь. Что же касается того, как он пробрался на место преступления, мы пока теряемся в догадках. Если исключить вероятность, что у убийцы был ключ, остается только это место.
Мы подняли глаза наверх и увидели небольшое окошко.
– Такое крохотное? – спросил я. – Да кто же пролезет через него?
– Да-а, – протянул Линь Тао, – мы тоже поломали над этим головы. Если б он влез в окно головой вперед, то непременно упал бы и ушибся без опоры под ногами. Он мог забраться на подоконник, сесть на корточки, а затем, извернувшись, спрыгнуть в комнату. Именно поэтому мы сейчас тщательно обследуем область вокруг окна и подоконник.
– Похоже, вы нашли что-то, что подтверждает версию с окном, я прав? – Глаза наставника горели от предвкушения.
Линь Тао, улыбаясь, кивнул.
– Верно. Мы обнаружили грязные следы ног на подоконнике и в ванной комнате, которые совпали с кровавыми отпечатками на месте убийства.
– Замечательно! – воскликнул наставник. – Вот и вход нашелся… Кстати, вы еще не проводили следственный эксперимент? Какой рост должен быть у человека, чтобы он мог пролезть через такое маленькое окошко?
– Проводили, – ответил Линь Тао. – Эксперимент показал, что худощавый мужчина ростом метр шестьдесят в это окно не пролезет.
– То есть пролезть сможет только мужчина ростом не выше метра пятидесяти, – заключил я. – Тогда мы имеем дело с ребенком.
Линь Тао кивнул.
– Начальник Чэнь, когда вы говорите про ребенка… о каком возрасте, по вашему мнению, может идти речь? – робко спросил следователь, почесывая затылок. – Можно ли это как-то определить?
– Психически нездоровый, не старше шестнадцати лет. – Наставник сделал небольшую паузу, после которой добавил: – Сексуально неполноценный, старше тринадцати.
– А вы не можете сказать, был он с ними знаком или случайно набрел на их дом? Просто сейчас многие банды воришек состоят из ребят тринадцати-четырнадцати лет. Поэтому нам очень важно понять, был ли он с ними знаком, от этого зависит весь ход расследования.
Наставник опустил взгляд на пол и задумался.
– Пока сложно сказать, но то, что он не стал переворачивать весь дом в поисках чем поживиться, а сразу же направился к прикроватной тумбочке, означает, что целью была именно она. А раз он о ней знал, значит, был знаком с этой семьей.
– Убийца мог начать с тумбочки, жертва проснулась, и он ее убил, – предположил я. – А после этого мог больше никуда не лезть, потому что испугался, что разбудит остальных членов семьи или по какой-то другой причине.
Наставник одобрительно кивнул.
– Что ж, мы действительно не можем исключать такую возможность. Тогда давайте еще раз внимательно рассмотрим главную цель убийцы – прикроватную тумбочку…
4
Мы еще раз осмотрели тумбочку из красного дерева. В этот раз я заметил, как хорошо она была сделана. Швы с четырех углов тумбочки плотные, но не было даже намека на гвозди, их очень хорошо спрятали.
