— Каждый производитель латекса использует свой рецепт, несколько отличающийся от рецептов других предприятий. Конечно, и перчатки, изготовленные одной и той же фирмой, могут отличаться друг от друга количеством того или иного содержащегося в них элемента. Но эта разница довольно незначительна.
— Значит, эти перчатки — не пара?
— Они даже произведены разными компаниями.
Лакруа поднялся со стула и пошел к машине, чтобы извлечь из нее перчатку.
— Может, какой-то другой тест выдаст нам иную информацию?
— Уверяю вас, мы сделали все, что требовалось.
— А что, если они просто из разных коробок?
Лакруа посмотрел на меня:
— Сейчас я кое-что вам покажу.
Он прошел в главную лабораторию, о чем-то переговорил с ассистентом, вернулся с пачкой распечаток с изображением вытянутых полосок и холмиков и разложил их на столе:
— Посмотрите, какими незначительными были бы различия изображений, если бы эти перчатки изготовил один и тот же производитель.
Он придвинул ко мне несколько листов. Я внимательно рассмотрела холмы и полосы. Их размеры не совпадали идеально, но и не различались настолько разительно, насколько распечатки исследования двух перчаток, которые принесла я.
— Вот другие экземпляры. — Лакруа пододвинул ко мне еще несколько листов.
Я перевела на них взгляд и затаила дыхание. Один из рисунков показался мне очень знакомым. Zn. Fe. Ca. S. Si. Mg. Высокое содержание цинка, кремния и кальция. Я взяла распечатки результатов исследования перчаток Гэбби и приложила к этому листу. Изображения практически совпали.
— А вот эти перчатки изготовлены одним производителем, мсье Лакруа?
— Да-да. Именно это я и пытаюсь вам объяснить.
— Когда вы исследовали эту перчатку? — Мое сердце заколотилось быстрее.
— По-моему, несколько недель назад. — Он посмотрел на номер. 327468. — Если хотите, я посмотрю в компьютере, что это за дело.
— Да, пожалуйста.
Я уставилась на данные, высветившиеся на мониторе компьютера. Номер: 327468. Номер ЛМЛ: 29427. Запрос от: КУМ. Следователи: Л. Клодель, М. Шарбонно. Место обнаружения: 1422, улица Берже. Дата обнаружения: 24.06.94.
Старая перчатка в квартире Сен-Жака. Клодель решил, что владелец той конуры просто-напросто печется о своих руках. По его мнению, этот тип занимается в перчатках уборкой. Перчатка Сен-Жака была такой же, как перчатка Гэбби.
Я поблагодарила мсье Лакруа и направилась сдавать перчатки. Мысли неслись с сумасшедшей скоростью. Перчатка с кухни Тэнгуэя отличалась от той, которую мы нашли на теле Гэбби. На ней обнаружили капли крови животного. И его отпечатки пальцев. Перчатка Гэбби была чистой. У Сен-Жака тоже нашли перчатку. Такую же, как в могиле Гэбби. Что же все это значит?
На столе в своем офисе я увидела розовый листок с клеевым краем. Сообщение о том, что фотографии с улицы Берже отсканированы и хранятся на диске. Я позвонила в штаб и сказала, что через несколько минут за ним заеду.
Направляясь туда, я проклинала час пик и туристов, запрудивших окрестности старого порта. Втиснув свою «мазду» между двумя машинами, я вошла в здание штаба и сразу поднялась по лестнице на третий этаж. Как ни странно, диск, за которым я приехала, уже находился у встретившего меня дежурного сержанта. Я расписалась за него и, вернувшись в машину, засунула в портфель.
По дороге домой я постоянно смотрела в зеркало заднего вида, ища взглядом преследователя. Ища взглядом Тэнгуэя. Сен-Жака. Я ничего не могла с собой поделать.
37
Я приехала домой в пять тридцать и в тишине гостиной стала думать, что еще могу предпринять. Ничего. Райан прав. Тэнгуэй мог находиться где-то поблизости, выжидать удобного момента, чтобы прикончить меня.
Следовало чем-то себя занять. Я решила сходить на рынок и что-нибудь купить к ужину.
Выйдя из подъезда, я посмотрела направо и налево. Двое полицейских стояли на аллее рядом с пиццерией. Я кивнула им и махнула рукой в сторону Сен-Катрин. Они тоже мне кивнули, и один из них медленно зашагал за мной.
Направляясь к рынку, я спиной чувствовала, что сопровождающий меня коп раздражен. Мне было наплевать. В такой чудесный день я просто не могла сидеть дома. Я только вечером заметила, что погода изменилась: жара спала, на ярко-синем небе появились огромные белые облака, землю покрыли пятна тени. Мне стало чуть легче.
Я сразу прошла в отдел «Овощи-фрукты» и с сосредоточенностью нейрохирурга занялась оценкой цвета бананов, выбором авокадо, брокколи, картофеля, брюссельской капусты. Покупкой французского батона в булочной. Шоколадного мусса в кондитерской. Свиных котлет и говядины в мясном отделе.
Когда продавец снял с крючка пилу и принялся отпиливать приглянувшийся мне кусок мяса, мои мысли опять переключились на тему убийств. Я попыталась заставить себя подумать о чем-нибудь другом, но не сумела. Пила мясника? Ее может купить кто угодно. Полиция СК уже проработала этот вопрос, связавшись со всеми точками распространения таких пил в провинции. За последние годы их продали несколько тысяч.
И?..
Я уже давно поняла: если начинаешь выуживать некую идею откуда-то из подсознания, это занятие увлекает тебя все больше и больше и вскоре мысль всплывает на поверхность.
Я заплатила за мясо и пошла домой коротким путем — через улицу Сен-Катрин.
В мое отсутствие кто-то звонил. Я уставилась на мигающую красную лампочку автоответчика, продолжая держать в руках сумки.
«Что, если это Тэнгуэй? — прогремело в мозгу. — Оставил ли он сообщение или просто помолчал в трубку?»
— Не становись истеричкой, Бреннан, — произнесла я вслух. — Позвонить мог и кто-нибудь другой. Например, Райан.
Я опустила сумки на пол, вытерла об одежду повлажневшие ладони и нажала кнопку. Это был не Тэнгуэй. Кое-кто посерьезнее.
— Привет, мама. С тобой все в порядке? Эй! Ты там? — Ее слова сопровождал шум улицы, как будто она звонила из автомата. — Мам, я собираюсь к тебе приехать. Макс оказался последним дерьмом. Он мне больше не нужен.
Я услышала, как кто-то что-то ей сказал.
— Подожди минутку, — ответила она, на мгновение отдалившись от трубки. — Мам, у меня появилась возможность съездить в Нью-Йорк, причем бесплатно, представляешь? Оттуда я направлюсь к тебе. Так что скоро увидимся. Пока!
— Нет! Не приезжай сюда, Кэти! — воскликнула я.
Кошмар какой-то! Гэбби мертва. Психопат, ее убивший, зарыл вместе с ней в землю нашу с Кэти фотографию. А теперь Кэти едет сюда!
У меня громко застучало в висках. Голова закружилась. Я должна остановить ее. Но как? Я не знала, где она находится.
Пит.
Набирая его номер, я вспоминала фрагмент из прошлого. Кэти три года. Мы в парке. Она насыпает песок в пластмассовые ведерки. Наблюдая за ней, я разговариваю с другой молодой мамочкой. Неожиданно Кэти бросает свои ведра и бежит к металлическим качелям-пони. Ее лицо сияет, на нем написано восхищение цветной гривой и уздечкой, летающими туда-сюда в воздухе. Я знаю, что качели вот-вот ударят ее, но ничего не могу сделать.
Сейчас происходило то же самое.
Не дозвонившись до Пита по прямому телефону, я набрала номер его секретарши. Она сказала, что Пит уехал по делам. Разумеется. Я оставила сообщение, положила трубку и уставилась на автоответчик.
А несколько мгновений спустя закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь хоть немного успокоиться. Мой затылок был словно зажат в тиски. Меня бросало то в жар, то в холод.
— Ничего подобного не случится!
Я открыла глаза и увидела Берди, удивленно рассматривавшего меня из дальнего угла комнаты.
— Ничего подобного не случится! — повторила я, обращаясь к нему.
Кот, не моргая, продолжал смотреть на меня круглыми желтыми глазами.
— Какой-то выход должен быть.
Берди выгнул спину, потянулся, составил все четыре лапки вместе и сел, окружив себя хвостом.
— Я что-нибудь придумаю. Сидеть на месте и ждать, что этот дьявол опять выпустит свои поганые когти, на этот раз в мою дочь, — нет! Я так не могу.
