— Мы можем взглянуть на комнату Грейс? — поторопила она. Ей казалось, что стены коридора начинают на неё давить.
Фрэнсис привела их в большую спальню с кремовыми стенами и атласным постельным бельем цвета ежевичного джема — точь-в-точь как пятнистая сыпь на руках Лайлы. Аккуратные подушки лежали на идеально заправленном покрывале. Дорогие кремы для лица с псевдомедицинскими названиями выстроились на туалетном столике в строгую линию. Корзина для бумаг была пуста, душевая кабина сияла. Единственным признаком того, что здесь живет живой человек, была стопка учебников на прикроватной тумбочке с розовыми язычками закладок-стикеров.
— Она всегда такая аккуратная? — спросила Лайла.
Фрэнсис рассмеялась:
— Ни в коем случае. Она оставляет беспорядок везде, где появляется, но у нас есть горничные, которые приходят трижды в неделю и вычищают всё до блеска. Они были здесь вчера утром, уже после её ухода.
— К вам всегда приходит одна и та же горничная? — спросил Джимми.
— Несколько разных, может, пять? По крайней мере, двух из них зовут Пэм. Или Сэм, не помню.
Лайла и Джимми обменялись взглядом: они оба думали о Фрэнсис Кербишли одно и то же.
— Но я не знаю, кто приходил вчера, — продолжала та. — Я ушла в то же время, что и Грейс. У горничных есть ключи. Я стараюсь с ними не пересекаться.
— Нам нужно название клининговой компании, если можно. И, — Лайла обвела взглядом поверхности, — я заметила, что здесь нет компьютера для учебы. У Грейс есть ноутбук или планшет?
— И то, и другое. А еще телефон и часы Apple Watch.
Не дожидаясь просьбы, Джимми уже звонил техническим специалистам в участок, чтобы отследить устройства. Он вышел в коридор.
— Она взяла их с собой в машину, — добавила Фрэнсис, — так как собиралась по магазинам, а потом в библиотеку. Нам нужно дописать эссе до начала каникул.
Лайла бы не отказалась от «недели чтения». Семь дней, чтобы наверстать всё, что она собиралась прочитать за последние годы. Существуют ли «читательские отпуска»? Должны существовать.
— Куда именно она поехала за покупками?
— В «Уэсткуэй». — Это был самый большой торговый центр Саутгемптона. Лайле всегда нравилось пытаться «победить систему» в тамошнем безлимитном буфете. Но она полагала, что Грейс скорее была на стороне системы; в конце концов, она сама была её частью.
Хотя это и не уберегло её от похищения. Лайла вспомнила грустный взгляд Грейс.
— Было ли что-то необычное в поведении Грейс вчера или в предыдущие дни?
— Кроме того, что она не пришла в «Девон», — сказала Фрэнсис, — ничего не припоминаю.
— «Девон»? — переспросил Джимми, возвращаясь в комнату.
Фрэнсис посмотрела на него так, будто не могла поверить в его невежество:
— Бар в спа-отеле «Уоттлдаун».
«Уоттлдаун» был одним из самых эксклюзивных отелей Нью-Фореста с закрытым клубом. Лайла однажды допрашивала там генерального менеджера после жалобы на сексуальные домогательства. Удобно для менеджера, именно в день инцидента камеры видеонаблюдения в отеле почему-то не работали.
— Я знаю, вы уже рассказывали это другому офицеру, но давайте еще раз пройдемся по хронологии. Когда вы должны были встретиться? — спросила Лайла.
— В пять, на коктейли, а потом ужин. Мы с Грейс, Герти и Робертс собирались планировать костюмы на Хэллоуин — я думала о зомби-версии Spice Girls.
— «Wannabe», которую съели? — съязвил Джимми.
Лайла бросила на него взгляд «сейчас не до шуток».
— Что произошло, когда она не пришла?
— Она обычно немного опаздывает, но когда её не было к восьми, и она не отвечала на звонки и сообщения, я заявила об её исчезновении.
Лайла слушала запись того звонка — голос Фрэнсис был немного невнятным, но девушка явно беспокоилась за подругу. В любой другой ситуации Лайла бы прочитала нотацию о поспешных выводах и трате времени полиции, но в этот раз Фрэнсис оказалась права.
— Нам нужно осмотреть её гардероб, если можно. Мы ищем вторую туфлю. — Лайла показала фотографию золотистой шпильки и сумочки.
Фрэнсис рассмеялась:
— Вы же не хотите сказать, что это вещи Грейс?
— Их нашли на месте предполагаемого похищения. На туфле и на сумке её отпечатки.
— Вы ошибаетесь. Грейс бы мертвой в таком не увидели. — Фрэнсис осеклась, осознав свои слова, но быстро взяла себя в руки. — И эта сумка просто ужасна.
Распахнув самый большой шкаф, она продемонстрировала полки с обувью от пола до потолка, расставленные по оттенкам. Никаких золотых туфель. В другом шкафу были сумки, многие — еще с бирками. Всё дизайнерское, ничего даже отдаленно похожего на вещи, найденные в лесу.
— Грейс могла уехать куда-то, не предупредив вас? — спросил Джимми.
— Исключено! Если бы Грейс решила сбежать, она бы сказала мне. Или позвала бы меня с собой. — Фрэнсис покосилась на дверь. — Это всё? У меня семинар через час.
— Что вы изучаете? — спросила Лайла, когда они пошли обратно к парадной двери.
— Социальную историю и политику.
Лайла подавила смешок, а Джимми покачал головой.
— Что? — спросила Фрэнсис.
— Ничего. Уверена, вы добьетесь больших успехов.
Фрэнсис кивнула с видом «еще бы», но вдруг остановилась у цветочной композиции, нахмурившись.
— Подождите, какой сегодня день?
— Среда, — ответил Джимми.
— Вы спрашивали, было ли что-то необычное? Так вот, это стояло здесь, когда я вернулась из «Девона» вчера вечером. Я тогда не обратила внимания — во-первых, злилась на Грейс за то, что она пропала, а во-вторых, нам привозят цветы каждую неделю.
— Везет же людям, — Лайле не дарили цветов уже сто лет. Каково это — жить как они?
— Но флорист обычно приходит по пятницам, чтобы у нас были свежие цветы к вечеринкам. И вчера утром здесь ничего не было, я точно помню, как клала сумку на стол, пока доставала телефон.
— Вы уверены, что доставку не сделали раньше? — спросила Лайла.
— Если сделали — я им устрою. Я заказываю сезонные композиции, а это тюльпаны. В октябре это никуда не годится. — Фрэнсис заглянула вглубь мха. — Ой, тут записка.
Достав крошечный красный конверт, она эффектным жестом вскрыла его.
Внутри была маленькая открытка с изображением мухомора на лицевой стороне и надписью на обороте:
Найдите Золушку до полуночи, иначе она потеряет гораздо больше, чем туфельку.
Глава 14. Синяя Золушка
«Золушки»
Глава вторая (Черновик 2) [5]
Её похититель был в подвальной кухне — готовил ужин. Запах масляных соусов и жареного мяса заставлял её желудок сжиматься, когда она вспоминала кровь, покрывавшую стены и пол комнаты на чердаке. Она старалась не думать о женщине, в чьих жилах когда-то текла эта кровь. Он может сделать это со мной. Он сделает это со мной. Я знаю, что он за человек. [6] Сколько бы она ни следовала его правилам, в один прекрасный день она сделает что-то, что ему не понравится, и тогда он вывернет её наизнанку — окровавленной стороной наружу.
Побег был единственным вариантом.
Теперь, когда ей разрешили перемещаться по дому, она смогла разведать возможные пути отхода. Передняя и задняя двери были заперты на висячие замки, ключи от которых болтались на тяжелой цепи, неизменно закрепленной у него на поясе. Она проверяла деревянные панели дверей на прочность и пыталась разбить окна. Она даже швырнула лампу в стену оранжереи, но та просто отскочила от закаленного стекла.
В книгах у героини почти всегда есть способ выбраться из скверной ситуации. Всё зависит лишь от того, кто в этой истории главный герой — она или он.
Но затем ей пришла в голову мысль. Что, если та единственная комната, в которую ей запрещено входить, закрыта именно потому, что это её путь к спасению? Она манила её.
