Как они всегда делали. Или хотели бы делать.
Патрик бросил к их ногам пару лопат. Он нес их всю дорогу из дома.
— Вперед, копайте! — приказал он, взмахнув кольтом.
Рафаэль в прострации уставился на инструменты.
Две мишени, две лопаты.
Две могилы.
Глава 36
— Ты уверен, что мы сами станем рыть себе могилы? — злобно процедил сквозь зубы Рафаэль. — Можешь даже не мечтать.
— А кто тебе говорил про две могилы? Хватит и одной. Во всяком случае, пока… Надо срочно закопать твоего дружка, который разлагается у меня в гараже, как считаешь? Или ты плохой христианин, брат мой?
Рафаэлю стало гораздо легче. Это не для них. Пока не для них…
— Давайте пошевеливайтесь, — добавил Патрик. — Иначе кто-то из вас двоих тоже ляжет в землю. Так, два метра в длину, один в ширину и полтора метра в глубину.
У Рафаэля вышла из строя правая рука, Вильям не мог работать левой.
Так что они взяли одну лопату и приступили к своей мрачной работе под наблюдением Патрика, который уселся на трухлявый пенек и принялся насвистывать, снова и снова.
Вильяма мучила головная боль, на лбу появилась огромная шишка. Но вопреки боли и почти безнадежной ситуации он странным образом почувствовал себя лучше.
Рафаэль не умер, это грело ему сердце.
Рафаэль не умер, так что у них еще был шанс.
* * *
— Вам легко меня судить…
Кристель, вытянувшись на боку, лежала с закрытыми глазами. Время от времени ее веки поднимались, но лишь на мгновение.
Она потеряла много крови и почти не слышала голос Сандры. Та словно говорила сама с собой, исповедуясь воображаемому священнику.
Монотонная музыка, похоронный марш.
— Мне тоже было плохо. В любом случае в жизни только так и бывает. Страдания, и ничего больше… Мы приходим в мир, чтобы терпеть самые страшные муки, пока не наступит конец. Здесь нет ничего хорошего. А потому лучшее, что можно сделать, — оказаться на правильной стороне. На стороне палачей, а не жертв. Так что я сменила сторону. Теперь гораздо лучше.
— Помоги мне! — взмолился слабый голос. — Помоги нам…
Сандра нахмурилась, она удивилась, что слышит Кристель. Оказалось, что скотч частично отклеился от ее губ.
— Знаете, уже слишком поздно…
— Помоги мне, шлюха!
Сандра взяла пачку сигарет Рафаэля, которая валялась на буфете, и зажгла одну из них. Хотя она почти не курила.
— Даже если бы я хотела, я бы не смогла. Слишком поздно, говорю вам. Вы умрете в любом случае. Вы уже мертвы. Вы все уже мертвы.
* * *
Он не переставал насвистывать. В это время два могильщика с трудом рыли яму. Оба искалеченные, вымотанные до предела.
— Ну что, закончили? — Папочка начал проявлять нетерпение.
Он подошел ближе, стараясь все же держаться на разумном расстоянии.
На расстоянии черенка лопаты.
— Пойдет, — решил он. — Идем отсюда.
Рафаэль выбрался из ямы первым, протянул здоровую руку Вильяму.
— Теперь за квартирантом. Давайте вперед.
И они снова зашагали в слепящем тумане по направлению к ферме. Рафаэль спросил себя, сколько весит Фред. Как минимум килограммов семьдесят, возможно, больше.
Странно было думать об этом. Но им придется его нести примерно метров пятьсот. Хватит ли у них сил?
— Шире шаг! — заорал папочка.
Вильям выругался вполголоса, обменялся взглядом с братом. Замедлить шаг, дать подойти мучителю, обернуться. Броситься на него.
И получить пулю.
Один из двух выживет.
Один из двух расстанется с жизнью.
Пусть даже этот гад не лучший в мире стрелок, все равно затея была слишком рискованной. Тем более что они едва держатся на ногах.
Остается дожидаться подходящего момента.
Внезапно, когда они почти уже вышли из леса, в воздухе послышался отдаленный рокот мотора.
— Стоять! — приказал Патрик. — Не двигаться.
Они замерли, безмолвно умоляя, чтобы автомобиль выбрал дорогу, ведущую к ферме.
Но уже спустя несколько секунд их надежда начала таять, по мере того как машина удалялась от владений папочки.
— Ну вот и хорошо, идем дальше, — велел он.
После форсированного марша, который окончательно их измотал, они наконец добрались до гаражей.
Патрик огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто не бродит вокруг.
— Вытаскивайте его, да побыстрее.
Братья подошли к телу Фреда. Мгновение колебания, отвращение.
— Бери за ноги, — распорядился Рафаэль.
Они приподняли негнущееся тело, завернутое в пластиковую пленку. Оно уже начало источать гнилостный запах, впрочем пока еще терпимый.
Около восьмидесяти килограммов.
Рафаэлю стало так больно, что он выронил свою сторону груза. И увидел лицо Фреда, которое выглядело просто ужасно.
Вильям тоже уронил свою часть, попятился назад и наткнулся на «ауди».
Патрик пригрозил им кольтом:
— Уверен, нести будет еще тяжелее, если я прикончу одного из вас.
— Не надо было ломать мне руку! — вышел из себя Рафаэль, отводя взгляд от останков.
— Не стоило приезжать и устраивать здесь черт знает что.
— У нас не получится!
— Тебе хочется выкопать еще одну могилу? — намекнул Патрик, наведя пистолет на Вильяма. — Желаешь похоронить собственного брата?
Рафаэль поправил пленку на трупе, пытаясь не подвергать сломанную кисть руки новым мучениям.
И вот они стали факельщиками, носильщиками гроба.
По дороге они останавливались несколько раз, едва не теряя сознание. Папочка призывал их к порядку, они снова пускались в путь и наконец добрались до свежевырытой ямы.
— Бросайте его.
Рафаэль стиснул зубы: он никогда не выносил чужих приказов, а этот гад обожал их раздавать. Братья, конечно, предпочли бы швырнуть в могилу и его тоже. Но они думали друг о друге, поэтому сейчас вели себя покорно. И Фред с глухим шумом упал на дно могилы.
Рафаэль взял лопату и начал закапывать яму.
— Нет, — прервал его Патрик.
Налетчик непонимающе глянул на него.
— Кладите лопаты и пойдем.
* * *
Десять минут спустя Рафаэль первым толкнул дверь в дом. Его брат вошел за ним, Патрик замыкал шествие.
Братья увидели Кристель, распростертую у буфета. Вены на горле Рафаэля мучительно вздулись.
— Что ты с ней сделал, чертов псих?
— Она попыталась на меня напасть, — объяснил папочка с улыбкой. — Эта девка — настоящая тигрица! И потом, мне надо было заставить твоего братца рассказать о драгоценностях. Мальчик сначала не хотел сотрудничать, но он такой легкомысленный!
Патрика разобрал смех; Сандра подняла голову, словно только что заметила, что в комнате есть еще кто-то.
Она посмотрела на Рафаэля, который не удостоил ее взглядом.
— И уверяю тебя, он таки заговорил…
Патрик сел на корточки возле Кристель, сорвал то, что осталось от кляпа, и потрепал ее по щеке. У нее больше не было сил даже на то, чтобы повернуть голову, и ей пришлось терпеть эту отвратительную ласку.
— Как дела, моя кошечка? — просюсюкал он. — Я бы сказал, не очень… Боже, какие все-таки женщины хрупкие! — Палач чуть отстранился от своей агонизирующей жертвы. — Поднимите ее! — приказал он жестким тоном. — Мне надоело, что она занимает мою столовую и пачкает все кровью.
Рафаэль не сдвинулся с места, Вилли вытер лоб. Хотя в доме было прохладно, он истекал потом.
— Я не люблю повторять, — предупредил папочка.
Он направил ствол «дабл игла» на Вильяма. И Рафаэль подошел к измученной девушке и пристально взглянул ей в глаза.
— Все будет хорошо, — заверил он ее тихим голосом.
— Заткнись! Просто делай, что тебе говорят.
Грабитель взял ее на руки, с трудом поднялся.
— Предпочитаешь нести? — Папочка не скрывал иронии. — Ну, как угодно!
Они вышли, ожидая приказаний. Он, наверное, собирается запереть всех троих в этом сарае…
Но Патрик стволом револьвера указал им на дорогу в лес.
