— За информацией. — Но где-то в глубине души Лайла понимала, что дело не только в этом. Фарлинг хранила в себе тайны, и Лайла хотела вытащить их на свет.
— Я расскажу больше, пока вы будете угощаться. — Фарлинг расставила на столе взбитые сливки, масло и банку сливового джема. — Порядок должен быть такой: сначала масло, потом джем, потом сливки. Иначе придется выбирать между способом Девона/Хэмпшира — сначала сливки, потом джем — или корнуолльским — сначала джем, потом сливки. Масло же становится третьим путем — смягчающим звеном между ними.
Лайла сдалась. Она разломила скон пополам и положила масло, джем и сливки. Прохладный жир сливок оттенял сладость фруктов, и пока рот был занят горячим тестом, мысли в голове наконец затихли.
— Волшебная штука. — Фарлинг откусила кусочек и закрыла глаза.
Лайла отложила скон, остро осознавая, что, возможно, ест выпечку с «сюрпризом» в рабочее время.
— Но это ведь не настоящая магия, верно? В смысле, там нет никаких…
— Не волнуйтесь, инспектор, вы не употребили никаких нелегальных веществ. Эти наркотики, хвала британскому правосудию, абсолютно законны. Пока что. — Она подняла руку, предваряя следующий вопрос Лайлы. — Под этим я имею в виду сахар и жир — дуэт вызывающих сильнейшее привыкание, но легальных дофаминовых стимуляторов.
— Хорошо.
— Хотя, если вам когда-нибудь понадобится помочь вашему мозгу с «красными нитями» и обдумать связи и реальности, я рекомендую сеанс с псилоцибином. — Фарлинг подняла крышку «мухоморной» сахарницы и достала маленький пакетик с тонкими грибами с коричневыми шляпками. — Людям нужно общаться с другими разумами, чтобы создавать новые связи — иными словами, им нужно действовать как грибы. Волшебные грибы помогают сделать это самостоятельно.
Лайлу захлестнуло воспоминание: они с Эллисон сидят на краю обрыва в Лулворт-Коув. Был поздний летний вечер, незадолго до исчезновения Эллисон. Они планировали вместе принять грибы. Эллисон хотела черпать вдохновение для того, что она писала; Лайла просто хотела быть рядом. Но когда солнце опустилось за скалу Дердл-Дор, Лайлу охватил страх.
— Я не могу.
Эллисон погладила её по руке.
— Всё в порядке. Я так и думала, что это может быть «одиночное путешествие».
— Прости меня. Но я буду прямо здесь. — Лайла обняла Эллисон, пока та пила грибной чай. Небо стало лиловым, когда Эллисон почувствовала легкое головокружение, и цвета спелой сливы — когда она уставилась на мерцающую звезду и прошептала: «Лайла!»
Обернувшись, она взяла лицо Лайлы в ладони и, широко раскрыв глаза с огромными зрачками, начала вглядываться в каждую черточку, словно в священном трепете.
— Я не могу поверить, что ты здесь, со мной, прямо сейчас!
— Я всегда буду с тобой, — ответила Лайла.
— Ты и всегда была. Слои размыты. Я вижу сквозь них.
— И как там? — спросила завороженная Лайла.
— Там всё, о чем я когда-либо мечтала.
Телефон Лайлы завибрировал на столе, возвращая её в кухню Фарлинг. «Грибная женщина» пристально смотрела на неё.
— Да, Джимми. — Лайла выскользнула за дверь. Заросли лаванды покачивались вдоль тропинки, пока она стояла на крыльце.
— У меня кое-что есть по татуировке. — Джимми сам казался удивленным своим успехом. — Салон на Хай-стрит в Лимингтоне. Я вспомнил, что проходил мимо, когда мы ездили на рынок. Я ведь сам подумываю набить тату, понимаешь? В общем, я написал им в Ватсап. Один из их мастеров делал ту татуировку. Я уже в пути.
— Встретимся там, когда я закончу здесь. Что-то еще?
— Еще одна вещь только что пришла.
— Скажи мне, что они прочесали лес, нашли «Потрошителя Гримм» и получили признание.
— Поиски пока ничего не дали, но криминалисты нашли кое-что при просеивании образцов почвы. Красный пластиковый браслет, на нем…
— Не черная заглавная «L»?
— Откуда вы знаете?
К горлу Лайлы подступила тошнота. Она покачнулась, ухватившись за стену дома, с трудом сглатывая подступившую рвоту из сконов.
— «L» — это Лайла, — выдавила она наконец. — У меня есть такой же, парный, с буквой «Э».
— «Э» — Эллисон. — Голос Джимми был тяжелым от жалости. — Мне очень жаль, Лайла. Завтра весь этот участок леса начнут раскапывать. Возможно, вы наконец получите ответы.
Когда Лайла повесила трубку, Фарлинг уже стояла в дверях, протягивая ей флакон.
— Понюхайте это. Поможет.
Лайла взяла крошечный пузырек и осторожно вдохнула. Резкий свежий аромат прочистил голову и остановил приступ тошноты.
— Эфирные масла лимона, лаванды, имбиря, кориандра и семян фенхеля. — Фарлинг спрятала флакон в лифчик. — Помогает от тошноты, морской болезни, обмороков и общего шока, когда узнаешь, что твою лучшую подругу, возможно, всё-таки убили.
Земля ушла у Лайлы из-под ног. Вцепившись в хлипкую водосточную трубу, она спросила:
— Откуда вы это знаете?
— Про Эллисон? Я же говорила — я знаю вещи. Ваше прошлое написано на вашем лице, оно эхом отдается в ваших словах и живет в ране, которая не дает покоя вашему… всему. Это и есть вы.
Лайла резко выпрямилась.
— Скажите мне, где вы находились в октябре 2000 года, госпожа Фарлинг?
— Вы думаете, это я сделала? — Голос пожилой женщины был мягким и певучим. — Вы правда верите, что я забрала у вас Эллисон?
Лайла вглядывалась в её подведенные черным глаза, в её улыбку-полумесяц.
— Я знаю только то, что вы знаете слишком много.
— Разве это возможно? Полагаю, многие так думают. Им не нужна правда. Им уютнее в шорах. Но я думаю, вы справитесь. Надеюсь на это, ради вашего же блага.
— Хватит говорить загадками! Где вы были, когда исчезла Эллисон?
— В Уитби. Северный Йоркшир. Год или два я держала там кондитерскую для «ведьм», а потом поехала дальше. Я кочевница — мне быстро всё надоедает. Думаю, скоро я и отсюда уеду.
— Вы никуда не уедете. — Лайле снова захотелось арестовать Фарлинг и отвезти в участок, на этот раз просто за то, что имя Эллисон было у неё на устах. — Вам запрещено покидать округ без моего разрешения.
Фарлинг рассмеялась.
— Сохраняйте этот властный тон так долго, как сможете. Это вам поможет.
Лайла вспомнила предупреждение Терезы.
— Кто-то из моей группы разболтал вам всё это?
— Моя информация исходит от грибов. Вот и всё, я раскрыла свой источник. Возможно, если бы вы тоже пошептались с ними, они бы рассказали вам то, что вам нужно знать.
Лайла почувствовала себя маленьким ребенком — тем, кем она всегда была и оставалась где-то глубоко внутри.
Фарлинг наклонилась к ней совсем близко.
— Мой последний совет: люди говорят «доверяй нутру» или «доверяй сердцу», но это лишь органы, символы того, что делает тебя тобой. Ты — это не только кожа, в которой ты живешь. Читай между строк и доверяй своей абстрактной интуиции. Она станет твоим союзником, когда твой мир рухнет. А это случится совсем скоро.
Глава 25. Подвал
Воды в подвале было от силы сантиметров двадцать, но и этого достаточно, чтобы утонуть. К счастью — и это была первая крупица удачи, выпавшая Кейти за долгое время, — при падении она рухнула на коробку, поэтому её рот и нос не ушли под воду, пока она была без сознания.
Она пришла в себя под звуки крови, капавшей с её лба на поверхность воды, и только сейчас осмелилась сесть. Тело ныло. Подвал оказался больше, чем она представляла: он тянулся почти под всем первым этажом дома. Плесень покрывала стены пятнами, похожими на тесты Роршаха. И всё же здесь приятно пахло. Розы и шоколад, фиалки и благовония «наг чампа», сосна и амбра… Это должно было звучать какофонией, но сливалось в ароматный мотет. Возможно, при ударе головой у неё повредилось обоняние.
— Мяу-у. — Черная кошка прыгнула Кейти на плечо, вонзив когти в кожу. После долгого одиночества это ощущалось как проявление любви. Кейти осторожно отцепила животное и прижала к груди. Кошка была насквозь мокрой и дрожала. Кейти тоже. Её голая кожа покрылась мурашками, кончики пальцев посинели. Нужно было выбираться.
