class="p1">Вместо этого он дал еще одно распоряжение:
– И приведи мне Ли Пёнуна.
И закончил звонок.
В салоне машины повисла тишина. Тэхван перевел взгляд за окно. С тех пор как он получил видео в здании Национального собрания, прошел почти час. До назначенного похитительницей времени оставалось меньше пяти минут.
Тэхван набрал номер, с которого ему отправили видео.
Гудки. Несколько секунд ожидания. Потом – тихий щелчок.
На другом конце линии слышалось только прерывистое дыхание.
Тэхван ждал, что собеседница заговорит первой, но та молчала, и спустя несколько секунд он сказал:
– Говорит Пак Тэхван. Чего вы хотите?
Глава 27
Ёнчжи неподвижно смотрела на экран ноутбука, который транслировал, как Суён вытаскивает книги с полки, листает их, заглядывает в ящики, роется в шкафу.
«Что она делала, узнав о том, что я исчезла?»
Ёнчжи вспомнила, как они с Суён встретились на месте аварии. Вспомнила, как та смотрела вниз, на Сокхи, отчаянно цеплявшуюся за ограждение. Лицо ее было неузнаваемым – пустым, но в то же время жутким, словно она была способна на что-то страшное. В тот миг Ёнчжи подумала, что Суён сейчас действительно способна на убийство.
Не успев осознать, что делает, Ёнчжи бросилась вперед, прежде чем Суён успела бы столкнуть Сокхи вниз. Тогда Ёнчжи думала только о том, чтобы защитить Сокхи от Суён, которая даже не понимала, что происходит на самом деле. Даже когда Суён пыталась сорвать с нее шлем, в голове крутилась только одна мысль: «Мама, ты ничего не знаешь!»
Эти слова подступили к самому горлу, но Ёнчжи сдержалась. Может, стоило их сказать? Сказать и вернуться к Суён? Выбрать ее, а не Сокхи?
Она никогда не видела, чтобы Суён плакала. Но тогда… Тогда она рыдала навзрыд, стоя перед Сокхи на коленях.
Сокхи вела себя не так, как обычно, но куда страшнее было видеть чужое, незнакомое выражение на лице матери. Ёнчжи не могла избавиться от чувства вины: именно она довела ее до слез.
«Ты же сама просила помочь! Почему ты так со мной поступаешь?!» Мамины полные слез слова все еще звучали у Ёнчжи в ушах. Она дрожащей рукой провела по лицу, словно пытаясь стереть их. Взгляд непроизвольно скользнул к входной двери.
Сокхи оставила ее незапертой.
А Суён находится всего в нескольких шагах – в квартире по соседству. Можно пойти туда, и все закончится. Но тут взгляд Ёнчжи упал на плотно закрытую дверь в ванную.
Шум воды смешивался с глухими стонами Сончжуна.
Что там происходит?
Почему Сокхи зашла так далеко?
«Мы делаем это именно потому, что никто ничего не знает. И никогда не узнает, если не переступить черту».
Сокхи сказала, что готовилась очень долго. Отказалась ради этого от нормальной жизни, от того, что другие считают обычным. Как-то раз Ёнчжи спросила у нее: «Разве ты никогда не хотела жить как все?»
Тогда Сокхи долго молчала. А потом, с коротким смешком, больше похожим на вздох, ответила:
– Если бы я жила как все… тогда кто бы тебе помог?
Ёнчжи не нашлась что ответить.
– Я с самого начала свернула не туда. Неправильно застегнула самую первую пуговицу, – продолжила Сокхи. – А потом вдруг оказалось, что у меня талант к неправильным вещам. В любом случае обычной жизни мне не видать. Как бы я ни пыталась слиться с толпой, я все равно выделяюсь. Так что остается только один вопрос: как мне жить дальше? Что делать?.. А потом я нашла ответ. Есть вещи, которые может сделать только такая, как я.
– Какие… вещи?
– Охотиться на монстров. Монстров могут поймать только другие монстры.
Если Ёнчжи сейчас встанет и уйдет, то все закончится. Она вернется к обычной жизни. Но сделать это означало бы не только перечеркнуть план Сокхи, но и сделать бессмысленными все ее жертвы. А предавать девушку, которая стала для нее старшей сестрой, Ёнчжи не могла.
Она подтянула колени к груди и обхватила их руками. Эта поза соответствовала ее состоянию. Она не могла ни уйти, ни просто сидеть на месте, сложив руки.
Из-за закрытой двери ванной доносились приглушенные всхлипы Сончжуна.
В кармане завибрировал телефон. Та самая раскладушка, которую ей передали утром в машине.
Вздрогнув, Ёнчжи ответила на звонок. Из трубки послышался шумное, сбивчивое дыхание. Она быстро посмотрела на экран.
C-4.
– Нуна рядом? Дай ей трубку. Живо!
Голос звучал напряженно, на фоне кто-то кричал.
– Живо!
В тот же миг из ванной раздался грохот – казалось, что-то тяжелое рухнуло на пол.
Ёнчжи вскочила и бросилась к двери.
Глава 28
Отправив видео, Сокхи взглянула на экран телефона. Пора двигаться. В наушниках слышался слабый статический шум. Некоторое время назад Суён еще говорила, но с тех пор, как Ёнчжи позвонил Пак Тэхван, не произнесла ни слова. Самое время проверить камеры наблюдения – но сначала нужно закончить кое-что здесь.
Сокхи опустила взгляд на Сончжуна. Он сидел сгорбившись, привалившись к стене, с закрытыми глазами и приоткрытым ртом. У него на лице читалась усталость. С послания прошло уже больше двенадцати часов. Он ничего не ел и не пил, а тело наверняка затекло от долгого пребывания в одной позе. В какой-то момент, слово уловив изменение в атмосфере, Сончжун медленно открыл глаза. В них не было ни отчаяния, ни смирения. Он все еще ждал. Все еще надеялся, что кто-то за ним придет.
Странно, но при взгляде на него Сокхи вдруг вспомнила свою подругу. Ту самую, которая погибла много лет назад.
Чан Хён. Хён.
Интересно, Хён тоже ждала, что за ней кто-то придет? Ждала до самого последнего вздоха?
Прежде Сокхи никогда не использовала такие методы. Не мучила жертву, не таскала с места на место – слишком рискованно. Она всегда предпочитала действовать быстро: не дать цели осознать происходящее, молниеносно нанести удар и избавиться от тела.
Конечно, перед этим приходилось тщательно продумывать свои действия. Прежде чем убрать цель, Ёнчжи шаг за шагом заманивала ее в заранее выбранное место. Но чтобы так – разговаривать с жертвой, давать осознать происходящее? Никогда.
Больше напоминает его стиль – того мужчины, который убил Хён.
И, что хуже всего, – сейчас Сокхи испытывала странное удовольствие. Удовольствие, которого прежде не было.
Может, потому что наконец-то она осуществляла долгожданную месть, ради которой пожертвовала всем, что у нее было? Или дело в другом?
Может, у Сокхи всю жизнь была темная сторона, но она не хотела этого признавать?
Сокхи всегда считала себя не
