Когда он произнес слова «дочь», на лице Слоан отразились болезненно прозрачные эмоции. Он использовал это слово как подтверждение права собственности. Но она не переставала надеяться – отчаянно надеяться, – что услышит в этом слове заботу.
– Слоан, – сказал Джуд, не обращая внимания на демонстративную властность Шоу, – не хочешь вернуться в наш номер?
– Она хочет, – произнес Шоу, подчеркивая каждое слово, – поговорить со мной. И если вы не хотите, чтобы заинтересованные стороны узнали, что ваши друзья-агенты заглядывают к подросткам в номер «Ренуар», вы позволите Слоан сделать то, что она хочет.
«Нужно было устроить базу за пределами Вегас-Стрип, – осознала я. – В стороне, вне поля зрения…»
– Кэсси и Лия останутся. – Голос Слоан звучал робко. Она откашлялась и попробовала еще раз. – Вы можете уйти, – сказала она Джуду, подняв подбородок. – Но я хочу, чтобы Кэсси и Лия остались.
Впервые с того момента, как отец Слоан вошел в комнату, он внимательно посмотрел на дочь.
– Рыжая может остаться, – наконец сказал он. – Детектор лжи уходит.
В этот момент я поняла: отец Слоан знает, на что способна Лия. Он не просто знает про нашу связь с ФБР. Он знает все. Откуда он знает все?
– Слоан. – Джуд говорил спокойно, будто он сидел за кухонным столом и разгадывал утренний кроссворд. – Тебе не нужно делать ничего против своей воли.
– Все в порядке, – сказала Слоан, нервно барабаня пальцами по ноге. – Я буду в порядке. Идите.
Отец Слоан подождал, пока дверь закрылась, и снова перевел внимание на свою дочь – и на меня. Меня он явно не воспринимал как угрозу. А может, пришел к выводу, что Джуд все равно не оставит Слоан здесь одну, и решил, что я меньшее зло.
Тот факт, что он выгнал Лию, заставил меня задуматься о том, о чем именно он собирался соврать.
– Хорошо выглядишь, Слоан. – Шоу сел за стол.
– Я на двенадцать процентов выше по сравнению с моментом, когда вы в прошлый раз приходили со мной увидеться.
Шоу нахмурился.
– Если бы я знал, что ты окажешься в Вегасе, я бы предложил альтернативные варианты размещения вашей… компании.
Альтернативные варианты – подальше от него и его сына.
Я ответила, чтобы Слоан не пришлось.
– Вы знаете, чем занимается наша группа. Откуда?
– У меня есть друзья в ФБР. Это я предложил Слоан в программу агента Бриггса.
Слоан быстро заморгала, словно ей в лицо плеснули ведро холодной воды. Отец Майкла обменял его на иммунитет от обвинений в мошенничестве. Отец Слоан, похоже, просто хотел, чтобы она оказалась подальше от города и от его сына.
– Держись подальше от моей семьи. – Голос Шоу, который снова посмотрел на Слоан, звучал обманчиво мягко. Как у Аарона, тихий и успокаивающий, но слова совершенно однозначные. – Я должен заботиться о матери Аарона.
– И о маленькой дочке, – вырвалось у Слоан.
– Да, – сказал Шоу. – Нужно позаботиться и о Каре. Она просто ребенок. Она ни в чем этом не виновата, так ведь? – спросил он по-прежнему так мягко, что мне захотелось ударить его с той же силой, с какой Майкл ударил того мужчину у бассейна.
Слоан тоже ни в чем не виновата.
– Скажи мне, что ты поняла, Слоан.
Слоан кивнула.
– Мне нужно, чтобы ты сказала вслух.
– Я поняла, – прошептала Слоан.
Шоу встал.
– Держись подальше от Аарона, – повторил он. – Передайте это и вашим друзьям из ФБР.
– Они расследуют серийное убийство, – решилась заговорить я. – Не вам указывать, что делать следователям и с кем общаться.
Шоу обратил взгляд своих глаз – таких же синих, как у Аарона, таких же синих, как у Слоан, – на меня.
– Мой сын не владеет никакой полезной информацией. ФБР потратит время впустую – точно так же, как оно тратит время впустую на дурацкую идею, что убийца, которому до сих пор удавалось избегать ареста, непременно совершит следующее преступление в Большом банкетном зале «Мэджести», даже если небеса рухнут на землю.
– Это не дурацкая идея. – Слоан встала. Ее голос дрожал. – Вы просто не понимаете. Не видите. Но если вы чего-то не понимаете, это не значит, что вы можете это игнорировать. Вы не можете просто делать вид, что закономерности не существует, надеясь, что все закончится само собой.
«Делать вид, что тебя не существует, – мысленно перевела я. – Игнорировать тебя».
– Хватит, Слоан.
– Идея не дурацкая. – Слоан сглотнула и повернулась к двери. – Вы еще увидите.
Ты
Ждать сложнее, чем ты рассчитывал.
Каждую ночь ты сидишь, балансируя нож на колене. Каждую ночь ты прокручиваешь в голове каждую версию событий, каждую вероятность, каждую секунду, которая ведет к моменту, когда ты встанешь за спиной у своей цели и перережешь ей горло этим ножом.
Просто еще один расчет. Еще одно убийство. Еще один шаг к твоему истинному воплощению.
Ты этого хочешь. Так сильно, что ощущаешь вкус. Ты хочешь этого прямо сейчас.
Но ты во власти чисел, а числа велят ждать. Поэтому ты ждешь, ты наблюдаешь, и ты слушаешь.
Тебе сказали, ФБР подозревает, что следующее убийство произойдет в Большом банкетном зале. Тебе сказали, они держат его под наблюдением. Ждут, как и ты. Ты делаешь вывод, что кто-то заметил закономерность – лишь малую ее часть, лишь фрагмент. В моменты максимального покоя, когда ты смотришь на лезвие ножа, ты гадаешь – кто же в ФБР догадался.
Способен ли этот человек по-настоящему оценить, что ты сделал, что ты делаешь сейчас, кем ты станешь? Но как он смог? Кем бы он ни был, что бы он ни предполагал, ему доступен лишь фрагмент правды.
Они знают только то, что ты им позволил узнать. Ты направил их к открытию.
Не их внимание тебе нужно.
Медленными осознанными движениями ты снимаешь рубашку. Ты берешь нож. Ты поворачиваешься к зеркалу, прижимаешь кончик клинка к коже и начинаешь рисовать. Бусины крови. Ты приветствуешь боль. Скоро ты перестанешь ее чувствовать.
Пусть ФБР придет за тобой. Пусть они покажут, на что способны. А в остальном – пожалуй, пора отправить послание. Ты во власти чисел.
Пусть и мир будет в их власти.
Глава 31
Когда мы вернулись в номер, нас ждали две посылки. В первой записи последней беседы Стерлинг и Бриггса с Тори Ховард. Вторая – от Аарона Шоу.
Слоан молча открыла вторую посылку. Внутри лежали шесть билетов на сегодняшнее шоу «Фантазия Тори Ховард». Буклет обещал «чарующий вечер сводящего с ума развлечения». Внизу Аарон приписал наклонным почерком: «За счет заведения». И подписался.
– Мне нужно чем-нибудь заняться, чтобы не плакать, – сказала Слоан. – И предпочтительно в одиночестве. – Она убежала, прежде чем кто-то из нас успел что-то сказать.
Мы с Лией переглянулись. Когда Майкл и Дин присоединились к нам, мы ввели их в курс дела. Лия отбросила волосы назад, изо всех сил изображая человека, которому совершенно безразлична Слоан – и вообще кто угодно, кроме себя любимой.
– Итак, – сказала она, берясь за записи, присланные ФБР, – кто хочет посмотреть, как Стерлинг и Бриггс устраивают девушке Аарона Шоу перекрестный допрос?
На экране агент Бриггс, агент Стерлинг и Тори находились в помещении, похожем на комнату для допросов. С ними был еще один человек, как я предположила, адвокат Тори.
– Спасибо за то, что согласились встретиться с нами снова. – Бриггс сел напротив Тори. Стерлинг слева от него. Адвокат Тори сидел рядом со своей клиенткой.
– Моя клиентка рада прийти и прояснить любые неясности, которые могли возникнуть в результате предыдущих заявлений. – Адвокат говорил мягким баритоном. Его часы казались дорогими даже издали.
Тори не нанимала его. Я не сомневалась в своей интуиции. Тори была резкой, говорила напрямую, она умела бороться. В какой-то момент своей жизни она оказалась в системе приемных семей. Всего, что у нее было, она добилась сама. Без сомнений, она наняла бы лучшего адвоката, которого могла себе позволить, чтобы защититься от давления ФБР, – но она выбрала бы кого-то более агрессивного и менее ценящего дизайнерские костюмы.
