– По вашему голосу видно, что вам не очень-то нравится этот человек, – заметил Колин Смит.
– Если хотите знать мое мнение, то это настоящий напыщенный индюк, – вставил Гленн Пэрис.
Сара мысленно улыбнулась, подумав о том, что Питер точно такими же словами охарактеризовал бы их старшего начальника.
– Ну что же, – произнес Мэт. – Думаю, надо начинать. Я уже сделал свой вклад, рассказав о кошмарной ночи, которую мы с Сарой пережили в Чайнатауне. Это – подлинная история, и какие бы ни ходили слухи, нашли тело или нет, но Эндрю Трюскот погиб. Полиции не удалось обнаружить ничего нового. Так же, как и частному сыщику, которого я нанял, – очень хорошему специалисту. Мы не отказались от попыток подтвердить свой рассказ, но не совсем представляем себе, как можно его использовать. Может быть, имеются какие-либо предложения?.. Тогда, если вопросов нет, мы пойдем дальше.
Пока что в этом деле все очки срывает Джереми Мэллон, мы же главным образом защищаемся. Завтра Питер Эттингер начнет давать официальные показания под присягой, и я надеюсь, что положение изменится. Перед тем как показать вам видеозапись, я беседовал с миссис Суарес, ее соображения и находки могут повлиять на ход дела. Думаю, она сейчас поделится с нами дальнейшими деталями. Но сначала хотелось бы заслушать доктора Снайдера и доктора Бленкеншипа. В любой очередности.
Сара перехватила на долю момента взгляд Мэта. Он держал себя уверенно и хорошо вел совещание. Он далеко ушел с того первого совещания в зале заседаний администрации МЦБ. Она с нетерпением ждала того дня, когда перестанет скрывать, что он – ее друг и любовник. Того дня, когда Уиллис Грейсон со своей злобой и своими адвокатами превратится в прошлое.
– Может быть, начну я, Ели, – предложил Рэндал Снайдер. – Я не займу много времени. – Он откашлялся. – Через американский колледж акушерства и гинекологии я разослал письма руководителям отделений акушерства по всей стране с просьбой поискать необъяснимые случаи ВСК во время беременности и родовых схваток. Пока что мы не нашли ни одного случая, в котором не было предрасположенности – отрыв плаценты, заражение, болезнь клеток, фатальный исход в утробе матери. Ни одного. Должен сказать, что Сара сама рассылала эти письма и потом звонила в десятки мест. Отсутствие случаев ВСК у пациенток, которые не принимали ее предродовых трав, остается наиболее беспокойным и, если хотите, обвиняющим обстоятельством.
– Спасибо, – холодно поблагодарил Мэт. – Говорить можно все, что хочешь. Кто-то очень постарался, чтобы создать впечатление, что предродовые дополнительные травы Сары повинны в этих случаях. Уже один этот факт говорит, с моей точки зрения, об обратном. Доктор Бленкеншип?
Главный врач задумчиво постучал карандашом по своей ладони перед тем, как поднять пачку исписанных листков, которые он положил возле себя на пол.
– Так, – произнес он, наконец. – Передо мной была поставлена задача – проанализировать все известные в мире случаи по рассеянной внутривенной терапии свертывания крови. Это оказалось не так просто. Я обнаружил, что все люди, работающие в этой области гематологии, знают, когда происходят случаи ВСК, но никто не знает, почему они происходят. Наиболее простое название этого состояния – истощающая коагулопатия. Потому что пока продолжается эта болезнь, все факторы свертывания крови в организме поглощаются этими мелкими, аномальными сгустками. В своей худшей форме ВСК почти повсеместно заканчивается смертельным исходом. Этот факт только подчеркивает достижение доктора Сары Болдуин, когда она спасла жизнь Лизе Грейсон. Люди, у которых болезнь ВСК проходила в такой же форме, как у нее, просто не выживали.
– Дам ли я такое же показание на свидетельской скамье в суде, мистер Даниелс? Можете заключать пари, что дам. – Его манера говорить и тон, которые до сих пор были бесстрастными и спокойными, драматически изменились, стали взволнованными. – Сделаю все возможное, чтобы оказать честную помощь. Меня очень расстроило это дело и то, что Сара не находит большой поддержки со стороны нашего учреждения. Несколько месяцев назад мы обещали ей и самим себе, что будем выступать единым фронтом и что Сару будем считать невиновной, пока не будет доказано обратное. Рэндал, Гленн, я разговаривал с Робом Маккормиком относительно письма, в котором он предлагает заменить Сару на посту главного стажера родильного отделения в будущем году. Он сказал, что будет рад отозвать это письмо, если вы двое согласны на это.
– Ели, – начал Пэрис. – Сейчас неподходящее место и время...
– Гленн, пожалуйста. Не хочу начинать здесь скандал или ставить в неловкое положение Сару. Но если мы действительно хотим выступить единым фронтом, о чем мы договорились, тогда надо потребовать, чтобы Маккормик отменил свое указание. Верно?
Пэрис явно был раздосадован. Соглашался он или не соглашался с предложением Бленкеншипа – это неважно, но ему было неприятно слышать указания, что ему надо делать.
Наконец, после довольно длительной паузы, в течение которой он успокоился, он улыбнулся и кивнул.
– Вы правы, Ели. Не знаю, почему у Роба появилась такая мысль, но завтра я позвоню ему и все поправлю.
– Отлично, а вы, Рэндал?
– Никаких проблем, – ответил Снайдер без особого энтузиазма.
В таком случае продолжим наше совещание, – констатировал Бленкеншип. – Существует еще одна категория болезни ВСК, которую мне хотелось бы упомянуть, а именно – яды. Ввод вещества, который появляется в естественных условиях, – тромбина, может вызвать состояние типа ВСК, так же, как и яд некоторых змей. Токсины, обнаруженные по крайней мере в пяти различных видах крокодилов, могут вызывать ВСК со смертельным исходом.
– Крокодилов? – переспросил Мэт.
– Простите, Мэт, гремучих змей.
– Но мне не верится, что яды, о которых вы говорите, эффективны, если их принимать наподобие таблеток, – заметила Сара. – А Лиза находилась дома, когда начался приступ ВСК. Не думаю, чтобы она получила какой-либо укол.
– Или ее укусила моль, – загоготал Арнольд Хайден.
Никто больше не засмеялся.
– Как я уже сказал, – ответил ей Бленкеншип, – яд включен лишь для полноты картины. Может существовать соматический токсин, который нам незнаком и который вызывает ВСК. Может быть, кто-то располагает таким веществом и ведет кровную месть против больницы и отделения акушерства. Кто это может знать на данный момент?
– Нам не хватало только этого, – простонал Гленн Пэрис. – Психопат.
– Есть ли вопросы к Ели? – спросил Мэт. – Тогда ладно. Роза, вы любезно поделитесь некоторыми важными результатами своей работы. Не могли бы вы суммировать полученные вами выводы?
В этот день, несколько раньше, Сара разговаривала с Розой почти целый час. Эпидемиолог разрывалась между отчаянным желанием поделиться информацией и мыслями со всеми заинтересованными лицами и своей глубоко укоренившейся скрытностью, нежеланием разглашать факты еще не закончившегося расследования. В конце концов они ни о чем не договорились, за исключением того, что Роза придет на совещание и изложит те данные и соображения, которые сочтет нужным. Не больше того.
– Во-первых, я должна кое-что подчеркнуть в сообщении доктора Снайдера, – начала Роза. – Твердо установлена связь, будь она важная или нет, между тремя случаями ВСК и приемом предродовых дополнительных трав Сары. Однако я должна добавить, что результаты моей лабораторной работы и исследований не показывают прямой связи между ВСК и приемом каких-либо трав. Определенная аллергия к одному из компонентов и, возможно, заражение токсическим веществом – это вполне можно предположить. Но я серьезно сомневаюсь в возможности даже этих двух вариантов. Как здесь уже отмечалось, если бы в другой клинике обнаружилась пациентка с ВСК в период предродовых схваток, это фактически сняло бы с доктора Болдуин любую ответственность.
– Что вы думаете об этом продукте из трав для похудения? – спросил Пэрис.
– Я надеялась, что вы сможете нам помочь в этом, мистер Пэрис, – сказала Роза. – Что вы знаете о Прамоде Синге?
