прерванный сон.
Вовка тихонько сложил маскарадный костюм в большую сумку, улёгся в постель и задумчиво уставился в потолок. Сон не шёл к нему.
«И что мне теперь делать? — думал он. — Плакали мои каникулы… Придётся засесть за учебники. Ну и сюрприз мне братец устроил!»
Катя Минаева
Замена для Деда Мороза
Под Новый год Дед Мороз уехал, а на замену ему прислали Ивана Ромашкова из 2-го «В».
А кем заменить? Вот англичанку физрук заменял, потому что англичанка ушла на музыку, ведь музычка заменяла математичку, пока та физкультуру проводила вместо физрука. Чтобы путаницы не было.
А когда Дед Мороз уехал, вместо него Ивана поставили.
Почему Ивана? Иван и сам толком не знал. Учился средне: то задачу по математике не решит, то слова к словарному диктанту забудет выучить, а окружайку вообще редко открывает. Некогда. После школы — продлёнка, после продлёнки новые серии мультиков начинаются. Не успел оглянуться — спать пора. А ещё ребята звонят — на приставке по Сети играть.
Вот Киселёвой везёт: с ней дедушка в волейбол играет, а бабушка блинчиками подкармливает и уроки помогает делать, поэтому Киселёва на одни пятёрки учится. А у Ивана — ни дедушек, ни бабушек, ни пятёрок с блинчиками.
Но Киселёвой всё мало. Она ещё и на физ-ре захотела замыкающей бежать. Ну разве это честно? Пришлось её ущипнуть. А она драться полезла. Первая. Что с того, что отличница? Силища у неё — ого-го. Из-за драки всю команду с эстафеты сняли. Киселёва сказала, что Иван виноват, но Иван точно знал, что Киселёва.
Она и на музыке постоянно солирует. Во всех песнях. А Ивану ни разу солировать не давали, даже когда он про разноцветный сарафан и листики красные громче всех спел. Даже громче Киселёвой. Наоборот, петь запретили, чтобы впечатление не портил.
Иван петь совсем перестал, а во время песни незаметно жужжал или чихал. Или Киселёвой рожи корчил, чтобы она слова забывала и вместо пения хрюкала от смеха, а один раз в свисток свистнул.
Ивана вызвали в учительскую. Он решил, что сейчас будут родителям звонить или к директору отведут. А его вместо этого завуч Татьяна Филипповна вместе с музычкой на Далёкий Север Дедом Морозом отправили, чтобы рейтинг школьный не портил. Так все думали. Но точно только Дед Мороз знал.
Киселёва и тут влезть хотела: раз Иван будет за Деда Мороза, то она, чур, за Снегурочку. У неё для этого даже кокошник имеется. Но Киселёвой отказали:
— Снегурочки сейчас на замену не требуются.
Вот и пусть к контрольной готовится и к выступлению хора на новогоднем огоньке.
Ивану дали мешок для подарков, кроликов быстроходных, чтобы санки таскать, и средство удивительное с неизвестной Ивану сферой применения — превратин. К превратину — инструкцию размером с учебник по чтению. И предупредили, что без инструкции превратином пользоваться не стоит: борода седая вырастет, шапка покраснеет, а в руках посох появится — тяжеленный, что ни в сказке сказать ни пером описать.
Осмотрел Иван превратин — самовар самоваром, только чуть поменьше и чай в нём несладкий. Бросил в санки рядом с портфелем, кроликов погладил и поехал на Далёкий Север. А все остальные на диктант по русскому остались. Чудеса, да и только.
Иван, конечно, обрадовался: от уроков на весь декабрь освободили. Даже к контрольным готовиться не нужно. Ещё и от Киселёвой отдохнёт: пусть теперь сама песни поёт и эстафеты бегает. А он важным делом занят — кроликов быстроходных морковкой кормит. И вообще, он Дед Мороз. Личность публичная. Не то что Киселёва — ученица 2-го «В».
Пока Иван летел на Далёкий Север, он всё по сторонам поглядывал. Красота неописуемая, только нос чуть не отморозил.
А как на Далёкий Север приехал, так и удивился: народу никого, кругом снег, в снегу — избушка и два самосвала. В избушке — печка, а в самосвалах — письма. В одном самосвале — письма от детей, а в другом — письма от родителей. А печка — не топлена.
Растопил Иван печку: к ней тоже инструкция прилагалась. Сел у печки. Дрова потрескивают. Жаль, рядом никто от смеха не хрюкает: Киселёва-то в школе осталась. А Иван письма стал читать, чтобы к Новому году успеть. А то скорость чтения у него хромает.
«Хочу…» — так большая часть писем из первого грузовика начинается. Потом список того, чего хотят, с ошибками в каждом втором слове. Это даже Иван со своей хромающей грамотностью заметил. И какой-нибудь схематичный рисунок ёлочки или снежинки.
А письма из второго грузовика хоть и написаны грамотно, и обращаются к Ивану уважительно «Дорогой Дед Мороз», а почти в каждом фраза — «сил моих больше нет» и «хватит баловать». Вот теперь поди разбери — то ли закупаться по спискам из первого грузовика, то ли «не баловать».
Кролики кругом сидят, смотрят грустными-прегрустными глазами — морковки просят.
Сходил Иван в ближайший на Севере магазин за морковкой — 250 км в одну сторону.
А когда вернулся, его телеграмма ждала:
«Дорогой Иван, подарки детям заказывай с доставкой по промокоду «дедмороз», только никого не забудь!
И смотри не простудись, я дом, как следует, выморозил перед отъездом. Со следующей недели нужно во все детские сады успеть — детей поздравить.
Задерживаюсь в командировке. Скоро буду. Целую, Дед Мороз».
— Легко сказать — не простудись, — вздохнул Иван, — дров-то мало. Печку нечем топить.
Раньше Иван подарки только себе просил, другим — никогда не заказывал. А тут и заказал, и адрес вписал, и доставку оформил. Потом в детских садах хороводы с детьми вокруг ёлки поводил и в лес пошёл. За дровами. Кроликов с собой взял, чтоб сани тащить. Набрал хвороста. А от него толку-то? Бросил в печку целую вязанку, она — пшик и сгорела. Дальше топить нечем.
Снова Иван в лес пошёл. Кругом Север, народу никого, только звери дикие. Можно и на берлогу набрести, и в логово к волку попасть. Холодно, снегу насыпало. Как под снегом хворост искать? Кролики к ногам жмутся, они хоть и быстроходные, а всё-таки кролики. Страшно им.
Смотрит Иван вокруг, а рядом с ним дерево поваленное: такое до дома дотащить — дров бы на неделю хватило. Попробовал Иван его с места сдвинуть — ни в какую.
