трубке звучал громко и насмешливо.
Руслан поморщился и сбросил звонок. Посмотрим ещё, кто кого в итоге.
Вокруг валялись фантики и упаковки от чипсов. Руслан чувствовал тошноту, но не мог оторваться от экрана. Когда зажмуривался, чтобы передохнуть, голова гудела, а в глазах мельтешили вспышки выстрелов.
Он очнулся от громкого назойливого шума. На экране вопящего телефона светилось имя учительницы литературы.
– Анна Игоревна? – Сухие губы не слушались.
– Руслан, ты где? Я уже десять минут у подъезда жду. Обзвонилась вся!
– Я… сейчас… подождите. Отравился, похоже.
– Час от часу не легче!
Учительница ещё что-то кричала, но Руслан уже не слушал. Как сонная муха, он метался в разные стороны, судорожно пытаясь собраться.
– Наконец-то! Нам же в другой город ехать, Руслан. Время надо как-то рассчитывать, – недовольно сказала учительница, когда мальчик вышел из подъезда.
– Извините. У меня аллергия.
– Ты же сказал, отравление…
– Да, и отравился ещё вчера чем-то. В общем, комбо.
– Ты точно в состоянии сегодня выступать? – Анна Игоревна остыла и теперь с тревогой изучала бледное лицо ученика.
– Даже не сомневайтесь! – преувеличенно бодро ответил Руслан.
Всю полуторачасовую дорогу он забывался рваным, неспокойным сном.
Большущая областная библиотека была полна принаряженными выступающими и их воодушевлёнными родственниками. Руслана раздражала вся эта возня. Он спрятался за кулисами и включил игру. Деревянными пальцами вцепился в телефон, воспалёнными глазами уставился на экран.
Он сам себе не поверил, когда высветилась табличка: «Поздравляем! Вы прошли 249-й уровень!»
– Да-а-а! – завопил он, напугав и без того взволнованных чтецов.
И тут со сцены произнесли его имя.
Руслан вышел к зрителям, поморщился от яркого света, почувствовал ставшую привычной тошноту.
– Послушайте! – сказал он громко, обвёл сидящих людей непонимающим, дезориентированным взглядом, подумал: «Что они все тут делают?» И потерял сознание.
Он не сразу понял, что очнулся в больничной палате. Только когда сфокусировался на испуганных родительских лицах и капельнице возле кровати.
– Ну привет, – сказал папа.
– Сынок… – Мама затеребила край застиранного больничного халата. – Скажи, ты связался с плохой компанией?
– Что? – удивился Руслан. – Нет, конечно.
– Анна Игоревна бесконечно твердит что-то про аллергию или отравление. Но когда мы виделись в последний раз, в субботу, ни того, ни другого у тебя не было, – объяснил отец. – Что ты делал, пока нас не было?
– Мам, пап, да ничего страшного! – отмахнулся Руслан. Что бы с ним ни сделали врачи, он явно чувствовал себя лучше! – Я всего лишь в игрушку играл на телефоне. В стрелялку.
– Судя по всему, ты играл без сна и отдыха, – усмехнулся отец, мгновенно расслабившись.
– Ну… Вообще-то да, – признался мальчик, порозовев. – Зато прошёл жутко сложный уровень!
– Ты играл сутки напролёт, – подытожил отец. – И теперь оказался в больнице. Вместо того, чтобы победить в конкурсе, на который все возлагали большие надежды.
Руслан вздохнул:
– Я не специально. Мне стало так плохо на сцене. Голова раскалывалась, в глаза будто песка насыпали. Спал я, конечно, плохо в эти выходные.
– Придётся нам тебе ограничить экранное время, – развёл руками папа. – Не дело это – в мобильник таращиться без сна и отдыха.
– Но вы же сами говорили, что от телефона много пользы – в Интернете можно узнать столько нового!
– Интернет – он как сахар, – покачала головой мама. – Когда добавишь в чай ложечку, только вкуснее становится.
Руслан и папа одобрительно закивали.
– А если всю сахарницу сыпануть…
– Бе, – поморщился мальчик.
– Так же и с экранным временем. Если за ним не следить, станет плохо. Это ты уже испытал на себе.
– Так что, больной, назначаем вам лечение в виде настройки экранного времени на отрезки по тридцать минут с обязательным отдыхом и зарядкой.
– И то только для учёбы! Никаких дурацких стрелялок. Лучше новые стихи учить будем! – Мама наконец-то улыбнулась и чмокнула Руслана в щёку.
Руслан тоже улыбнулся и удобно устроился на подушке. Ну и ладно, обойдётся без стрелялок, главное он уже сделал – прошёл этот непроходимый уровень!
Е. Земляничкина
Е. Пушкова
Самый классный класс
Петя пришёл в наш класс в прошлом году. Невысокий, кареглазый – самый обычный мальчишка. Учился ни хорошо, ни плохо: получал и тройки, и четвёрки. Иногда – пятёрки, чаще всего по литературе. На уроках отвечать не рвался, но, когда вызывали к доске, рассказывал параграф интересно. Петя мог бы стать незаметным, но у него была смешная фамилия – Буль. Наверное, из-за фамилии к нему и прицепились.
– Буль, как тебе больше нравится, когда тебя называют: буль-дог или буль-дозер? Или буль-тупуль?
– Буль, побулькать можешь?
– Буль, а ты плавать умеешь? Или сразу «буль-буль», и ко дну?
– Эй, Барабулька, смотри, куда идёшь! – всё время цеплялись к нему одноклассники.
Но больше всего Пете доставалось от Ярика. Каждый день Ярик находил повод подшутить и посмеяться – прохода Пете не давал: мог и тетради с парты на пол сбросить, и в очереди в буфете отпихнуть, и обозвать. И каждый раз говорил:
– Только булькни об этом кому-нибудь! Я из тебя бульон сделаю! – И громко смеялся над своей шуткой.
Петя не отвечал. Просто молчал в ответ. Поднимал сброшенные с парты вещи, уступал место в буфете, иногда разворачивался и уходил. Кстати, когда у нас начались занятия в бассейне, оказалось, что Пётр отлично плавает. Даже лучше Ярика.
Но Ярик всё равно постоянно цеплялся. И однажды кое-что случилось.
В тот день уроки были похожи на бесконечные спагетти в тарелке. Накручиваешь на вилку – а они всё тянутся и тянутся. Проверочная по биологии, изложение по русскому, прослушивание симфонии на музыке… На шестом уроке была физкультура. Сначала мы, как обычно, пробежали шесть кругов, потом разминались и отрабатывали передачу мяча. А в конце урока нам повезло – Галина Михайловна поделила нас на команды, и мы играли в баскетбол. Петя попал в одну команду с Яриком. На вбрасывании его поставили центровым. Он должен был выбить мяч, но его противник, Артём, оказался чуть быстрее, и мяч достался другой команде.
– Ну ты и тормоз, Буль, – разозлился Ярик и бросился за мячом.
Он в два шага допрыгнул до противника, схватил его и резко дернул мяч на себя. Галина Михайловна не заметила нарушений, и Ярик побежал к кольцу с мячом.
– Ярик, пасуй! – кричали ребята из его команды. Но Ярик не собирался отдавать мяч. Он бежал, расталкивая и противников, и своих. Остановившись у трёхочковой линии, он сделал бросок, но не смог попасть даже в щит. Мяч улетел в аут. Ярик
