на создание армии. Тем не менее ей следует воздать должное за то, что ради мужа и сына она проявила недюжинную отвагу и энергично трудилась в их интересах516.
5 сентября в Вестминстере скончалась малолетняя дочь Элеоноры Кастильской, Екатерина. Не исключено, что потеря единственного ребенка, в то время как ее муж находился в заточении, а сама она – в плену у баронов, послужила ужасным ударом для нее, а также для короля, которого в августе перевезли в Кентербери, где он распорядился внести дату смерти внучки в поминальную книгу собора Иисуса Христа. Вполне возможно, что Элеоноры даже не было рядом с дочерью, когда та умерла, однако ее заставили сопровождать короля в Кентербери. Не позднее 3 октября Екатерину похоронили в Вестминстерском аббатстве. Для похорон предоставили золотые покрывала с вышитыми колесами – символом мученичества святой Екатерины. Элеонора осталась практически без средств к существованию и была вынуждена занимать деньги у юстициария.
Бароны опасались, что королева может лишить короля большей части земель и прав на материке, чтобы попытаться вновь организовать вторжение в Англию. 18 ноября 1264 года они заставили Генриха написать супруге из Виндзора:
Король желает королеве здоровья и искренней любви. Благословен Бог, что у нас есть обоснованная надежда на установление прочного и доброго мира в королевстве, чему надлежит возрадоваться. Вместе с тем мы слышали, что определенные лица в настоящее время намереваются продать или отнять земли и прерогативы, принадлежащие нам и нашему сыну, лишая нас и наших преемников наследства против нашей воли, чего вы ни в коем случае не должны ни желать, ни допускать, а потому мы посылаем распоряжение, чтобы вы не предпринимали никаких действий или попыток подобного рода.
Далее Генрих заверил жену в неизменной привязанности к ней и детям.
Поскольку иные пути для нее были отрезаны, изобретательная Алиенора решила устроить Эдуарду побег. В ноябре ей удалось связаться с его придворными рыцарями, которых осадили в Бристоле. В декабре она отправила им сообщение, «что Уоллингфорд охраняется весьма слабо и что ее сына можно освободить, если он и бристольский гарнизон застигнут [стражников] врасплох»517. Рыцари последовали совету, но были вынуждены отступить, когда защитники пригрозили запустить Эдуарда со стены из мангонели – осадной машины, метавшей тяжелые камни из ковша. По просьбе Эдуарда нападавшие отошли, и бароны немедленно перевезли Генриха с сыном в хорошо охраняемый замок Кенилворт.
В октябре Алиенора обратилась к Людовику и Маргарите с просьбой призвать папу римского отлучить от церкви английских баронов, которые восстали против короля и незаконно действовали от его имени, но Урбан IV скончался, не успев ответить. В конце 1264 года Алиенора и Маргарита написали его преемнику Клименту IV, напомнив о ревностном отношении Генриха к Церкви, и призвали помочь королю, отправив легата в Англию для переговоров с баронами. Климент, в свою очередь, издал буллы в поддержку Генриха и назначил легатом кардинала Оттобоне Фиески, свойственника[36] Алиеноры, приказав ему не заключать мира с баронами до тех пор, пока Симон де Монфор, «этот вредоносный человек, со всем потомством не будет изгнан из Английского королевства».
14 декабря Симон, чье правление становилось все более авторитарным, вынудил короля созвать парламент. 24 декабря он заставил Эдуарда уступить ему графство Честер, чем оттолкнул пограничных лордов. Другие бароны начали возмущаться деспотизмом Симона и сравнивать его со слабым правительством короля в пользу последнего, а некоторые перешли на другую сторону.
Генрих провел Рождество в Вудстоке в обществе Элеоноры, которая находилась на позднем сроке беременности. 7 декабря она и ее дамы получили новую одежду для праздничного пиршества. В свитках, где задокументированы выплаты, одобренные «Палатой шахматной доски», упомянуто, что Элеонора родила дочь по имени Иоанна в декабре 1264 или январе 1265 года, а также о ее воцерковлении 3 февраля, на которое она надела платье, сшитое из «ткани багрового цвета». 25 января король оплатил лекарства для Элеоноры – свидетельство, что ей нездоровилось после родов. К апрелю у нее снова кончились деньги, потому что Симон захватил контроль над ее землями и землями Эдуарда. Элеоноре снова пришлось занимать деньги, чтобы покрыть расходы.
20 января, когда состоялось заседание парламента, Симон де Монфор добился привлечения представителей народа – по два рыцаря от каждого графства и по два горожанина от выбранных городов, тем самым впервые обеспечив включение представителей среднего класса в правительственные круги и заложив основу для парламентов будущего.
В феврале Алиенора отправилась на юг, в Гасконь, где ей удалось заручиться поддержкой сеньоров и сохранить королевскую власть. Тем временем Гийом де Валенс набирал рыцарей в Пуату и отправлял их в Уэльс, чтобы они присоединились к сторонникам короля.
В Англии судьбу монархии ожидал драматический поворот. 11 марта Эдуарда доставили в Вестминстер и публично передали под опеку короля. Эта церемония могла бы позволить наследнику ненадолго воссоединиться с женой, которую он не видел девять месяцев, тем не менее Эдуард остался пленником Симона. Тот немедленно вывез отца с сыном из Лондона, оставив Элеонору в Вестминстере.
Алиенора привлекла подругу Мод де Браоз, жену Роджера, лорда Мортимера, убежденного сторонника короля, чтобы та помогла Эдуарду бежать. Мод тайно передала инструкции королевы Эдуарду в Херефорд. 28 мая 1265 года Эдуард устроил серию конных скачек или учений, в которых мог соревноваться с приближенными. Мод спрятала скакуна за деревьями, и в суматохе состязаний Эдуард вырвался на свободу. Он нашел убежище в замке Роджера Мортимера в Вигморе, сразу же привлек на свою сторону Гилберта де Клэра, нового эрла Глостера, прозванного Рыжим из-за цвета волос и вспыльчивого нрава, и призвал людей под свои знамена, решив свергнуть Симона. Когда Алиенора узнала, что ее сын сбежал, она продала часть своих драгоценностей, чтобы послать ему денег. После 26 июля королева покинула Бордо.
Собрав внушительную армию среди недовольных местных лордов на границе с Уэльсом, Эдуард застал войска Симона врасплох при Кенилворте и 1 августа разбил их наголову. Симону удалось бежать, забрав с собой короля, но Эдуард почувствовал вкус мести и преследовал врага до Ившема, где 4 августа неожиданно атаковал войска баронов, превосходя их численностью в два раза.
«Таким было убийство при Ившеме, ибо никакой битвы не состоялось», – писал хронист Роберт Глостерский. Под Ившемом приключилась резня – одно из самых кровавых сражений в истории Англии. Монарх, которого при попытке спасти ранили в плечо, бродил по полю боя, выкрикивая: «Я Генрих, король Англии! Не бейте меня – я слишком стар, чтобы драться!» Роджер Лейберн, вновь перешедший на сторону короля, отвел
