Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 39
и она была талантливой девочкой.
Через многие годы Марина пришла ко мне со своим сыном:
– Простите меня, Ирина Александровна. Я дура была, ничего не понимала.
Ответила:
– Рядом с тобой сын. Если его заберут, ты как к этому отнесешься?
Она вздрогнула.
– Видишь? А ты была моя дочь.
– Да. Пожалуйста, простите.
– Прощаю.
– Я не верю, что простите.
– Давай будем работать вместе – большего доказательства у меня для тебя нет.
22
В начале 1995 года мне позвонила знакомая из Ташкента, предупредила: «Тебя попросят посмотреть девочку. Она растянутая, как лягушка, гибкая, но никаких других данных у нее нет. Имя девочки – Алина, фамилия – Кабаева. Смотри, не бери!», – «Спасибо за информацию», – ответила я, а когда говорила с мамой девочки, сказала: «Приезжайте». Безразличие хуже ненависти, эту мысль я всегда считала более чем справедливой.
Алина Кабаева:
Мне исполнялось двенадцать, и маме надо было решать, заканчиваю я с художественной гимнастикой или нет. Первых мест в Узбекистане я не занимала, но мой тренер, Эльвира Тарасовна Ромейко, советовала с решением не торопиться и показать меня Винер.
Прилетели в Москву, добрались до Новогорска. Ирина Александровна думала, что я на год младше. Год в спорте играет большую роль. Говорит маме: «Даже не надо переодеваться, девочка “старая”. И то, что из Ташкента, это сложно будет сейчас».
Стою думаю: «Ну ладно, что делать… Наверное, уедем сейчас отсюда». А что я могла, «малек» такой? Вообще права голоса не имела.
Мама говорит Ирине Александровне: «Я прошу вас посмотреть. Почему вы в зал ее не берете?» В конце концов Ирина Александровна согласилась.
Я вышла на площадку, вокруг звезды сборной России. Стала тренироваться. Звезды смотрели на меня и думали, наверное: «Что за девочка такая приехала?» Отходили, понять ничего не могли. Прыгала прыжки свои от одного угла ковра до другого, летала. Не знаю, что со мной было тогда.
Сначала Алина мне не очень понравилась. Я надеялась увидеть малышечку, а девочка была довольно взрослая и не в том весе, в каком надо бы. Сказала, как говорю обычно: «Покажи, что умеешь. Упражнение сделай свое», и после первых движений поняла: ко мне в руки попал алмаз. Девочка горит, эмоции переполняют ее. Если будет трудиться, добьется многого.
Любовь Кабаева:
Ирина Александровна сказала: «Вы свободны, дочь остается на три дня. Мне надо ее еще посмотреть. Вам есть где остановиться?» Ответила: «Да», а Винер строго прибавила: «Не звоните, не отвлекайте, ни о чем не спрашивайте меня».
Выходила с территории базы, глаза были полные слез. Что я делаю? Почему оставляю ребенка? С правой стороны от зала гимнастики в Новогорске – футбольные поля, березки, тропинка. Я не по тротуару, по тропинке пошла, чтоб срезать и быстрее уйти, быстрее успокоиться. Ощущение было такое, будто иду по облакам, по вате мягкой. Дошла до остановки, дождалась автобуса.
Приехала к своим друзьям и опять разревелась. Они говорят: «Ты что, с ума сошла? Алина у Ирины Александровны, радоваться надо, а не рыдать!» Сказала себе: «Уж коли ты сама этого хотела и Алинку втащила, тащить надо будет до конца. Голосить не нужно». Не звонила, Алину к телефону не звала, материнской жалости не проявляла. Очень жестко настроила себя.
Прошло три дня. Приехала на базу, подошла к Ирине Александровне. Она говорит:
– Можете уезжать. Алина остается.
– Уезжать? – переспросила я.
– Да. Я оставляю вашу дочь.
Зашла к Алине в комнату. Обычный номер, две кровати, посередине раскладушка. Она не в сборной, ей раскладушку выделили. Сидит вся в слезах.
– Мама, три дня мне не давали есть, не давали пить. Только несколько глотков воды, чтобы понять, как уходит мой вес за одну тренировку, за три тренировки, за день.
– Алинка, не плачь, – говорю. – Мы должны попробовать. Если понравится, останешься. Только твое желание. Не понравится, я тебя заберу.
Купила свитерок, колготки, курточку, все, что ей нужно, и дня через два улетела. Звонила, спрашивала у администраторов на ресепшен, как там Алиночка. Они отвечали: «Люба, она сейчас занята, позже позовем». Каждый день я слышала дочь. И вечером, и утром перед хореографией. Раз или два в неделю связывалась с Ириной Александровной. Она успокаивала: «Все нормально, не переживай, девочка работает».
Алина Кабаева:
Жила на базе, скучала по маме. Первые дни нормально еще, а потом жесть такая! Плакала, особенно в выходные дни. Были подруги, которые брали к себе домой, спасибо им, но все равно тяжело. Понимала, никто не заставляет меня. Мама не говорит: «Ты должна». Дверь открыта. Скажи: «Не могу», и мама ответит: «Ладно. Хочешь так, значит, так».
В Новогорске, где находиться можно только по результатам, я оставила Алину без колебаний. Платила за ее проживание, питание, медицину, за все, что предоставляет центр сборных команд России. Благодаря Алишеру Бурхановичу такая возможность у меня была.
С самого начала Алине было сказано похудеть. Три дня она должна была сидеть на воде и очистить свой маленький организм от плова, жареной картошки, самсы и некоторых других кушаний, которые получала дома. Заодно я проверила ее характер. Это было первое, пробное испытание. Пройти его было нелегко: еда в Новогорске вкусная, три раза в день открывалось кафе, которое Алина могла посещать. Но она испытание выдержала.
Мы беседовали:
– Чего ты хочешь, Алина? Хочешь быть чемпионкой?
– Да, – отвечала она.
– Это очень тяжелый труд, – говорила я. – Но приятный. Потому что ты для него родилась, тебе он доставляет удовольствие. А самое большое удовольствие – когда свой труд и талант, данный Богом, ты даришь людям.
– Я знаю, – соглашалась Алина.
Любовь Кабаева:
Прошло больше года, звонит ночью Ирина Александровна: «Настроения у Алины не было на тренировке, чуть не плачет. Говорит, по маме соскучилась. Так что бери билет, Люба. Надо решиться. Ты должна жить в Москве. Как бы ни было трудно. Алине нужны и тренер, и мать. Без матери этот ребенок не может. Будешь заниматься административными делами команды, больше ничего не обещаю».
Нашла жилье, привезла младшую дочь, Лейсану. Оформили меня инструктором-методистом с зарплатой примерно сто долларов. Тогда было принято в долларах считать. Соревнования, сборы, перелеты, гостиницы, визы, списки гимнасток, тренеров и врачей – все это было на мне. После финансового кризиса 1998 года еще дополнительно работала. В офисе на улице Лесная. Три дня в неделю. Закупала
Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 39
