весь день в Гоффентале. Вечером красные нажали на Н. Куркулак и заняли его. Со 2 августа (по н. ст.) у них назначено наступление на нашем фронте, но им пока что удалось занять только ту территорию, которую мы оставили, без давления с их стороны, т. е. от Александровска до известной уже линии Васильевка — Гейдельберг — Б. Токмак. Шестая наша дивизия в составе Самурского и Кавказского полков уже готова и занимает фронт правее Корниловцев, сменив там Донцов. Состав ее небольшой: по 500–600 штыков в полку; артиллерии у них тоже не густо, не больше 5 батарей. Относительно Каховки разнеслись такие слухи, что там всё ликвидировано и взяты большие трофеи. В действительности это несколько преждевременно, так как красные, переправившись в четырех местах: у Каховки, Алешек, Корсуньского монастыря и где-то еще, энергично продвигаясь большими силами, потеснили основательно II корпус, который задержался около Аскании-Новы. Операция по ликвидации этого прорыва еще не начиналась.
29.07.1920. Часов с 2 ночи началась артиллерийская стрельба по всему фронту, которая, не теряя своего напряжения, становилась всё ближе и ближе. Около 9 ясно слышна была в Гоффентале уже ружейная перестрелка. Красные нажимали по всему фронту нашего корпуса — от Васильевки до Б. Токмака и правее. В 12 часу двинулась наша дивизия. 1-й и 3-й полк пошли на ст. Монталь, должны были взять Ниж. Курку-лак и оттуда выйти на Ново-Монталь, пройдя мимо Гейдельберга. Мы со 2-м полком пошли по дороге прямо на Н. Монталь. У холмов «шесть братьев» мы столкнулись с колонной кавалерии красных, продвигавшейся к Гоффенталю. Нашим огнем она была рассеяна и отброшена к Нов. Монталю. Около 15 часов левее была замечена колонна конницы красных длиною в 6 верст, двигающаяся на Нов. Нассау, Вассерау и Вайнау в район Фридрихсфельда, Гохенштадта. Сначала эта колонна была принята за отступающие обозы Марковцев, но потом выяснилось, что это не обозы, а кавалерия противника, прорвавшаяся нам в тыл. Оказалось, что красные здорово трепанули Марковцев, которые отошли к жел. дороге под прикрытие бронепоездов.
Южнее Андребурга сильно пострадал 2-й Марковский полк, на который налетела кавалерия. Погибло 2 батальона, целиком батарея и командир полка. Вследствие этого прорыва нам пришлось изменить первоначальную задачу восстановления положения и повернуть фронт больше чем на 90 градусов влево. Вскоре 3-й полк занял Нов. Монталь, и мы двинулись налево и на юг, и заняли линию у юго-западной окраины Гоффенталя в то время, когда кавалерия противника вошла в Нов. Нассау.
В тылу у нас началась паника. Из этого района все начали эвакуироваться в сторону Б. Токмака. (Утром красные ворвались было туда, но с помощью танков Корниловцы восстановили положение.) На ст. Полугород (в наст. время — Молочанск) собирались уже взрывать снаряды. Все говорили, что отступать на Федоровку уже нельзя. Говорят, из Мелитополя тоже начали эвакуироваться некоторые учреждения и стража. На нашем участке кавалерия была встречена дружными залпами, пулеметным и артиллерийским огнем и начала принимать вправо, т. е. назад. С другой стороны запасные полки нашей дивизии с юга, вмешавшись в эту операцию, начали затыкать эту дыру.
Под вечер конная батарея противника основательно обложила нашу батарею, которая слева была совсем открыта. Ранены были подпоручик Дроздовского похода Мазинг Ричард Робертович[209] в голову (он через несколько часов умер) и ездовые Ковалев, Косов и Орещенко; 2 лошади убиты и 10 ранено. Третий полк, принимая влево от Ново-Монталя, заходил в тыл красным. Во время этого движения 3-й полк захватил подбитое орудие, но вывести его не удалось. Под влиянием всех этих движений конница красных довольно быстро начала выскакивать из этого мешка, причем 3-й полк захватил два исправных орудия и занял Нов. Нассау после захода солнца. Около 22 часов мы пришли в Гоффенталь и расположились на ночлег. Лошадей не разамуничивали. После прохода 1-го и 3-го полков через Ниж. Куркулак красные снова вошли туда. Этот прорыв красным не удался.
За операцию было захвачено 1100 пленных. В Ниж. Куркулаке было захвачено восемь 6-дюймовых гаубиц, три 48-линейных, две 42-дюймовые и 4 легких пушки; с остальных же из-за недостатка времени сняли замки и панорамы. Конница красных понесла большие потери.
30.07.1920. Утром наши выпустили несколько 42-дюймовых снарядов из вчера захваченных пушек по Ниж. Куркулаку, прямо от штаба 1-го полка. Около 10-ти нам приказано было приготовиться к выступлению. Выступили мы только в 16 часу. 3-й полк пошел на Розенталь, мы — на Нов. Монталь, а 1-й шел сзади в резерве. Начиная от бугров «шесть братьев» до Нов. Монталя местность на протяжении 7 с лишним верст совершенно открытая. Нет ни одной складки, ни одной артиллерийской позиции. Двигались мы общей колонной, имея впереди разведку и роту в цепи. Подошли версты на 3 к колонии, оттуда ни одного выстрела: казалось, что Ново-Монталь свободен. Вдруг неожиданно начался сильный ружейный огонь, который указывал, что в колонии не одни только разъезды арьергарда красных. Скоро нашу колонну начало покрывать артиллерийским огнем. Первыми снарядами у нас убило одну лошадь, ранило капитана Андреевского (14 ран, два перелома левой руки) и ездового Полякова легко в ногу. Батарея с дороги свернула в кукурузу и стала на позицию. Наблюдательного пункта никакого, ничего не видно, кругом пыль, а нас обжаривают довольно прилично. 3-е орудие пошло вправо. Мы обстреляли опушку колонии, сбили с позиции пушку красных и двинулись за пехотой. Слева появилась скачущая кавалерия, которая вызвала небольшую суматоху в батарее, но она была отброшена без нашего участия. Операция с занятием Ново-Монталя затянулась до темноты. Часов в 20 пыль достигла таких размеров, что на 3 версты уже ничего нельзя было увидеть. Не видно было даже наших разрывов. Мы несколько раз меняли позицию и наконец пошли в Ново-Монталь. Красные здорово садили по пыли, но, очевидно, не имея наблюдений, не могли корректировать и попадали плохо.
1-й полк тоже принимал участие в бою правее нас. В 1-й батарее сегодня двумя снарядами высадили 12 человек и несколько лошадей. Дальше мы не двигались, хотя задача заключалась в занятии Гейдельберга, но она была отставлена начдивом. Мы остались в Монтале, а 3-й полк в Розентале. Ночью кавалерия два раза атаковывала Монталь с автоброневиками, но ее отбивали. Наш часовой, попав под огонь наш и красных, сразу получил 28 пуль.
Жители рассказывали, что здесь были Буденовцы, страшно грабили, забрали весь хлеб. Им приказано было окружить и уничтожить нашу дивизию. Относительно вчерашней операции красные говорили, что им чуть не вышло то, что было со Жлобой. Они обвиняли комиссаров и
