и кривым улицам старого города...
1 сентября. Прощальные дни. Через четыре дня покидаем Рейнерц. Краток был отдых, но силой воли удалось успокоить городские нервы, отстранить заботы... Хотелось бы вернуться в Берлин тихий, дремлющий в сонных переулках, возле парка и леса... Неприятны мне «юбилейные» перспективы: собираются, кажется, чествовать меня по случаю 70-летия, в Рош-гашана или позже. Ничего публичного, при моем участии, не допущу...
7 сентября, Берлин, Шяаргендорф. …Радостное чувство вернувшегося, застающего дорогие реликвии в целости: целы рукописи еще не напечатанных глав «Хасидизма», копии «Истории», переписка, материал для будущей автобиографии...
9 сентября. Избирательная борьба в Германии проходит под знаком разгула антисемитской партии национал-социалистов, выступающих в собраниях с бьющими доказательствами.
15 сентября. На выборах в рейхстаг победа партии национал-социалистов: она провела 107 депутатов. Ее лозунги: ненависть к Франции, реванш, антисемитизм, диктатура, фашизм, кулачное право, Вместе с правыми из партии Дейч национале больше трети рейхстага — антисемиты зверские. И здесь решает судьбу страны не народ, а толпа, не демократия, а охлократия. Спасение теперь в большой коалиции социал-демократов с центром. Коммунисты тоже получили больше мандатов и вместе с фашистами справа будут тормозить обструкцией деятельность парламента. Печальные времена настают для Германии в связи с ростом безработицы. Злобный антисемитизм побежденных в 1918 г. страшнее антисемитизма победителей 1871 г.
23 сентября (пер&ый день Рош-гашана). Новый год, день рождения (завтра) и юбилейный шум по случаю 70-летия. Как ни старался отсрочить шумиху, не удалось. Успел только в том, что отклонил прием депутаций от берлинской общины и других организаций, которые могли нагрянуть на меня с поздравлениями. Зато письменным приветствиям по почте и телеграфу нет конца. Завтра вечером тесный круг друзей (до 20 человек) соберется в нашей квартире, без помпы и разглашения. Выходит «Festschrift» и готовятся еще юбилейные сборники. Статьи в газетах, предстоящие собрания в разных городах. А весь этот шум мне не в пору: занят чтением рукописи второй части «Хасидизма» в еврейском оригинале и корректур обоих еврейских изданий, и все это спешно. Настроение вовсе не праздничное.
19 сентября. Все-таки вчерашний юбилейный день прошел шумно. Кроме потока телеграмм и писем от лиц и учреждений всех стран (до Канады и Бразилии включительно), приходили непрерывно посетители, обходя мой запрет тем, что являлись без телефонного предупреждения. Группа бывших петербургских слушателей «академии», К., Т., В. и др. Принесли «Фестшрифт» в двух изящных переплетах — один экземпляр от берлинской общины, другой от «Юдишер-ферлаг». Много там ценных статей ученых коллег разных стран. Хорошие письма были от Эйнштейна и старца Эд. Бернштейна, который выразил желание посетить меня. Вечер, до поздней ночи, провел в тесном кругу берлинских друзей... Берлинский юбилей нашел отклик во всем мире, кроме России, как питерский юбилей 1922 г. в замкнутой России, без остального мира... С полным философским спокойствием отношусь ко всему этому. Единственный вывод; я недаром трудился полвека, объединил в одном чувстве Восток и Запад. Скоро смогу сказать: Му work is done («мое дело сделано» — выражение Милля).
6 октября. Вчера состоялось большое юбилейное собрание, при участии многих представителей берлинской интеллигенции, но без участия юбиляра... Были речи, приветствия от разных учреждений... Многие удивлялись моему отсутствию... В зале ходило мое «крылатое слово», что я явлюсь на свой юбилей по случаю 90-летия, если тогда впаду в детство.
16 октября. …Кругом атмосфера тревоги. Открытие рейхстага ознаменовалось битьем стекол в центре Берлина бандами национал-социалистов... Читаю кое-что из юбилейной литературы, обильной во всех частях света. Скоро появится в прессе мой общий ответ на приветствия: благодарность говорившим на Западе и привет молчавшим в России.
29 октября. Возобновляю писание «Хасидизма», прерванное в конце июля «великим переселением» и затем юбилейным шумом... Тревога в Германии чуть улеглась, после парламентских вотумов за политику «правительства середины»...
16 ноября. Странные бывают сцепления концов жизни. Месяца полтора назад, к юбилею, я получил приветственное письмо от бактериолога Хавкина{835} из Парижа, который напомнил мне, что в 1992 г. мы встретились в Одессе, у Бен-Ами. Я собирался ему отвечать, но на днях пришло известие, что он внезапно умер в Лозанне.
20 ноября. Вчера провел вечер у Эдуарда Бернштейна, Нестора социал-демократии... 80-летний был менее словоохотлив, чем прежде, и имел усталый вид, но беседа была оживленная (участвовали Койгены и др.). Со мною был Аля. Я выразил опасение, что XX век будет веком антидемократизма, антитезой XIX веку.
Теперь в Польше победили, на выборах в сейм, фашисты из лагеря Пилсудского. В России растет красный террор: новый процесс «вредителей» и предстоящие казни.
31 декабря. Сегодня утром кончил последнюю главу «Хасидизма» в новой еврейской редакции (иврит: «Быт и нравы хасидов»). Почти 38 лет назад, 11 января 1893 г., я кончил в Одессе эту же главу в ее первоначальной русской редакции (печаталась в «Восходе» того года).
1931
1 января. …Многие признаки предвещают новую бурю. Страна, где мне суждено провести остаток жизни, стоит на распутье, между фашизмом и коммунизмом. Победит ли середина или крайность?..
12 января. Два дня недомогания — и сегодня опять за немецкую корректуру «Хасидизма». Нездоровье избавило меня от председательства на вчерашнем собрании, по поводу 80-летнего юбилея Тейтеля. Я послал юбиляру и собранию приветственное письмо, где указал на символ новой исторической встречи восточных и западных ашкеназов: из Германии бежали в XIV в. в Польшу от черной смерти, теперь из России бегут в Германию от красной смерти, а в самой Германии катится черно-красная волна нацистов и коммунистов...
24 января. Сегодня дописал предисловие к «Истории хасидизма» на иврит. Говорю о моем первенце, ставшем последышем, о труде, писавшемся в тихом городе, среди русских лесов, и теперь законченном в Берлине, у леса Груневальда...
7 февраля. …Берлин перестал быть спокойным уголком: ежедневные террористические акты нацистов и коммунистов, отголоски вулканических потрясений в глубинах масс. В любой момент может последовать извержение вулкана.
15 февраля. Вчера на конференции по изданию энциклопедии на идиш. Председательствовал Брамсон, рядом сидели старые и новые друзья. Председатель отметил, что энциклопедия связана с Дубнов-фондом, и не удержался от юбилейных изъявлений. Я сказал, что считаю за большую честь для себя решение связать мое имя с энциклопедией, и дал «историческое предисловие» к конференции: рассказал о попытках энциклопедий начиная с 1891 г. до подготовительных работ 1919 г. в Петербурге к энциклопедии, где предполагалось участие Абрамовича-Рейна{836} (он тут же сидел на конференции)...
6 марта. На днях вышел первый том «Хасидизма» по-немецки, в прекрасном переводе Штейнберга. Послал один экземпляр М. Буберу, вспомнив, что он в конце 1906 г. прислал мне свою первую «хасидскую» книгу. В письме указал на различие наших воззрений
