без разрешения.
– О как! А чего он лыбу давит? – удивился дед, разглядывая быка. – Над лысиной моей насмехаешься? – грозно воззрился он на животное.
– Он всегда такой, – поспешил с объяснениями Леонид, – императорское наследие. Насмехается над нами, чернью, и никого не уважает.
– Хах, с неуважением мы знакомы, – усмехнулся дед, гладя быка. – И чего хотите?
– Продать вам его хочу. Может, найдется у вас место для нового актера? Он парень с характером, но особенный.
– Это я заметил, – почесывал быка дед. – Особенный – это хорошо. Особенных мы любим.
– А цена за него смешная, – хихикнул печально Леонид и назвал сумму, от которой деду стало совсем не смешно, но и отказывать он не спешил.
– Знаете, а оставьте его на пробные съемки. Выгоду пополам. Если сработаемся, я у вас его куплю, – предложил старик-блогер.
– Почему бы и нет, – согласился Леонид, и они скрепили договор рукопожатием.
* * *
Николай был против такого уговора. Он привык к дому. Там – безмятежность и свобода, а тут – большой бизнес и ответственность. Он хотел было сбежать, но боялся рисковать, пока за ним наблюдают, тем более что дед этот был вооружен острыми вилами. Побег был запланирован на ночь.
Николай улыбался как обычно и делал вид, что он со всем согласен, хотя сам считал окружающих идиотами и простаками. Он покорно зашел в хлев и был готов ко всему на свете, кроме того, что он там увидел.
– Пока переночуешь с Роминой семьей, а если останешься, я тебе отдельное место сварганю, – дед показал «царю» на его новые покои и ушел.
Николая тут же окружили пять поросят с самыми грустными глазами в мире. Бык стоял не двигаясь, и смотрел на них. Любопытные свинки кружили вокруг него и щекотали ноги своими мокрыми пятачками. Слезы текли в нигилистической душе быка. Поросята были такими хорошими и такими грустными, что он боялся даже шелохнуться и сделать их еще печальнее. Улыбка по-прежнему не сходила с его морды и сильно контрастировала с этими меланхоличными животными, чего, конечно же, не могли не заметить зрители, следящие за всем этим через веб-камеру. Деду тут же упало «на карман» за этого неожиданного гостя.
А тут еще туристы пришли и, зайдя в хлев, сразу обратили внимание на нового жильца. Никогда еще Николаю не уделяли столько внимания. Все его хвалили и умилялись его улыбке, никто не называл идиотом или клоуном.
Тут-то бык и поплыл. Побег был отложен на следующую ночь. А потом еще на одну, и еще. А потом у Николая появился свой уголок в новом доме, свой личный канал и свои благодарные почитатели, от которых его императорское величество просто не имело права отказаться.
Николай разжирел и обленился. И даже когда дед забывал закрыть стойло, бык оставался внутри. Хорошая компания, пассивная известность и вкусная еда – много ли надо быку, чтобы улыбаться от души.
