Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
— Садись в метро или автобус в последнюю минуту, — подсказал Новик.
— Ага, видал такой трюк в кино, — вспомнил я.
— Вставай у заднего окна, — продолжил «ботаник» Миклашевич, — чтобы можно было следить за дорогой. Не оглядывайся резко назад, не нервничай — иначе, заподозрив, что ты их вычислил, преследующие тебя люди станут еще осторожнее. Для обнаружения «хвоста» можно использовать витрины в качестве зеркал. Брось что-нибудь на тротуар и проследи, не поднимет ли кто этот предмет. Обращай внимание на людей с мобильниками, радиостанциями, просто на тех, кто часто подносит ладонь ко рту — в ней может быть зажат передатчик. Главная твоя задача — заставить шпиона или шпионов выдать себя своими нестандартными, несвойственными обычным людям действиями.
— Я, когда у одного из них рация рядом с моей машиной сработала, быстро за руль прыгнул, развернулся и уехал. Трое за мной метров пятьдесят бежали, потом в «Шкоду» серебристого цвета прыгнули… еле оторвался, километров пять по городу петлял.
— Если ты вычислил один «хвост», это не означает, что ты определил всех, — вновь оживился полковник (как позже выяснилось) Новик. — Старайся запоминать регистрационные номера машин, которые едут за тобой. Сначала увеличь скорость, потом сбавь. Неопытный преследователь нажмет на тормоз, чтобы попытаться поймать твой темп движения, или же будет пребывать в растерянности, пытаясь замаскировать или как-то оправдать свои маневры. Проделай эту операцию несколько раз, с тем чтобы определить, кто как бы непреднамеренно (но, конечно же, с целью) постоянно поворачивает за тобой. Чаще меняй направление своего движения — так ты сможешь определить несколько «хвостов». Некоторые бригады наружки устраивают игры с фарами, чтобы в темное время их автомобиль выглядел поочередно как седан или мотоцикл. Это делается с помощью выключателя.
— Это понятно, — перебил я. — В выключенном положении в зеркале заднего вида я увижу одиночный свет фары и решу, что подозрительный седан, который я заметил ранее, уехал…
— Можно просверлить небольшое отверстие в заднем фонаре твоего авто — фонарь будет светить ярким белым пятном, а не красным или янтарным, и это позволит преследователю оставаться ночью на достаточном расстоянии даже при очень интенсивном дорожном движении. А можно не заморачиваться и просто вынуть одну из лампочек либо приклеить на твой бампер полосу светоотражающей пленки.
— Ты еще про радиомаяки забыл упомянуть — XXI век же на дворе, GPS сейчас сильно развит, — подсказал я.
— Ну да, точно, — согласился Новик.
— Сложно как-то все это…
— Определить профессиональную слежку чрезвычайно трудно, но можно. Да и в целом за личной безопасностью надо следить. Вот ты назначил встречу. Где встречаться? Открытое пространство не подходит, как, впрочем, и слишком закрытое. Могу посоветовать кафе — вот как мы сейчас…
Мы как раз подходили к кафе «Мирский замок», что расположено в Минске на проспекте Независимости — обычной советской забегаловке, в которой можно безбоязненно употреблять разве что чай в пакетиках да минералку. В кафе играла громкая музыка, что мне, с учетом намерения записать наш разговор, не очень понравилось, но у мусоров на этот счет, видимо, имелись другие соображения. А может, это было простым совпадением.
— Напротив окон и дверей не садись, — предупредил Миклашевич, — лучше спиной к стене.
— Слышь, пинкертоны, у вас паранойя уже, — шоу забавляло меня все больше.
— Стеклам свойственно вибрировать, по губам можно читать, — продолжал очкарик, — сев спиной к стене, ты получишь возможность следить за происходящим в кафе. Еще лучше, если со своим собеседником вы будете переговариваться не вслух, а перепиской, — Миклашевич оглядел помещение кафе в поисках удачного примера, вероятно, ноутбука, — на бумаге…
Конечно, менты не предполагали, что я могу записывать наш разговор, иначе не общались бы со мной во весь голос, а последовали бы своему же совету.
— И вообще, — Новик вновь переключил разговор на себя, — помни: какое бы незначительное преступление ты ни совершил, всегда, запомни, всегда считай, что ты сделал что-то ужасное. Паранойя должна быть твоим спутником. А то вон в 2004-м вы до того офигели, что купленную по «левому» «пластику» водку, все тридцать ящиков, прямо в инкассаторский микроавтобус загружали.
— Немного странно слышать подобные наставления из уст легавых, вы не находите? — я уже не знал, что и думать.
— Жизнь вообще странная штука, — философски заметил Миклашевич, который так же, как и Новик, в то время уже носил погоны с тремя большими звездами.
— Вы про Бернардо Провенцано слышали?
— Нет, а должны были? — спросил один из мусоров.
— Легендарный мафиози, крестный отец сицилийской коза ностры, успешно скрывался сорок три года, никогда не фотографировался — у полиции было лишь одно его фото сорокалетней давности, его местонахождение знали лишь несколько приближенных, все приказы отдавал через pizzini — маленькие записки и все равно попался…
— Как? — спросил Новик.
— Полиция проследила путь доставки чистой одежды из прачечной его семьи до заброшенной фермы, где скрывался Провенцано.
— Сколько веревочке ни виться… Тебя, кстати, Кирпич сдал.
— Что за «кирпич»? — я вопросительно посмотрел на мусоров.
— Не «что», а «кто», — любезно пояснил Новик.
— Не знаю я таких.
— Ой ли?.. Фильм «Место встречи изменить нельзя» смотрел?
— Очень давно.
— Не суть. Там карманник был один, Садальский его играл, все говорил: «Кошелек, кошелек!.. Какой кошелек?!» «Погоняло» его было Кирпич. А фамилию не помнишь?
— Нет.
— А фамилия Кирпича была Сапрыкин. Вот мы Илью Кирпичом и прозвали. Если б не его показания, оснований для твоего ареста навряд ли хватило бы…
— Да я понял уже, что он сказал при задержании все так, как вам было нужно. Мразь.
— Не то слово, — продолжил Новик. — Скулил, как баба, чтоб мы его не «закрывали». Его папаша — ну ты ж в курсе, у них там фирма строительная, проектную документацию делают.
Я кивнул.
— …задолжал моему приятелю 60 штук баксов. И не отдавал. Пока мы Илью не «прикрыли», ни копейки не вернул. Ну мы сыночка под замок ненадолго — благо оснований хватало, и папаше намекнули что к чему — 50 тыс. сразу вернул. Но вот же, блин, еврейская семейка — оставшуюся «десятку» старшой Кирпич зажал. Пришлось по-новой Илью поприжать.
— Так а приняли-то вы его за что? Я думал, он вам платит… свой в доску…
— Мы тоже так думали. И когда после твоего ареста деньги из белорусских банкоматов все так же продолжили исчезать, Сапрыкин был последним, на кого мы могли подумать. Рассказать, как он спалился?
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
