ниже определенного уровня, то его перестанут снимать. «Если я снимусь еще в парочке фильмов, которые не сработают, – говорил он, – мне скажут: ”Робин, ты хороший актер, но… Мы свяжемся с тобой позже“». И больше не позвонят».
Это был не просто воображаемый сценарий в голове у Робина, такая точка зрения была навязана ему его менеджерами, которые неуклонно напоминали, что обязательно нужен фильм, который поднимет рейтинг Робина как актера. Но он чувствовал их поддержку в том, чтобы реализовать свои выдающиеся способности. «Порой мои менеджеры переживали, как родители: ”Если ты действительно этого хочешь, то мы тебя поддержим“. И это великолепно, потому что приходится регулярно испытывать на себе давление: ”Ты опять снялся в фильме, который не приносит денег. Кассовые сборы мизерные“».
Особенно его расстроил успех фильма «Поменяться местами» – комедии лета 1983 года. Режиссером комедии был Джон Лэндис, а в ролях богатого коммерсанта и уличного попрошайки, которые поменялись жизнями, снялись Дэн Эйкройд и Эдди Мерфи. Рынок комедий, как это видел Робин, был из разряда «кто кого»: кто-то поднимался, значит, кто-то падал, и раз Эйкройд и Мерфи были на пике, то что это значило для него? В частности, Мерфи в тот момент переключался с телевизионных шоу на фильмы с легкостью, которая ускользала от Робина. «Эдди идеальный, он четко знает, что делает и как хорошо смотреться в записи, – говорил Робин. – У меня же так не получается, я должен еще многому научиться».
Как-то поздним летним вечером Робин позвонил своему другу и соратнику Беннетту Трэймеру. Трэймер так вспоминал этот разговор. «Беннет, ты смотрел ”Поменяться местами“?» Он ответил, что смотрел, после чего Робин спросил: «И как тебе?» «Я не знал, что ответить, и сказал, что, пожалуй, это лучший фильм Лэндиса, он намного глубже, чем его предыдущие работы. Но Робин не остановился: ”А как тебе в нем Дэнни?“ Мне пришлось признать, что он хорош, очень хорош. Не настолько, как Мерфи, но они оба хороши. Он ответил: ”Да, я тоже так думаю, просто было интересно узнать твое мнение“».
Хотя Робин напрямую и не задал вопрос, Трэймер знал, о чем он хочет спросить. «Уильямс не ждал, когда другие потерпят неудачу, он был благородным малым, – рассказывал Трэймер. – Но в душе Робин очень переживал: ”А когда же моя очередь? Когда я снимусь в хитовом фильме?“»
Когда весной того же года у Робина вышел второй альбом, он оставил ощущение, что энергичный и изобретательный исполнитель отсутствовал. Альбом с вызывающим названием «Пульсирующий питон любви» стал своего рода открытием для каждого, кто мог воспринять его пошлые шутки как подростковые. Он был записан в те же даты, что и его фильм для НВО «An Evening with Robin Williams», и состоял из тех же шуток, но в другом порядке, а также из его импровизированных разговоров со зрителями. Слышно, как кто-то из публики просит Робина пошутить, а он в ответ кричит: «И чем вы думаете, я занимался последние гребаные тридцать минут?»
Комментируя альбом для Los Angeles Times, Лоуренс Кристон писал, что из трех талантливых комиков 70-х годов, двое – это Стив Мартин и Ричард Прайор, а Робин – «единственный выживший в стиле стендап». На тот момент Мартин уже переключился на кинокарьеру, а Прайор изо всех сил старался совершить этот переход в новом десятилетии. Несомненно, у Робина «были самые профессиональные выступления и самые крутые импровизационные навыки – пожалуй, больше ни о ком нельзя сказать, что в его стендапах было столько театральных элементов». Но Кристон вынужден был признать, что Робин был «не совсем хорошим актером». В те моменты, когда он делился какой-то личной информацией – например, что скоро станет отцом (а к моменту выхода альбома он уже им был), то преподносил это как очередную шутку, а не искреннее признание.
В отличие от «Reality… What a Concept», который входил в топ-10, «Пульсирующий питон любви» получился не столь удачным, не имея успешного сериала в качестве поддержки. Он дебютировал под номером 1 80 в чарте продаж Billboard, достиг 119 позиции и покинул чарты через девять недель. Но тем не менее зимой «Питон…» был в числе номинантов Grammy – наряду с альбомом Эдди Мерфи «Comedian», вторым альбомом от двадцатидвухлетней звезды «Субботним вечером в прямом эфире» и «Поменяться местами».
Первый раз Робина пригласили вести «Субботним вечером в прямом эфире» 11 февраля 1984 года – за две недели до церемонии вручения Grammy. Они с Мерфи выступали друг напротив друга в единственном номере – пародии на общественно-политический сериал «Firing Line», в котором Робин играл эрудированного Уильяма Ф. Бакли младшего, а Мерфи – академика, и они обсуждали, почему темнокожие комики последнее время так востребованы. «Из-за цвета кожи, – объяснял Робин, – темнокожие люди с каждым днем становятся все более взрывоопасны». В этой конфронтации языка и интонации очень четко была видна разница в их стилях. Робин в седовласом парике конкретно нервничает от аристократического заикания и расовых провокаций Бакли: «Т-т-теперь вы не станете утверждать, что данный феномен р-р-распространен у черных, ой, у афроамериканцев, ой, как там у вас у цветных принято». Мерфи спокойно общается на эту тему, даже когда его персонаж неожиданно вспыхивает. Естественно, «Comedian» Эдди Мерфи, а не «Пульсирующий питон любви» получил Grammy.
Когда весной 1984 года вышел фильм «Москва на Гудзоне», то не предполагалось, что он сильно поднимет артистическую или коммерческую ценность Робина. Винсент Кэнби в The New York Times написал, хотя Робин и его альтер эго были «самыми обаятельными персонажами – одухотворенными, скептически настроенными, но верящими в чудо», сам фильм «понятия не имел, что с ними делать. Они люди вне фильма».
Журнал New York был более доброжелателен. Дэвид Денби писал, что у Робина была «уверенная позиция, у него шикарный персонаж, который чрезвычайно трогателен. С бородой и прической, как у русского медведя, он выглядит маленькой, безобидной фигурой на фоне московских улиц, сжавшись от холода и гримасничая в туалете в ожидании туалетной бумаги на протяжении трех часов». «Москва на Гудзоне» за восемь недель собрала 25 миллионов долларов – внушительный результат, однако не настолько, чтобы говорить о хите.
Но как бы не был занят Робин, он всегда пытался находить время, чтобы пообщаться с Заком и побыть с ним и Валери в их новом счастливом доме. Он говорил, что выход «Москвы на Гудзоне» совпал с первыми шагами Зака, а в заключительные минуты в «Субботним вечером в прямом эфире» пожелал спокойной ночи своему сыну: «Зак сейчас дома и говорит
