Бригада вышла в район озера Полисто и Серболовских лесов. Она объединила многих партизан Псковщины, рассеянных по своим районам. Вскоре о ее действиях узнала еся страна. Об успешных боях 2–й бригады не раз сообщало Советское информбюро, конспиративно называя это соединение группой отрядов под командованием товарищей В. и О. (Васильева и Орлова).
Здесь‑то, более чем в ста километрах за линией фронта, и зародился широко известный в стране Партизанский край — обширный советский район. В крае были восстановлены органы Советской власти. Работали колхозы и сельсоветы, школы и больницы, выходили печатные газеты. Жизнью населения края руководили специально созданные для этой цели тройки — своеобразные райкомы партии и райисполкомы в тылу врага. Крестьяне жили по законам Советского государства. Это был настоящий советский строй, партизанская республика.
Главой этой республики, организатором и руководителем ее был Николай Григорьевич Васильев. Волевой, смелый, собранный, он с первых дней войны весь отдался боевому делу. Мало сказать — партизаны его уважали. Его любили. Все видели, что целью своей жизни Васильев поставил честное и добросовестное служение Родине, партии. Такой не мог не стать героем. Это был человек долга. Все личное он отодвигал на второй план.
Казалось, о чем, как не о своих личных переживаниях, о трудностях походов, о сыновних чувствах, мог написать комбриг родителям в советский тыл? А разве таково его первое письмо к отцу и матери? Написал он его 19 ноября, вскоре после встречи с нами — славковскими партизанами. Вырвал листик из блокнота и черным цветным карандашом написал:
«Здравствуйте, папа и мама!
Спешу вам сообщить, что я жив, здоров и того вам желаю.
Вы обо мне не беспокойтесь: питание у нас отличное, одеты мы тепло и в валенках.
Сообщите Нине (жена Васильева. — И. В.), что я жив. Я вернусь из фашистского тыла с полной победой над проклятым и лютым врагом.
Я и товарищи будем драться до последней капли крови за Родину, за народное счастье!»
…В конце ноября партизанская разведка донесла: на подступах к краю, у станции Локня, появился крупный вражеский отряд.
— Разгромить его! — решительно заявил Васильев. — Не дать врагу обложить край. Показать ему нашу силу.
На эту боевую операцию комбриг отправился сам. Он повел за собой шесть партизанских отрядов. Остальные отряды, среди которых был и наш «Буденновец», оставались на месте.
На третьи сутки партизаны достигли деревни Вихрище. Приближаясь к селу, они обнаружили следы автомобильных шин. Значит — поблизости. Жители села Ушаково подтвердили это. Они сообщили, что в Вихрище окопались около трехсот солдат и офицеров. И хотя сведения явно расходились с данными разведки, Васильев принял смелое решение — разгромить фашистский гарнизон.
Атака началась ранним утром. Немцы дрогнули и побежали, устилая снежное поле убитыми и ранеными. Но куда бежать? Гарнизон был окружен. Для выхода из кольца оставались одни ворота — дорога на деревню Юхново. Но это были ложные ворота: здесь в засаде сидел отряд Алексея Горяйнова. Он встретил бегущих фашистов ураганным огнем.
Бой закончился полной победой партизан. Противник потерял только убитыми 180 солдат и офицеров.
С гарнизоном в Вихрище было покончено. Можно продолжать путь. Но что это? Слева и справа вновь появились немцы. Они начали окружать партизан. Из‑за леса выскочили броневики. Грянули орудийные залпы, послышалась пулеметная дробь.
«Что‑то неладно», — подумал Васильев и приказал двигаться на север, — к деревням Заходы и Веряжи. Однако и в этих деревнях оказались фашисты. Куда бы ни направлялись партизаны, всюду натыкались на врага.
Наконец разведке удалось установить, что против Партизанского края фашисты бросили крупную карательную экспедицию. Они сняли с фронта потрепанную з боях дивизию, присоединили к ней карательные отряды и местные гарнизоны. Экспедиция имела артиллерию, минометы, танки, броневики и даже авиацию. А на вооружении партизан находились только винтовки, автоматы, гранаты и несколько пулеметов. К тому же немцев было в пять раз больше, чем партизан. Руководил экспедицией командующий войсками охраны тыла Северной войсковой области генерал–майор Шпейман.
Все деревни Партизанского края в течение нескольких дней были заняты карателями. Штаб бригады во главе с комиссаром Орловым вынужден был покинуть Глотово и податься в Серболовский лес. Но и в лесу его окружили немцы. Каратели торжествовали. Они считали, что партизаны в мешке. По глухим, закованным в лед дорогам загрохотали танки и броневики. Положение создалось сложное. Все мысленно обращались к Васильеву. В него верили. И не ошиблись. Васильев нашел выход. Первое, что он сделал, — отдал приказ идти на соединение с группой комиссара.
Как мы ждали тогда, хоронясь в лесу, своего комбрига! И когда мелькнула меж деревьями его высокая, стройная фигура, партизаны, забыв об осторожности, крикнули «ура».
— Васильев вернулся! Комбриг с нами! — полетела от землянки к землянке радостная весть.
Васильев сразу же принял решение: немедленно, в первую же ночь, вырваться из кольца окружения и ударить по карателям с тыла. Так и было сделано. Но вести бои с карательной экспедицией нам долго не пришлось. Помогла обстановка на фронте. В начале декабря наши войска перешли в решительное контрнаступление под Москвой и прорвали фронт противника. Чтобы как‑то закрыть образовавшуюся брешь, фашисты спешно стали подтягивать туда свои силы. Не имея достаточных резервов, они вынуждены были отозвать на фронт и дивизию Шпеймана.
— Ну, что ж, экзамен выдержан, — довольный исходом борьбы говорил Н. Г. Васильев. — Теперь вся бригада получила боевое крещение. Будем готовиться к новым боям.
* * *
В первой половине января бригада получила важный боевой приказ. Его прислал начальник штаба Северо–Западного фронта Н. Ф. Ватутин. Он приказал ударом с тыла захватить город Холм и удерживать его до подхода наших передовых частей.
Сборы были недолги. Ранним утром 15 января бригада разбилась на три группы и двинулась к Холму. Это был большой и трудный поход. Ехали три дня и две ночи. По глубокому снегу, по бездорожью преодолели 80 километров вражеского тыла. Комбриг Васильев все время подбадривал партизан:
— Крепче держитесь, ребята! Идем навстречу Красной Армии.
В ночь на 18 января все дороги, ведущие к городу Холму, были перерезаны партизанами, все мелкие гарнизоны, расположенные в окрестностях, окружены. Плотным кольцом партизан был опоясан и город Холм. В назначенное время местность огласилась грохотом боя.
