Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70
Разрабатывая план генерального сражения, в ходе тщательнейшей рекогносцировки Наполеон колебался между двумя вариантами: глубоким обходом и лобовой фронтальной атакой. Большой любитель обходных маневров маршал Даву настойчиво советовал своему императору ночью обойти справа его собственным корпусом и корпусом Понятовского (более 56 тыс. солдат) левый фланг русской армии. Двигаясь по Старой Смоленской дороге, они должны были быстро достичь города Можайска, где сходятся дороги на Москву, и не только отрезать русским путь к столице, но загнать их в угол, образованный реками Москвой и Колочей. Но Наполеон, опасаясь, что Кутузов, узнав об этом стратегически очень опасном маневре, уклонится от генерального сражения, раздраженно бросил: «Как вы любите все обходить, Даву! Но у меня нет для столь дальнего обхода необходимого численного превосходства! К тому же при примерном численном равенстве противостоящих сторон уход с поля боя по плохо изведанной и сильно заросшей местности чуть ли не половины всех сил на неопределенное время – это крайне рискованно!» Бонапарт отказался от глубокого обхода, предпочитая лобовую атаку.
Пока войска принца Евгения Богарнэ будут совершать демонстрационную атаку на хорошо укрепленный природой правый фланг русских, Наполеон атакует главными силами более слабый левый фланг – Семеновские флеши. При этом главный удар французской армии должен был сопровождаться вспомогательными атаками в центр русской позиции, на Курганную высоту, а также наступлением польского корпуса генерала Понятовского по Старой Смоленской дороге на Утицкую высоту, где будет предпринята попытка создать угрозу тактического обхода в тыл русским. С этой целью против левого фланга и центра русских Бонапарт сосредоточил от 60 до 80 тыс. солдат и 467 пушек! Здесь собрались лучшие армейские корпуса – I-й Даву и III-й Нея – полнее всего укомплектованные.
В резерве императора оставались самый слабый, как по численности, так и по качеству из всех корпусов генерала Жюно, отборная дивизия генерала Фриана, интернациональная по своему составу кавалерия Мюрата (почти 20 тыс. всадников) и обе гвардии. Молодая (7 тыс. пехотинцев и 28 орудий) и своего рода неприкосновенный запас – Старая (6120 пехотинцев и 32 орудия).
...
Кстати , позже военные теоретики сильно критиковали Наполеона за то, как он спланировал Бородинскую битву, и особенно сильно ему досталось за то, как он ее провел. Считалось, что следовало бы уделить больше внимания возможности тактического обхода русского левого фланга. Еще больше нареканий вызвало руководство войсками в ходе сражения.
Кутузов же учел обе возможности наполеоновского плана нападения на русскую позицию: и обход, и фронтальную атаку. На правом фланге и в центре он разместил большую часть своих войск, в том числе 204 пушки под общим началом Барклая-де-Толли. Располагая их так, он стремился заставить Наполеона атаковать в лоб на узком трехкилометровом пространстве своего более слабого левого фланга, где местность затрудняла возможность быстрого флангового маневра. В случае серьезной угрозы для этого крыла Кутузов надеялся использовать армию Барклая как резерв и перебрасывать ее в нужном направлении. С этой целью он приказал построить мосты, переходы через ручьи и овраги. Однако в ходе сражения это получалось не всегда. К тому же, занимая удобную оборонительную позицию, укрепленную двумя мощными батареями, правофланговые 30-тысячные войска Милорадовича, Багговута и Остермана-Толстого наступать сами не могли, так как перед ними находилась сильно пересеченная местность, но, будучи плотно построенными, они окажутся под прицельным массированным огнем превосходно действовавшей в ходе всего сражения французской артиллерии.
Господствующую над полем Курганную высоту, превращенную саперами в 18-пушечный люнет (незакрытый сзади 130-метровый редут), занял пехотный корпус генерала Раевского. С фронта его защищали несколько рядов «волчьих ям». Центром командовал Дохтуров. Позади него в резерве стояли гвардейская гренадерская и кирасирская дивизии, а также главный артиллерийский резерв.
В целом боевой порядок русской армии, предполагавший эшелонированную оборону, был весьма глубок (от 3 до 5 км), что обеспечивало его устойчивость и позволяло маневрировать резервами на поле боя. Таким образом, кутузовская диспозиция позволяла упорно защищаться весьма ограниченными силами, вовремя подтягивая резервы, и нанести врагу максимальные потери. Кутузовский штаб размещался в деревне Татариново, а сам русский главнокомандующий во время сражения располагался на правом фланге – в Горках. Наполеон руководил боем из Шевардино.
Ф. А. Рубо. Бородинская битва. Фрагмент. 1912 г.
Бородинское сражение началось рано утром 26 августа (7 сентября) с атаки французов на правый фланг русской армии, где, пользуясь туманом, пехотинцы из дивизий Дельзона и Брусье заняли Бородино. Затем на плечах отступавших русских они попытались прорваться за Колочу, но получили такой отпор, что откатились назад и закрепились в деревне. На юго-западную окраину Бородина французы выкатили пушки для флангового обстрела Курганной батареи Раевского. И сразу после этого центр сражения был перенесен на левый фланг русских. Больше до конца битвы французы уже здесь активно не атаковали. Это не прошло незамеченным, и вскоре русские начали переброску своих правофланговых войск на левый фланг.
По мере втягивания все больших сил французов в сражение на левом крыле русской позиции, а затем и в центре, угроза глубокого обхода правого крыла уменьшалась, и Кутузов мог смелее переводить свои силы с правого фланга. В то же время четыре русских егерских полка, стоявшие на правом крыле самыми крайними, так и остались не востребованными. Возможно, в суматохе боя о них просто забыли. В течение нескольких часов Наполеон огромными силами (сначала – 16 тыс. пехоты и 100 орудий, затем – 30 тыс. пехоты и 160 орудий, потом – более 45 тыс. пехоты и 250 орудий, и наконец – 382 орудия) будет неоднократно атаковать Семеновские флеши, много раз переходившие из рук в руки. Несмотря на серьезный численный перевес французов, 15 (затем – 18) тысяч русских воинов при 164 (потом – 396) пушках держались стойко.
Со времени изобретения пороха это было самое страшное артиллерийское сражение: сосредоточенные у флешей друг против друга 396 русских и 382 французских орудий вели непрерывный огонь. Сплошной адский грохот в воздухе сопровождался сущим адом на земле! На полуторакилометровой полосе Семеновских флешей не было места, куда бы не упала бомба или граната! Крики командиров и вопли отчаяния на 10 языках заглушались пальбой и барабанным боем. Ужасное зрелище представляло поле боя на левом крыле русской армии. Здесь уже вышли из строя один за другим превосходные французские генералы Рапп, Компан, Ромеф и Дессоль. Тесно сбитые французские колонны являлись прекрасной мишенью для русских артиллеристов. В прежние годы пехота Великой армии стремительно разворачивалась из колонн в линии перед решающей атакой, но недостаточная подготовка рядовых новобранцев и пересеченная местность бородинского поля вкупе делали сейчас этот маневр невозможным. Именно в эти моменты, когда атакующие массы французов вплотную приближались к флешам, русская артиллерия получала возможность действовать более эффективно, чем французская. Сказывались ее высокая скорострельность, удобство заряжения и удачное расположение во флешах. Именно в ближнем бою, поражая насквозь плотные ряды наступающей французской пехоты, русские пушки могли «отдавать должок» тяжелым батареям дальнобойных орудий Сорбье и д’Антуара за смертоносный ураган с безопасно-предельных дистанций.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 70
