на скамейках за столом, Маша разливала по тарелкам горячий борщ, а Аристархович – по рюмкам коньяк. Протягивая их каждому.
– Ну как, все готовы? – приняв последним свою, на правах хозяина спросил Юрий?
– Все, – кивнул седым ежиком старик.
После этого Легостаев встал, обвел всех глазами и сказал:
– За нашу с тобой, Миша, встречу и чтобы больше не было войны.
Остальные тоже встали, звякнули рюмками и выпили, а затем принялись за борщ, оказавшийся удивительно вкусным. Вторую выпили за погибших на фронте друзей, не чокаясь и молча, ну а третью, как водится у моряков, за тех, кто в море.
Обстановка разрядилась, потекла застольная беседа.
Легостаевы рассказали о своей жизни, а Усатов о своей. Послевоенной. Когда же Степан Аристархович узнал, что их гость целый вице-адмирал, то очень удивился.
– Никак флотилией командуешь, Михаил? А то и выше?
– Да нет, Степан Аристархович, – рассмеялся Усатов. – Я вроде как штабной работник.
– В штабах тоже умные люди нужны, – значительно поднял вверх палец старик. – Я сам флотский и понимаю.
Спустя некоторое время, когда Маша подала к столу отбивные с жареным картофелем, грызший в стороне сахарный мосол Абрек пошевелил ушами, встал и протопал в сторону калитки.
– Гаф! – стал вилять мохнатым хвостом и подвизгивать.
– Не иначе, Кольша пришел, – наклонился к Усатову Степан Аристархович. – Кавказец всегда его так встречает.
Звякнув, калитка отворилась, и во двор вошел высокий стройный юноша в форме курсанта мореходки. Он потрепал собаку по холке (та довольно заурчала), и приятели вместе подошли к столу.
– Вот, знакомься, сынок, – обернулся к нему Легостаев. – Это мой фронтовой друг Михаил Усатов.
– Папа о вас много рассказывал, – подал Николай руку вставшему навстречу Усатову. – Очень рад с вами познакомиться.
– И я рад, – крепко пожал ее тот. – Значит, говоришь, Николай? – взглянул на Легостаева-старшего.
– Да, – ответил Юрий. – Назвали в честь Коли Сафронова.
Усатов повлажнел глазами, несколько секунд молчал, а потом расстегнул на руке браслет часов и протянул их парню:
– Держи от меня на память.
– Спасибо, – принял курсант подарок.
Затем он присел к столу, Степан Аристархович предложил выпить за молодежь, все его активно поддержали.
Как выяснилось, отслужив срочную, Легостаев-младший решил пойти по стопам отца и учился на судоводителя.
– У меня чуть старше, морской офицер, – с одобрением глядя на парня, сказал хозяину Усатов.
Между тем любопытный Аристархович попросил у племянника часы (то были «Командирские»), внимательно осмотрел и обнаружил на задней крышке надпись.
– «За безупречную службу от председателя КГБ СССР», – удивленно прочел он и вопросительно уставился на Усатова.
– Я там служу, отец, – пояснил гость. – Давно, после флота.
Засиделись до вечера, когда в небе зажглись первые звезды.
А когда Маша с сыном убрали со стола, а Степан Аристархович отправился спать, фронтовые друзья, прихватив бутылку коньяка, прошли в сад, где имелась увитая плющом беседка. Из нее открывался чудесный вид на побережье. Там они проговорили до утренней зари, вспоминая боевое прошлое и друзей, которых теперь не было.
– Впрочем, Бойко, возможно, и жив, – дымя очередной сигаретой, высказал предположение Легостаев. – Ранило его здорово, в грудь и бедро, но ты же знаешь, парень Иван был крепкий. Мог и выжить.
– Помнится, он родом из Сибири, – взглянул на приятеля Усатов. – А вот откуда именно, запамятовал.
– Из Томской области, это точно.
– В таком случае постараюсь Ивана найти, возможности у меня имеются, – пообещал Усатов. – Как будут новости, обязательно сообщу.
Потом они пару часов вздремнули в мансарде и позавтракали в домашнем кругу, а ровно в назначенное время за адмиралом пришла машина.
За ворота, проводить гостя, вышла вся семья.
– Ну, спасибо за теплую встречу, Юра, – обнял на прощание хозяина Усатов. – А вам за хлеб-соль и приятную беседу, – пожал руки Маше со стариком и Николаю. – Рад буду видеть у себя в гостях в Москве.
Потом он сел в машину, та развернулась и уехала в солнечное утро.
Эпилог
Усатов сдержал слово и спустя месяц нашел Бойко.
Орденоносец и инвалид Великой Отечественной войны жил в одном из районов Томской области, где работал егерем в лесничестве. Имея семью и четверых детей.
Созвонившись, Усатов с Легостаевым вскоре навестили фронтового друга, воспользовавшись услугами Аэрофлота, и больше они друг друга не теряли. Не раз встречались в Москве, Томске и Одессе. А однажды даже побывали на военном параде на Красной площади, в честь 40-летия Победы. Вице-адмирал раздобыл билеты на гостевые трибуны.
Все трое прожили большие и яркие жизни.
А потом ушли.
Первым – Иван Григорьевич Бойко, в 1986-м, сказались тяжелые ранения; за ним спустя пять лет Юрий Иванович Легостаев, последним – Михаил Андреевич Усатов, в 1995-м.
А Страна, за которую они сражались и отстроили вновь, осталась.
В память и назидание потомкам.
Помните это. Не забывайте.
Примечания
1
Разножка – раскладной корабельный стульчик.
2
ВВД – воздух высокого давления.
3
Пайола – лист корабельного настила.
4
Особист – офицер военной контрразведки (жарг.)
5
Бригада – в данном случае соединение военных кораблей.
6
Комингс – порог каюты.
7
Флагман – в данном случае воинское звание в РККФ.
8
Тревожный пропуск – документ, удостоверяющий личность посыльного по тревоге.
9
Форма «три» – один из сезонных видов матросской формы.
10
Флотский экипаж – в данном случае место проживания команд на берегу.
11
Машка – в данном случае швабра (жарг.).
12
Обрез – половина металлической бочки для окурков.
13
Гальванер – минный специалист на императорском флоте.
14
Кочедык – принадлежность для починки сетей.
15
Морской охотник – корабль по поиску и уничтожению подводных лодок.
16
Хурда – личные вещи (жарг.)
17
Дебаркадер – морская плавучая пристань.
18
Банка – в данном случае табурет (жарг.)
19
Чумичка – половник на флоте (жарг.)
20
Рубон – еда (жарг.)
21
Гады – в данном случае
