Еще один читательский отклик, Еруслан ТУШЕНКО озаглавил свое письмо «НЕВЕГЕТАРИАНСКАЯ ДЕВА»:
Как объяснить феномен Новодворской и ее преображение? Вряд ли можно найти аналогии в прошлом. Самой похожей исторической личностью является наш современник — незабвенный Владимир Вольфович, давний соратник В. И. Демократический гротеск и особый либеральный политический бурлеск отличают обоих революционеров. Нужно обладать недюжинным талантом, чтобы уметь организовывать раек в любой аудитории.
Хотя поворот лицом к президенту, поддержка его конституции и многие другие шаги Жириновский и Новодворская сделали почти одновременно, функции эти революционеры выполняют разные. Жириновский делает свою игру, организует политику на пустом месте, вырубая в неприступной скале политическое поле для своей деятельности. Новодворская же играет особую роль. Этой скромно одевающейся женщине с полной фигурой ее единомышленники-мужчины, отягощенные различными портфелями, когда-нибудь поставят памятник. Я уже вижу его: массивная фигура в очках с пластмассовым револьвером в одной руке и омоновской дубинкой — в другой, верхом на танке.
А если серьезно, то заметим: именно Новодворская умудряется успешно и бесстрашно (и сколько раз!) проартикулировать все те мысли, которые давно уже лелеют, но не решаются произносить ее коллеги из ДемРоссии. Это она в августе 93-го, когда президент, сверкая глазами, лишь намекал про «артподготовку», смело призвала устно и через листовку «добить» и «беспощадно уничтожить». Это она, возглавляя в «Новом Взгляде» рубрику «Рога и копыта клуба ДС», постоянно призывает оставить от коммунистов, фашистов и прочей бяки, что мерещится В. И. в каждом углу, лишь рожки да ножки. Вот и сегодня заклинает она действовать «только картечью и прямой наводкой».
Вы спросите: при чем же здесь демократия? Спросите об этом у самой В. И. Прошли времена, когда символом был академик Сахаров, страстно твердивший что-то о правах человека и сочинявший «беззубые» конституции. Кто вспоминает сегодня о нем, кроме немногочисленных членов Союза демократических сил имени Андрея Дмитриевича? Наступило время «решительных действий», к которым призывает Новодворская, а болтать о демократии лучше потом. В. И. как личность лучше всего символизирует момент и его героя.
Как легендарная Орлеанская дева, она готова вести за собой, возглавить всю президентскую рать в новом крестовом походе. В. И. ничего не боится, готова вызвать огонь на себя, мечтает и даже жаждет, чтобы ее арестовали, судили, а может быть, даже и повесили, «расстреляли дважды» и четвертовали.
Только вот никак не стать В. И. новой Орлеанской девой. Хотя бы потому, что легендарная Жанна не призывала на родную землю иноземных армий (как это делала Новодворская), напротив, она поднимала народ на борьбу с захватчиками. И даже руанская дева по прозвищу Пышка совсем не благоволила оккупантам.
А ведь был шанс, Валерия Ильинична, не будь вы так кровожадны! Может, стоит вернуться к правозащитной деятельности?
Станьте вегетарианкой, госпожа Новодворская!
Раздел IV. «Московская комсомолка»
После того как Валерия Новодворская перестала быть колумнистом «НВ», она всплыла на страницах смежных изданий всего лишь пару раз.
В ноябре 1997 года в московском клубе «Метелица» прошла первая церемония за самые сексуальные достижения в шоу-бизнесе «Постель’97», приуроченная к годовщине программы «В постели с…». Гости были яркие: Владимир Вольфович Жириновский, Эдуард Лимонов с очередной спутницей, Ирина Понаровская, на этот раз без всевозможных перьев и шляп, но в суперстильных очках, Марк Рудинштейн, Борис Моисеев в атласном пиджачке, Паук, который притащил с собой начинающую «фашистскую» (как он ее назвал) певицу, все такой же молодой Крис Кельми, желто-зелено-голубо-красный, разодетый в маечки, курточки, шапочки Сергей Крылов, певица Каролина, которая забыла надеть все, кроме мужского галстука и шляпки, Юрий Айзеншпис, заметивший, что, наверное, именно Каролина в таком наряде будет самой сексуальной, как всегда, стильный (за что и поплатился) Игорь Григорьев, еще не блондин Отар Кушанашвили с ведущей «Партийной зоны» Лерой, художник Никас Сафронов, модельер Елена Супрун с лысой маленькой собачонкой и половиной группы «Фантастический бал», Вячеслав Зайцев, группа «Полиция нравов» в лице обросшей Фриды и другие деятели большого искусства.
В номинации «САМЫЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ ПОЛИТИК» были представлены: г-жа Новодворская, г-н Боровой и Владимир Вольфович Жириновский. Последний стал самым сексуальным и минут пятнадцать со сцены рассказывал, что вся наша жизнь — это сплошная постель: в ней рождаемся, в ней уходим в другие миры. Не обошлось без оценки с точки зрения сексуальных способностей политических конкурентов лидера ЛДПР. Зюганов, по мнению Жириновского, просто некрофил. А еще как можно объяснить такое рвение лидера коммунистов к старушкам? Новодворская на пару с Боровым — зоофилы, Гайдар выдает свою любовь к оральному сексу постоянным причмокиванием, а Явлинский и Немцов — законченные любители онанизма.
* * *
В апреле 1999 года Мартин Шаккум писал:
Раньше мы искренне полагали, что СССР — «оплот всего прогрессивного человечества», друг слабых, униженных и угнетенных, форпост мира и социализма. В свете этой новой концепции СССР по самой своей природе стал представляться агрессором, стремящимся распространить тоталитарные порядки на все страны мира. Многие из нас безоглядно поверили западной пропаганде, которая утверждала (и не перестает утверждать по сей день), что в 1953, 1956 и 1968 годах советские танки утюжили гусеницами мирные и спокойные города — Берлин, Будапешт и Прагу, где ничего угрожающего интересам СССР не происходило и единственная вина их жителей состояла в том, что они хотели отойти от крайностей сталинизма и строить «социализм с человеческим лицом». Главную угрозу для СССР «демократическая» интеллигенция, а вслед за ней и политическое руководство стали усматривать в «наших танках на чужой земле» (слова Александра Галича), совершенно не допуская мысли, что когда-нибудь на нашей земле могут оказаться танки НАТО!
В то же время такие акции США, как размещение на территории европейских стран «першингов» и крылатых ракет, вторжения на Гренаду и в Панаму, массированная поддержка афганской оппозиции и никарагуанских контрас, представлялись американской пропагандой исключительно как правомерный отпор «агрессору». Казалось, стоит Варшавскому пакту самораспуститься, а Советскому Союзу разоружиться — и весь мир заживет по заповедям Толстого и Махатмы Ганди.
