Контора черноморских флотов рапортом доносит, что вице-адмирал Ушаков от 8 числа марта дал Севастопольской конторе повеление вооружать назначенные к походу суда, сие учинено им без предварительного о том сношения с Конторою и с адмиралом Мордвиновым; а от 15 того же марта донесено им Конторе главного командира, что суда вооружением с поспешностью приуготовляются, и требовал укомплектовать оные служителями солдатской команды и прибавить артиллерийских сверх штатного положения.
По исследовании причин, почему он, Ушаков, приступил к столь раннему и скорому вооружению, не предварив об оном и отношением своим по команде, прислал он, вице-адмирал Ушаков, на имя адмирала Мордвинова рапорт, возлагая во оном всю винность на него, адмирала, по поводу предписаний, к нему в двояком смысле последовавших; но в ордерах, данных ему от Мордвинова, заключалось только: в первом, при котором препровождена копия с высочайшего рескрипта и письма вице-президента Голенищева-Кутузова, о приуготовлении флотов; а во втором предписано было ожидать ему назначения времени к вооружению; и как сии два ордера, так и реченный рапорт Ушакова Контора черноморских флотов, представляя Коллегии на рассмотрение, доносит, что хотя означенный вице-адмирал Ушаков и пишет, что он словесно приказал Севастопольской конторе производить служителям с начала вооружения судов не морской, а сухопутный провиант, однако словесное приказание не может быть в отмену узаконения, которым повелено: давать провиант морской со дня вооружения, а судя по таковому раннему вооружению, в коем по обстоятельствам тамошнего края и не настояло ни малейшей нужды, знатное количество морского провианта с начала вооружения должно быть употреблено бесполезно, и чрез что может недостать на всю кампанию, как же служители будут требовать отпуску провизии в силу узаконения, а офицеры порционов, Контора располагала и расчисление сделала в заготовлении того провианта о вооружении флота к маю месяцу, почему и испрашивает повеления, с которого числа отпускать следует морской провиант служителям.
Решение1) Хотя Контора и почитает вице-адмирала Ушакова виновным в том, что учинил он вооружение судов без сношения его с Конторою и главным командиром, и что, по исследовании причин, почему он, Ушаков, приступил к столь раннему вооружению, не предварив о том по команде, прислал он рапорт на имя адмирала Мордвинова, в коем и возлагает всю винность на его, по поводу предписаний к нему, якобы в двояком смысле последовавших; но Коллегия, рассматривая все сии обстоятельства и соображая с высочайшими повелениями, не только что не причитает ему, Ушакову, скоропостижное вооружение судов в вину, но, напротиву того, относит ему то к похвале.
2) Что приказал он словесно Конторе Севастопольской производить служителям с начала вооружения судов не морской, а сухопутный провиант, но и сие Коллегия также не поставляет ему в вину, ибо, хотя по уставу и должны служители со дня вооружения получать морскую провизию, а Коллегия не иначе оную производить, как по силе сенатского указа января от 31-го 1745 года, за вооружение за две недели, а за разоружение за неделю, а иногда в сбережение провизии делает заплату деньгами, как и ныне определила произвести в натуре вино и мясо, а прочее деньгами, следовательно, вице-адмирал Ушаков, приказав производить сухопутный провиант, не сделал никакого казне ущерба.
3) Он, Ушаков, в рапорте к Мордвинову просит повелениями снабжать его в полном и достаточном смысле, дабы не можно было почитать их двояко; почему Коллегия, входя в содержание высочайшего рескрипта, данного адмиралу Мордвинову, и соображая ордер его, Ушакову данный, находит действительно не имеющим определительной ясности, и так предписывает в повелениях, даваемых подчиненным своим, как Конторе главного командира, так и адмиралу Мордвинову соблюдать предписанную законами ясность в точности; о чем и послать указы.
Рапорт Ф. Ф. Ушакова Павлу I с сообщением сведений, полученных из Константинополя, о появлении вблизи о. Кандия (Крит) большого числа французских судов, направляющихся в Египет[129]
19 июля 1798 г.Какие известия мною получены чрез пришедшее сего июля 17 дня из Константинополя в Ахтиарский карантин двухмачтовое купеческое судно по объявлении хозяина оного, турецко-подданного грека Хаджи Григория, описание об оных всеподданнейше вашему императорскому величеству при сем подношу.
Известия константинопольские:
Сего июля 17 дня прибыло из Константинополя турецкое купеческое судно, именуемое «Белла Триестина». Хозяин на оном грек турецко-подданный Хаджи Григорий. Гружено архипелагскими винами и следует в Таганрог, а зашло в Ахтиарский карантин за противным ветром. В пути, отправясь из Константинополя, находилось по сие время 17 дней.
Хозяин оного судна грек Хаджи Григорий и пассажир Иван Андреев Плати объявили за известие следующее:
1-еИзвестие получено из острова Кандия и от тамошнего паши, что вблизи оного острова в виду было разного рода французских до трехсот судов. Паша и жители тамошние просят от Порты спомоществования со объявлением, ежели оного вскорости сделано не будет, почитают долгом защищать себя до последних сил.
И особенно также известиями уведомляют, что всех больших и малых судов французских находится в Белом море до семисот, из числа которых большая часть намерены отправиться в Египет, по уверению тамошних беев, что коль скоро вид тех судов примечен будет, то они охотно с своей стороны сделают всякое вспомоществование.
2-еВ Константинополе сделано строжайшее повеление, чтобы флот весь вооружить. Но куда сей флот по вооружении будет отправлен, того не известно.
3-еМежду турками слышно, что они к России расположены весьма с хорошей стороны и полагают великую надежду на случай иметь пособие от оной.
4-еГоворят также, что будто остров Мальта сдался французам.
В Константинополе опасная болезнь продолжается.
А более никаких известий к сведению объявить не имеют.
Рапорт Ф. Ф. Ушакова Н. С. Мордвинову о подготовке эскадры для следования к Константинополю
5 августа 1798 г.Ордер вашего высокопревосходительства я сего августа от 1 дня, по секрету писанный, с предписанием о готовности по осторожностях в случае последствиев действовать против неприятеля я получил и в исполнениях старание иметь буду. Высочайшим именным его императорского величества указом минувшего июля от 25 дня, вчерашний день мною полученным, повелено: с вверенною мне эскадрою немедленно отправиться в крейсерство около Дарданеллей, по сходству которого, получа к наличному и вдобавок морского провианта еще на 2 месяца, отправлюсь немедленно.
