сменявшие друг друга варианты мотива вытесняются в нескольких стихотворениях одним устойчивым — тоской.
713
Живописцева И. «Опали, как листва, десятилетья…» С. 20.
714
Г. Смольянинова во время войны год проучилась в строительном институте в Воронеже.
715
Это стихотворение с посвящением «Галине» опубликовано в книге «Острова» (1959) вместе с другим, беспощадно резким — «Ты в чем виновата?..», которое также обращено к Г. Окуджаве.
716
В 1954 году: «постучится в дверь разлуки час» («В дорогу»); в 1957: «в заколдованный круг из рук и разлук» («Арбат беру с собою — без него я ни на шаг…»); в 1959: «на окраине разлуки» («Мы стоим — крестами руки…»).
717
«И разлукой, и кровью» («Песенка о Сокольниках»); ср. «но средь крови и разлук» («Чаепитие на Арбате», 1975); «Разлука — вот какая штука» («Георгий Саакадзе»); «Живет солдатик оловянный / предвестником больших разлук» («Оловянный солдатик моего сына»); «в преддверье разлук» («Из окна вагона»).
718
В этом контексте автокомментарий Окуджавы к стихотворению «Две женщины плакали горько» («Когда-то, тридцать лет назад, я написал „Песенку о Ваньке Морозове“. И сейчас написал ее снова — в другом плане, в другом ключе»; Даугава. 1986. № 7. С. 100) выглядит намеренным сокрытием его подлинного интимного смысла:
Две женщины плакали горько,
а Ванька ну просто рыдал.
О Господи, что за несчастье,
Такого и свет не видал!
<…>
Кто тот треугольник разрушит?
Кто узел судьбы разорвет?
И слезы любви он глотает,
и воздух разлуки он пьет.
Если б датировки стихотворений Окуджавы не были так неопределенны и подвижны, я бы осмелился предположить, что как «Прощание с новогодней елкой», так и «Соединение сердец» и «Две женщины плакали горько», появлявшиеся в печати с удивительным хронологическим ритмом, соответственно: в 1966, 1976, 1986 годах, — писались Окуджавой в очередную годовщину смерти Г. Окуджавы.
719
См. приведенные выше отзывы критики; для полноты картины укажем на некоторые (из многих) работы, в которых в течение всего творческого пути Окуджавы обращалось внимание на превалирующие мотивы грусти-тоски-страдания в его поэзии: Клепикова Е. Поэзия добрых чувств // Звезда. 1965. № 10. С. 217; Михайлов О. О чем они спорят? М., 1966. С. 61; Красухин Г. «То грустен он, то весел он…» // Вопросы литературы. 1968. № 9. С. 42; Жолковский А. К. К описанию одного типа семиотических систем: (Поэтический мир как система инвариантов) // Семиотика и информатика. Вып. 7. М., 1976. С. 48–49; Жолковский А. Поэту настоящему спасибо…: Новые стихи и песни Булата Окуджавы // Страна и мир. 1987. № 4. С. 133–139; Поздняев М. Какой струны касаешься прекрасной // Неделя. 1988. 3–10 января; Сидоров Е. Теченье стихотворных дней: Статьи. Портреты. Диалоги. М., 1988. С. 10–11.; Белая Г. Булат Окуджава, время и мы // Б. Окуджава. Избранные произведения: В 2 т. М., 1989. Т. 1. С. 24; Аннинский Л. Семь струн, семь нот, семь бед // Ex libris НГ. 1997. 19 июля.
720
Здесь уместно вернуться к отмеченным выше многочисленным утверждениям Окуджавы о прекращении своего поэтического творчества в 1970-х – начале 1980-х годов. Он действительно с конца 1960-х переключился на прозу, над которой работал в следующие десятилетия, и хотя нельзя сказать, что совершенно не писал стихов, по-видимому, ощущал свою жизнь утратившей поэтическое начало. Отсюда в его интервью тех лет постоянное акцентирование внимания на многолетнем перерыве в работе над стихами, а в самих стихах — нарастающий в течение двух последних десятилетий жизни поэта мотив смерти и предсмертного прощания: «Чувствую: пора прощаться…»; «Короток путь от весны до погоста» («Жаркий огонь полыхает в камине…») и многие другие; отчетливо «прощальные» подборки в «Юности» (1980. № 1) и «Московском комсомольце» (1985. 31 марта); наконец, вся книга стихотворений «Зал ожидания» (1996): редкий у Окуджавы случай книги с единым сквозным сюжетом — прощания с жизнью, которая вся интерпретируется поэтом как процесс ожидания смерти. Предельно откровенно о том же говорил Окуджава и в интервью: «Что касается меня лично, то мне не хочется ничего. Это правда» (Даугава. 1986. № 7. С. 102); «Я почувствовал себя выключенным из жизни» (Огонек. 1991. № 19. С. 6); «Я думаю, что предназначенное мне я совершил» (Неделя. 1991. 16–22 декабря); «Я устал от крушения иллюзий — личных и общественных» (Огонек. 1994. № 2/3. С. 14).
Нельзя не заметить, что, помимо некоторых антисталинских стихотворений и написанных по поводу конкретных политических событий (как бы возвращения к первоначальным стихам «на случай»), в 1970–1990-е годы у Окуджавы не появляется мотивов, которые бы не присутствовали в его прежней поэзии. Думается, что при свойственной Окуджаве рефлексии по поводу своего творчества это обстоятельство не могло быть им не замечено и только укрепляло в нем сознание исчерпанности своей жизни, в том числе и вследствие предельной, как он ее сознавал, переполненности страданием. В последние годы он придал этому жизнеощущению вид афоризма, который найдем в стихах («Корабль нашей жизни приближается к пристани…»; «…вечный мир спасут страдания, / а не любовь и красота») и в интервью: «К сожалению, мир спасет страдание» (Наша газета. 1993. № 11. Сентябрь); «Только страдания заставят человека вздрогнуть и измениться» (Литературная газета. 1995. 29 марта); «…мир спасет страдание, только оно заставит людей остановиться и опомниться» (цит. по: Комсомольская правда. 1999. 18 сентября).
721
Хармс Д. Полн. собр. соч. <В 5 т. 6 кн.>. СПб., 1997–2001. Т. 2. С. 328. Хармс перефразировал слова Н. В. Гоголя в пересказе В. А. Сологуба: «<Гоголь> постоянно мне говорил: „Пишите, — поставьте себе за правило хоть два часа в день сидеть за письменным столом и принуждайте себя писать“. — „Да что ж делать, — возражал я, — если не пишется!“ — „Ничего… возьмите перо и пишите: Сегодня мне что-то не пишется, сегодня мне что-то не пишется, сегодня мне что-то не пишется, и так далее, наконец надоест и напишется“» (Сологуб В. Воспоминания. М., 1866. C. 66). Сохранился экземпляр этого издания с владельческой надписью жены Хармса М. В. Малич и печаткой (род экслибриса) Хармса на самодельной бумажной обложке, а также многочисленными отчеркиваниями на полях и подчеркиваниями в тексте рукой Хармса (ОР РНБ. Ф. 1232. Оп. II. Ед. хр. 787).
722
Лосев Л. В. Меандр: мемуарная проза. М., 2010. С. 279.
