Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 47
Олько времени зря не терял, схватил корону и давай делать ноги.
Белый уж проснулся от его топота и, увидев, что корону украли, бросился вдогонку с громким свистом. За считаные минуты к погоне присоединились десятки ужей. Они тоже шипели, и в их шипении слышалось:
– Отдай корону! Отдай корону!
Олько мчался стремглав, перепрыгивая через кусты, ветви царапали его по лицу, ноги скользили по траве, колючие побеги ежевики раздирали ноги, но он бежал и бежал, сжимая в руках корону. Запыхавшийся, он влетел на родительскую усадьбу и захлопнул ворота.
Когда мастер Штефан увидел сына с короной и расспросил его обо всем, то только грустно покачал головой и сказал, что добром это не закончится. Он как в воду глядел, потому что ужи не отстали от него, а окружили усадьбу со всех сторон. От их злобного шипения и свиста закладывало уши, скот бесился и бросался во все стороны, собаки лаяли, куры и гуси били крыльями.
Мастер вырвал из рук мальчика корону и бросил её через забор. И сразу же шипение и свист стихли, а ужи, схватив корону, вернулись в лес.
Жил себе один мельник, у которого была мельница на Полтве, и очень хотел он найти сокровища. Всё своё свободное время он тратил на то, чтобы выпытывать у старых людей, не слышал ли кто о зарытых сокровищах. Среди них и в самом деле находились такие, кто слышал что-то о сокровищах, но никто не мог указать точного места. Так что, когда мельник отправлялся на поиски, то только напрасно время тратил.
Но как-то рассказала ему старая бабка, что слыхала она о сокровище возле Медовой пещеры.
– Кто уж те сокровища закопал, я не знаю, врать не буду. Но должен там быть крестик на камне. Когда этот крестик отыщете, отступите два шага и копайте. Однако я бы на вашем месте этого никогда не делала.
– Потому что вы уже в годах, – сказал мельник. – Зачем вам сокровища?
– Нет, не поэтому… Ходят слухи, что это сокровище кто-то очень пристально стережёт, и так просто никто к нему не подступится.
– Ой, не морочьте мне голову, – отмахнулся мельник.
И в тот же день он подался к Медовой пещере.
Возле входа увидел несколько каменных глыб, которые покрылись таким густым мхом, что можно было и не надеяться найти указательный знак. Пришлось мельнику ножом каждую глыбу отскребать, пока наконец и в самом деле не наткнулся он на крестик.
Тем временем уже стемнело.
– Надо торопиться, – сказал себе мельник и принялся с энтузиазмом копать.
Земля в том месте была сплошь вперемешку с камнями, лопата входила не больше чем на полштыка, и мельник сильно взопрел, пока не услышал скрежет железа. Расчистив яму, увидел железную крышку сундука. И не просто крышку, а с каким-то орнаментом. Когда он присмотрелся повнимательнее, то различил льва, который стоял на задних лапах, а в передних держал корону.
– Ого! – оторопел мельник. – Не это ли сокровище самого короля Данила? Или его сына Льва?
Тогда он схватил лопату и только собирался поднять крышку, как из-под земли выскочил какой-то испуганный старичок с предлинной белой бородой, и как закричит:
– Ой-ой-ой! Горит! Горит!
– Что горит? – Мельника аж передёрнуло.
– Твоя мельница горит!
Мельник вскочил на ноги, глянул – и в самом деле увидел в той стороне яркое пламя. Горела его мельница, сомнений не было.
– Беги! – крикнул старичок. – А то пламя на дом перебросится! Смотри, какой ветер!
И тут же поднялся такой ветер, что испуганные деревья залопотали, зашумели, а те, что потоньше, аж пригнулись к земле.
Бросился мельник на всех парах домой. Пока бежал, не сводил глаз с пламени, которое до самого неба доставало своими яркими языками.
Дорога повела в овраг‚ и всё исчезло с глаз, не видел он уже и огня, слышал лишь в ушах, как трещит пламя, как падают горящие балки, как галдят люди и бьёт набат. Молил Бога, чтобы только ветер не повернул огонь в сторону его дома.
В конце концов, тяжело дыша, выбрался он из оврага и замер на месте: мельница его высилась на холме цела-целёхонька. Слегка дул ветерок, всюду было тихо и спокойно, никакого следа пожара.
Теперь он понял, что казначей обманул его‚ и грустно поплёлся домой. Теперь, когда стемнело, он не отваживался возвращаться к Медовой пещере.
Всю ночь ему пришлось крутиться на скамье, никак не мог он заснуть, всё время стояла перед глазами железная крышка сундука. А только забрезжил рассвет, изо всех сил побежал он к своему сокровищу.
Вокруг пещеры клубился туман. Забытая им лопата лежала неподалёку. Но яма исчезла. Никто бы и не догадался, что здесь кто-то когда-то копал. Мельник только сокрушительно покачал головой, понимая, что напрасно было бы начинать всё сначала. Ведь вспугнутое сокровище опустилось теперь так глубоко под землю, что и жизни не хватит, чтобы до него добраться.
Когда мельник вернулся домой, то увидел, что люди уже ждут его возле мельницы.
– Да уж, – покачал он головой, – может, эта мельница и есть моё самое большое сокровище? Если бы, не дай Бог, она сгорела, какой бы тогда стала моя жизнь?
Это было тогда, когда Замок ещё стоял, но никто уже в нём не жил, лишь запустение и сумерки воцарились здесь.
Одна бедная женщина пошла как-то с сыном собирать целебные травы на Высокий замок. Гора была когда-то сплошь покрыта лесом, и разного зелья росло там видимо-невидимо.
Так вот и забрели они в замковые руины. А было это как раз 10 мая, день Симона Зилота, когда сокровища солнцу открываются.
Услышала женщина тугой скрежет, глянула, а там старые ржавые ворота распахнулись. А во дворе полно золота.
Женщина так и остолбенела. Вдруг в верхушках деревьев прозвучал голос:
– Бери, пока можно! Через миг будет поздно!
Женщина вместе с маленьким сыном бросились в двор. Нагребла она золота в подол, и скорее назад. И только когда выбежала, заметила, что мальчика забыла. Осмотрелась и увидела, что он играет с драгоценными камушками. Женщина метнулась назад, но ворота уже закрылись‚ и, сколько она ни стучала в них, сколько ни рыдала и ни умоляла, так и не отворились вновь.
Вернулась она домой, высыпала золото в сундук, но так и не притронулась к нему за весь год, убиваясь по своему сыну. Едва дождалась того же самого дня и подалась к Высокому замку.
Стала она перед воротами и ждала, чтобы забежать во двор и хотя бы мёртвого своего сыночка забрать и похоронить по-человечески. И вот, когда солнце было в зените, ворота заскрежетали и распахнулись.
Женщина глянула и не поверила глазам своим. На груде золота и самоцветов сидел её мальчик и улыбался ей. С ним всё было в порядке, за год он подрос, а впалые щёки порозовели. Мать схватила его и пошла назад. И как раз вовремя, потому что ворота снова закрылись‚ и Замок стал таким же мрачным, как и раньше.
– Что же ты ел? – спросила женщина у сына, ощупывая его и осматривая со всех сторон.
– А меня белая пани кормила. Она забрала меня во дворец‚ и я там играл с такими же детьми, только одеты они были как-то странно. И на головах у них были короны. Там, во дворце, я и жил, а сегодня белая пани взяла меня за руку и вывела во двор, чтобы я маму ждал.
В Винниках жил очень скупой богач, у которого было столько золота, что он едва успевал его за целый день пересчитать, и берёг как зеницу ока. Не стоит и говорить, что такое богатство не пришло к нему праведным путем, а заработал он его вымогательством и мошенничеством. И вот, когда он уже состарился и почуял смерть свою, то велел своим двум самым верным слугам выдолбить пещеру в Чёртовой скале. А когда та пещера была готова, богач перевёз туда свои сокровища.
Теперь его мучил один-единственный вопрос: будут ли его слуги верны ему до смерти? Не заберут ли себе потом его сокровища? Так он размышлял, пока слуги носили камни и готовились замуровывать вход в пещеру.
Он никому на свете не верил, так почему же должен был верить своим слугам? Схватил кирку и убил обоих. Тела заволок в пещеру и сказал:
– Вот теперь вы мои сокровища не растранжирите. Теперь вы будете стеречь их, как верные псы.
И сам замуровал пещеру, ещё и дёрном обложил и кустами обсадил так, что никто бы никогда и не догадался, что здесь что-то спрятано.
Умирал богач с лёгкой душой, потому что его уже не мучили думы о том, что с его сокровищами произойдет. Но и умерев, не оставил он своего любимого занятия – считать деньги. Каждую ночь восставал из могилы, шёл к Чёртовой скале и звенел монетами до первых петухов.
Неприкаянный дух его не раз видели люди, но никто не решался проследить, куда это он направляется, хотя и догадывались, что‚ небось, сокровища свои проведывает.
Но был в Винниках сын местного дьячка Василько, который не боялся ни чёрта, ни дьявола, и не раз уже себе раздумывал, как бы ему этого упыря выследить.
Однажды пошёл он на кладбище и выяснил, где похоронен богач. А похоронен он был в каменной гробнице. Мальчик заглянул в скважину и увидел гроб, возле которого оставалось ещё достаточно много места. Видно, здесь собирались ещё кого-то из семьи похоронить.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 47
