Этюды о Галилее - Александр Владимирович Койре

Однако вернемся к вопросу 468.

Я сказал, что если мысленно извлечь из камня эту способность, которая объединяет подобные [предметы], то в камне не останется ничего, кроме чистой неспособности изменять местоположение. Стало быть, чтобы сдвинуть его оттуда, понадобится внешняя сила и внешнее напряжение. Однако, когда мы воображаем застывший в воздухе камень, мы отказываем ему в силе, соединяющей подобия – т. е. в тяжести, – и тем не менее мы допускаем, что на камень действует сила Земли. Допустим же, что это так, хотя в действительности это было бы немыслимо; мы делаем это [допущение] лишь затем, чтобы прояснить наш пример. Этот застывший в воздухе камень будет обладать способностью оставаться на своем месте, и благодаря этой способности он будет противостоять движущей способности Земли. Борьба этих материальных и телесных качеств произведет смешение, так что каждая из сил будет побеждать и будет побежденной сообразно соотношению тел.

Отсюда происходит то явление, которое я обязался объяснить, а именно задержка, в силу которой такой застывший в воздухе камень не может вполне следовать за вращением Земли. И такая задержка совершенно реальна. Теперь мы намерены устранить наш вымышленный пример. Допустим, что связи, простирающиеся между поверхностью Земли и камнем, вовсе не подобны нитям, а таковы, как указывает нам природа, а именно они подобны очень сильно натянутым нервам, так что данный камень падает, направляясь к поверхности и к центру Земли: я утверждаю, что вследствие его природной неспособности двигаться окажется, что этот камень при падении будет немного уклоняться от перпендикулярной линии, проведенной от центра Земли через ее поверхность к центру данного камня. Таким образом, так как Земля движется с запада на восток, линия падения камня будет немного отклоняться в сторону западной части Земли, и он [камень] не будет вполне следовать за Землей, но будет оставаться позади нее. Вот причина, по которой камень не должен следовать за движением Земли, причина, которая была тебе необходима, чтобы подтвердить твое мнение, и которую ты не сумел указать.

Выслушай же теперь решение. Верно, что если бы камень был удален от Земли на значительное расстояние, то это было бы так. Однако же от центра [Земли] до ее поверхности – 860 миль; но ведь в действительности ни одна птица не летает так высоко, чтобы хоть на полмили удалиться от Земли; ибо, в самом деле, она не более способна летать в эфире, чем мы – в воздухе, или же камень способен плавать в воде.

Из этого Кеплер заключает, что задержка, вызванная тем, что камень сопротивляется захватывающему движению 469, будет минимальной и практически неощутимой. Ошибка Тихо Браге, таким образом, состоит не в том, что он не понимал природы тяжести и, как следствие, ошибся в отношении ее действия. На самом деле Тихо Браге, а вместе с ним и все последователи Аристотеля считают тяжесть собственным стремлением камня, которое несет его к его естественному месту. Однако тяжесть, действительно, – это сила, укорененная в частицах материи, притом что последние реализуются в телах; это сила, пребывающая в телах, но также и в Земле. И, в частности, она укоренена в Земле, и она притягивает камень извне 470. Так, вращаясь, Земля влечет за собой камень, заставляя его следовать за своим движением. Что касается сопротивления камня, по сути, оно не играет никакой роли, поскольку соотношение сил равно соотношению масс тел. Таким образом, нам ясно, что именно действительное физическое действие, а вовсе не механическое состояние – движение – объясняет тот факт, что камень падает к подножию башни, а пушечное ядро, выпущенное в воздух под прямым углом, падает в то место, откуда оно вышло. Что до аналогии, которую Тихо Браге пытается установить между горизонтальным движением снаряда, которое препятствует его падению, и еще более быстрым движением, которое бы совершал снаряд, участвуя в движении Земли, то этой аналогии не существует, если учесть, что участие в движении Земли (т. е. захваченное движение снаряда) вызвано как раз влечением тяжести. Кроме того, опять же, отношение сил подобно отношению масс, и сила порохового взрыва, как бы велика она ни была, ничтожна по сравнению с силой земного притяжения. Потому Кеплер продолжает 471:

Обратимся же теперь к знаменитому примеру Тихо Браге с пушками. Коль скоро доказано, что камень, падающий перпендикулярно Земле, не должен отклоняться от этой линии при падении, будет легко решить проблему пушечного снаряда (камня, брошенного под углом, гонимых ветром облаков, летящей по воздуху птицы). Действительно, то, что я сказал в начале, оказывается истинным: оба движения, присущих снаряду, – то, что проистекает от Земли, и то, что исходит от пушки, – смешиваются. Потому и расстояния также соединяются. Действительно, когда мы выстреливаем ядро в сторону востока, то пройденное за равное время расстояние относительно Вселенной будет бóльшим, нежели тогда, когда мы выстрелим в сторону запада. Ибо, в то время как в первом случае Земля также движется в сторону востока, то во втором Земля противостоит его движению в сторону запада, увлекая снаряд на восток. Также ясно, что по отношению к Вселенной в целом этот снаряд вовсе не перемещается в направлении, противоположном движению Земли, поскольку движение Земли гораздо быстрее, чем у снаряда. Но в том, что касается расстояния на поверхности Земли, то здесь все иначе, ведь мы доказали, что неподвижный камень, хоть и застывший в воздухе, должен двигаться вслед за Землей; из этого следует, что та же сила будет переносить снаряд через то же земное пространство как в направлении востока, так и в направлении запада. Ибо, с какой бы стороны она ни толкала снаряд, она обнаружит одну и ту же силу притяжения камня и тот же эффект продвижения камня. Однако если – как мы видели ранее – вертикальное падение камня ощутимо уклоняется от этой линии, из этого действительно следует, что расстояние, которое пролетает предмет, брошенный