открытиях, сделанных самой наукой», – вот одно из потрясающих заявлений госпожи Кёртис.
Поэтому совсем не удивительно, что дальше мы читаем строчки, типа: «Безусловно, многие медицинские открытия, начиная с вакцины от полиомиелита и кончая физиологией реакции на стресс, были сделаны через эксперименты на животных».
Введя это клише, неправильность которого раскрыли медицинские авторитеты (многих из них мы процитировали в «Убийстве невинных»), Кёртис без какого-либо неодобрения пишет:
«В наши дни распространение получили физиологические эксперименты, такие как “приобретенная беспомощность”. Животным в клетках наносят удары до тех пор, пока они не научатся разным новым способам избегать их. Под конец животные просто лежат и пассивно получают удар за ударом. Ученые пытались найти параллели между этой “приобретенной беспомощностью” у животных и депрессиями у человека».
Стиль этого сухого сообщения с научным звучанием похоже на манеру письма самих экспериментаторов.
Далее Патриция Кёртис пишет следующее:
«Существуют организации, которые решительно выступают против какого-либо ограничения опытов на животных, и среди них – Национальное общество медицинских исследований. Оно глубоко убеждено, что всякое сокращение экспериментов на животных поставит под угрозу здоровье населения и научный прогресс».
«Здоровье населения»? «Научный прогресс»? Патриция Кёртис ничего не говорит миллионам своих читателей о том, что Национальное общество медицинских исследований состоит не из самоотверженных ученых и альтруистичных медиков (как можно подумать по высокопарному названию этой организации), а всего лишь из лоббистов в лице разводчиков лабораторных животных, и какое-либо ограничение вивисекции подвергло бы опасности их прибыль. Много лет назад это самое Национальное общество возникло с подачи Лабораторий Чарльза Ривера (Charles River Laboratories), и цель преследовалась одна-единственная: продвигать использование лабораторных животных. Складывалось все более чем успешно, в том числе и благодаря помощи нерадивых журналистов, вроде Патриции Кёртис. И сегодня «Чарльз Ривер» является транснациональной корпорацией и имеет отделения в Италии, Великобритании, Франции и Германии (чтобы ей легче было вводить в заблуждение читателей, Патриция Кёртис, как и многие коллеги ее, сперва снискала репутацию защитника животных и для этого без устали писала милые «истории о братьях наших меньших»).
Как обычно, в статье ни слова не сказано о заинтересованности фармацевтических картелей в опытах на животных и тем более – о том, что опыты на животных неизбежно ведут к опытам на людях, главным образом на сиротах и нищих стариках из государственных больниц, которые связаны с рокфеллеровской картелью.
Потом статью из New York Times перепечатал другой участник рокфеллеровского дома Reader’s Digest. Это издание имеет ежемесячный тираж 20 миллионов экземпляров и аудиторию 100 миллионов читателей во всем мире. Если внимательно посмотреть мартовский выпуск международного издания (в Америке – февральский), то можно узнать много интересного.
До начала текста целых шесть страниц посвящены рекламе лекарств и косметики, при этом самая эффективная в рекламном отношении первая страница отдана «лекарству от насморка» комтрексу производства Bristol-Myers, рокфеллеровской фармацевтической компании. На седьмой странице размещена реклама сиккатива, и только потом следует статья – две страницы под заглавием (ни за что не поверите) «Новости медицины». А восхваляет она гильдию исследователей с их «новыми» медикаментами и способами лечения.
Большую часть рекламы в том выпуске составляют дополнительные 27 страниц, посвященные главным образом товарам химической промышленности (среди них некоторые продукты нефтехимии и агрохимии, но преимущественно медикаменты и косметика). Немногочисленные и небольшие рекламы продуктов, не имеющих отношения к химии, ютились в конце журнала.
А другая страница в начале журнала оказалась зарезервирована для другого рупора Министерства пропаганды и обмана. Имя ему – Британская Энциклопедия (Encyclopaedia Britannica). С тех пор, как это издание вошло в рокфеллеровский дом, все его статьи на медицинскую тематику подверглись тщательному пересмотру. Например, в нем утверждается, что «синтетические витамины равноценны натуральным».
Покупка общественного мнения
В наших так называемых демократических странах журналистская пропаганда через систематическое и тщательно спланированное преподнесение неверной информации либо ее умалчивание – явление, ускользающее от большинства людей – представляет собой нечто гораздо более печальное, чем отсутствие требований на свободу у СМИ в авторитарных государствах. Там люди воспринимают как данность тот факт, что ко всем внутренним и зарубежным новостям надо относиться скептически. Вместе с тем, в «странах демократии» граждане считают, что, если несколько разных дают одну и ту же информацию, значит, она правдива. Но на самом деле это серьезное заблуждение.
В большинстве стран ситуация такая же, как и в Америке, где New York Times, Reader’s Digest и другие влиятельные издания отказываются публиковать опровержения ложным заявлениям.
В Cape Times за 28 июня 1977 Кристиан Барнард (Christiaan Barnard) бросает вызов противникам вивисекции и предлагает им рассказать, как медицинская наука прошлого развивалась бы без опытов на животных и каковы были бы ее перспективы на будущее. Южноафриканская антививисекционная лига, Южноафриканская Ассоциация за запрет болезненных экспериментов на животных (South African Association for Abolition of Painful Experiments on Animals) приняла вызов и ответила на вопрос, но Cape Times, которая, разумеется, не подвергала цензуре Барнарда, прошлась ножницами по ключевым пунктам ответа (хотя его требовал сам Барнард). Это было столь же ожидаемо, как и беспрепятственное пропускание искомого материала.
Такой политики придерживаются все европейские газеты, принадлежащие истеблишменту. 29 июля 1977 года парижская ежедневная газета Le Figaro напечатала статью, в названии которой уже передавалась тенденция «Либо морская свинка, либо человек». Этот опус за авторством некоего профессора Кашеры (J.P. Cachera) являет собой подлинную оду опытам на животных и включает в себя все давно уже развенчанные клише вивисекторов. А самые трагические провалы современной медицины выставлены в ней как колоссальные успехи.
В результате на редакцию обрушился шквал писем протеста, но свет увидели только два, и оба в сильно сокращенном виде. В одном случае автором был Жан-Дюрантон де Мани (Jean Duranton de Magny), президент Французской антививисекционной лиги, в другом – Ваш покорный слуга. Я всячески старался сделать свой ответ кратким и четким, чтобы не допустить правки, но самые важные моменты, опять же, оказались вымараны; особенно тут характерно предложение бесплатно выслать всем желающим читателям Le Figaro” технический отчет CIVIS. В нем, наряду с прочей важной информацией, можно было прочитать высказывания 150 авторитетов от медицины со всего мира, которые считали вивисекцию научной ошибкой.
В настоящее время ведущие газеты других европейских стран следуют по тому же курсу, что и в Америке. Но негласный союз между правительством и химико-медико-вивисекционным комбинатом наиболее очевиден в странах, где телевидение, самое мощное средство пропаганды, монополизировано государством, как в Швейцарии, Франции и Германии либо находится под значительным государственным контролем, как в Италии.
