В книге мы еще не раз обратимся к психологии как к подспорью для структур, конфликтов и образов, но одно из самых популярных психологических понятий — гештальт — введем сейчас: оно объясняет важность развязки как ничто другое.
Если вульгарно упрощать, то гештальт — это нечто цельное, логически завершенное: сложившийся образ, закрытая потребность, осуществленное и приведшее к понятному результату действие… и прожитая история. А популярное в статьях по личностному росту выражение «незакрытый гештальт»… ну, думаю, понятно, что может под ним подразумеваться? В том числе история, оборванная на кульминации, да. Или, опять же, с развязкой-отпиской вроде «И жили они хорошо и завели пять щенят» — нормальной для маленькой сказки, но убийственной для романа, даже не очень упитанного!
Мы проговорили это вовсе не для того, чтобы взвалить на себя непосильную ответственность и просидеть над развязкой дольше, чем над остальной книгой. База работы с развязкой знакома — или, по крайней мере, интуитивно понятна — всем нам, потому что мы сталкиваемся с ней в промежуточных точках собственной жизненной истории. Например, когда оканчиваем школу и институт или уходим с работы, где провели более-менее длительное время. Когда выходим из отношений, осмысляем прожитый год перед 31 декабря, продаем старую квартиру, хороним близкого человека. Все это маленькие развязки, порой болезненные, но всегда понятные по задачам. Те же задачи для ваших героев — и ваших читателей — будет решать развязка книжная. Давайте, что ли, просто их перечислим?
• Прощание. Эти люди, их беды, мечты, надежды были с нами долго, поэтому хочется побыть с ними в последний раз. В русской идиоматике есть прекрасное выражение «посидеть на дорожку». Так вот, развязка — его воплощение, когда мы с персонажами спокойно идем на могилу падшего товарища, или гуляем на чьей-то свадьбе, или продаем наконец злосчастный старый дом, или, в конце концов, вваливаемся в новую квартиру, греем себе курочку и ложимся спать.
• Осмысление. Наш разговор о том, как меняются персонажи в историях и всегда ли эти изменения обязательны, все ближе, но, так или иначе, начальная и конечная точки любого сюжета — даже если он закольцован, как в «Темной Башне», или где-то рифмуется, как в «Гарри Поттере»! — разные. И оглянуться, просто задаться вопросами «С чего все началось?», «Что я приобрел и потерял?», а также всмотреться вперед и поинтересоваться «Что я буду делать дальше?» — неотъемлемая часть эмоционального опыта — как жизненного, так и читательского. Осмысление возможно и на могиле, и на пороге, и в баре, куда приходят все друзья и враги.
• Последние штрихи. Многие истории строятся далеко не на одном конфликте, красиво и эпично разрубаемом в кульминации. Зачастую за героем тянется целых шлейф проблем, и если большие он разрешает на сюжетном пике, то маленькие туда влезают не всегда. Например, мы победили дракона, но не помирились с мамой. И в развязке нужно будет обязательно к ней заглянуть — опять же, съесть курочку и лечь спать.
• Новые горизонты. Каждый финал для персонажа — если, конечно, он выжил! (или в его мире есть концепция реинкарнаций) — в той или иной мере открытый. За нашим завершенным сюжетом его жизнь продолжится. Как и наша жизнь продолжается за увольнением, свадьбой, переездом. Дать читателю понять это тоже важно. Особенно если вы планируете цикл или серию!
В той или иной мере закрыв эти потребности читателя и уделив внимание всем значимым героям, мы получим достойную развязку. А если она еще и атмосферная, мы вообще молодцы.
«Я продолжаю жить, даже прощаясь с тобой» — вот что книга говорит читателю через развязку. Для этого Господь, кстати, дал нам еще один уникальный структурный элемент романа — эпилог! Туда идеально вмещаются такие вещи, особенно если вашему художественному миру нужно время на утрясание каких-то сюжетных мелочей, которое хочется скрыть от читателя. Эпилог «Гарри Поттера» разворачивается спустя девятнадцать лет после событий финала!
Как примерно выглядит классическая структура:
А это все вообще обязательно?
Говорят, авторы в целом делятся на садовников и архитекторов: тех, кто бредет через диковинные заросли идей, швыряясь направо-налево семенами, и тех, кто рисует не менее диковинные схемы этажей, арок и павильонов.
Эта концепция психологически комфортна: снимает стигму и с формализации творчества, и с раздолбайского к нему подхода, — но обобщать не стоит. Если мы пишем в разных жанрах, разные по сложности книги, с разным количеством героев и конфликтов, стоит быть готовым к тому, что они потребуют от нас и разного уровня проработки. Это нормально — вдруг решить отказаться от плана. И так же нормально внезапно его сделать, написав до этого десять садовнических книг.
Универсальный совет в духе «А сколько планирования конкретно мне надо для успеха?» дать невозможно. Поэтому создадим список гибких рекомендаций, максимально учитывающих творческую индивидуальность.
• Ищите минимальную для вас опору — хотя бы ту самую формулу «Кто? Где? Что и почему делает? Кто мешает?». Или чуть-чуть подробнее. Необязательно на этапе первого предложения, можно и на этапе первой главы, двух, трех, просто чтобы не потеряться дальше, — особенно если чувствуете, что начали буксовать. В этой структуре могут быть огромные темные пятна и широкие развилки, но общая канва определенно поможет плутать меньше.
• Возможно, план подробнее делать и не захочется — и это нормально. Но будет блок информации, который покажется ключевым. Именно его стоит детально прописать на предварительном этапе, а остальные сами откроются в процессе работы с текстом. У кого-то это глобальная политика, у кого-то магическая система, кому-то понадобятся досье на персонажей: краткие биографии, характеры, способности — а кому-то список локаций с картинками.
• Составляя классический план будущей книги, мы реально работаем хронологически, то есть насколько возможно сразу собираем часть информации из далекого прошлого, которую будем раскрывать по ходу сюжета. Кто выковал старинное кольцо? Откуда взялся этот лысый импозантный тип со змеей? Кто оставил Джокеру шрамы? Когда мы знаем детали прошлого наших героев, их отношений, поворотные события, климат в семье; когда понимаем, как и почему себя чувствует мир и что в нем поменялось, у нас больше рычагов и шестеренок, чтобы нащупать цепляющую завязку и наполнить яркими событиями развитие действия. Но повторим: на этом все же не стоит застревать, потому что копать можно вечно.
• Не забываем об удовольствии новых открытий, вовремя тормозим: перенасыщенный, подробный план полную картинку все равно не даст, а вот устать от него можно. Планируй сюжетные повороты или нет, но есть много важных и, самая засада, маленьких деталей-крючков, которые мы открываем, только перестав планировать и начав писать. Случайная фраза героя, которая вовсе не случайна. Необычная картина на стене в доме его врага. Навязчивое сновидение с двойным дном. Между точками структуры всегда лежит огромный путь, и он наполнен бог знает чем. Застелить весь его соломкой почти нереально.
• Так что готовимся к сюрпризам. Иногда целые события из готового плана вообще выпадают или предстают не в том свете, в каком мы представляли их на старте. Злодеем оказывается совсем не тот, на кого мы думали. Война, которую персонаж помнит как священную, по факту может оказаться захватнической, а злой учитель — желающим добра, просто неспособным адекватно это выразить. Мы работаем с живой материей, живыми существами, пусть они и порождены творческим сознанием — или как минимум пропущены через него. С этой точки зрения творчество похоже на работу локаторов SETI, пытающихся уловить и грамотно передать землянам инопланетные сигналы. Но способы шифрования у разных цивилизаций разные, поэтому земная дешифровка может хромать, и по итогу полученная информация меняет акценты в ходе осмысления и состыковки с другими событиями.
