едет группа молодых здоровых ребят, кто это такие? И спасло вот что. После того как мы сыграли с «Фейеноордом» в Москве, Ельцин сфотографировался с командой. И у кого-то была эта фотография с собой. Мы милиционеру показали Ельцина и нашу команду — только после этого нас пропустили дальше. Слава богу, что хоть Ельцина в лицо знал, *** [блин].
Игорь Рабинер
Страшно не было. Может, в силу моего малолетства: в 20 лет вообще все по барабану, наоборот, чем больше движухи, тем интереснее. Когда я приехал в Москву, совершенно спокойно поехал заниматься на курсы английского куда-то в район улицы Правды. Хотя на тот момент по центру Москвы лучше было не шастать.
Сергей Юран
Мы с Мостовым и Кульковым летели из Португалии в сборную: у нас должна была быть игра с Саудовской Аравией. И вот мы были в Берлине, ночевали там, и там нас застал путч. Мы увидели по телевизору вот это все: Белый дом, стрелялки, танки ездят. Думали: лететь или не лететь? Ну, решили, давай долетим. И долетели, поехали в Новогорск на сборы и через три дня улетели на игру. Мне кажется, я до конца не воспринимал, что такое может происходить. Как-то оно мимо проходило. Мы зарабатывали, могли себе позволить все что хотели. А когда смотрели по телевизору в Европе, как шахтеры бастуют, ну, конечно, печально было, тяжело за страну.
Конфликт, который кроваво разрешается в октябре 1993-го, становится следствием широкомасштабного социального кризиса, вызванного распадом СССР и коллапсом советской экономики. Футболисты «Спартака» лучше защищены от него, чем большинство граждан, но и они живут в обществе.
Дмитрий Ананко
Вот что я про то время могу сказать? Вы помните, что нас окружало: забастовки на Красной площади, проблемы по всем направлениям: с питанием, с горючим, с работой. Я сам с периферии, из Ростова — там еще хуже было. Каждый выживал как мог, и, конечно, повезло в это время находиться в «Спартаке». Какие-то были финансовые возможности, плюс всегда было, кому позвонить по какому-то вопросу, чтобы помогли. А то, что глобально какие-то вещи рушатся, — ну что ты понимаешь в 20 лет? Какой-то свой угол есть, кушать есть что. Не так все плохо.
Владимир Бесчастных
Папа до сих пор мне благодарен, говорит: «Вова, если бы не ты, то не знаю, как мы бы жили». После реформ люди остались без накоплений, без будущего, без работы. Чтоб вы понимали: были магазины в Москве, где были продукты, но их нельзя было оплатить рублями. А в тех магазинах, где можно было платить рублями, продуктов не было. Или вот в «Пицце Хат» было два отсека: рублевый и валютный. В рублевый отдел очередь. А в валютный заходи пожалуйста, там все свободно. Вот этим мы всегда пользовались. Пригласил девушку, ведешь ее в валютную пиццерию — естественно, сразу отношение другое, это очень на них действовало, на девушек. Но потом, когда ты выходил из пиццерии и шел мимо очереди, ты понимал, что еще чуть-чуть — и тебя разорвут на части.
Виктор Онопко
Нам за очередное чемпионство подарили машины. «Мицубиси Паджеро». И вот был такой момент. Я потренировался на базе и вернулся домой, потому что пропускал игру из-за карточки. Но собирался вечером поехать на стадион, чтобы посмотреть матч как болельщик. Запарковался у дома под балконом и пошел к себе на одиннадцатый этаж.
Я знал, что воруют, знал. Меня предупреждали. У меня была сигнализация неплохая, как мне казалось, но не было ни страховки, ничего. Ну вот, я поднялся пообедать. Какие-то закуски кушал, каждые минуту-две выбегал на балкон и смотрел: стоит машина или не стоит. Потом жена налила борща — ну, борщ же не съешь горячий за минуту? Пока съел борщ, выбежал, машины нет. Бегу вниз. Какой-то прохожий говорит: «Да тут один подошел в очках, что-то понажимал там, сел и уехал».
Андрей Тихонов
У меня угнали две машины. Одну возле дома, другую с базы угнали, когда мы были на сборах. Там же раньше не сильно охраняли — просто дедушка открывал и закрывал ворота штырьками. Причем, когда машину с базы угнали, мне даже один руководитель сказал: «Это, наверное, твои, ты специально местным бандитам отдал машину». А я просто жил недалеко от базы. Я говорю: «Ну, спасибо». С базы угнали машину!
Виктор Онопко
У Тарханова с парковки угнали машину, которую он купил у Пятницкого. Еще у кого-то с базы в Тарасовке ночью выкатили, не заводя. Не угнали «Мицубиси» только у Ледяхова: он свою в Сочи отогнал отцу. И у Хлестова Димы: он ее, кажется, в деревне скрыл.
Владимир Бесчастных
У меня тоже угнали машину, у последнего. Я вообще ей не пользовался, я уже в это время играл в Германии. Она у меня стояла в гараже, я позвонил отцу, говорю: «Пап, там машины угоняют, там надо что-то сделать». Он загнал ее в дальний гараж, вытащил аккумулятор. В итоге все равно угнали. Причем на следующий день после того, как мне позвонил Онопко и предложил ее купить.
Дмитрий Ананко
Не буду скрывать, я в тот период приобрел даже оружие, потому что была пара нехороших историй. Был даже случай неприятный с какой-то стрелкой. Но когда выяснили, кто я, откуда, вопрос снялся сам собой, люди приехали и извинились. За «Спартак» болело очень много людей, и среди них были те, к кому можно было обратиться, чтобы подстраховаться и чувствовать себя более комфортно.
Владимир Бесчастных
Что такое по тем временам ездить играть по другим городам? Ты приезжаешь — а там свадьба бандитов. Ты заходишь в лифт — там с автоматом человек стоит. И это в каждом регионе. Все люди, которые имели деньги и могли себе позволить что-то, были либо бандиты, либо около бандитов. Сколько было таких: «Мы вам поможем, мы вот такая вот братва!» Я знаю, что нас прикрывали тоже серьезные люди, но все равно хорошего-то мало.
Сергей Юран
И бригады были, и на футбол они ходили, и билеты просили. И после матчей — мы ехали, они накрывали поляну, благодарили. Ну, один мирок был. У них своя работа, у нас своя, поэтому никаких наездов не было. Да, криминала было много, и шпаны всякой, которая со стволами ходила. Но когда ты общаешься со старшими этих бригад, они, понятно, говорят: этого не трогать.
Сергей Белоголовцев
Для меня девяностые — это
