нашем доме. Тетеревы тоже то тут, то там. Дневали и вечеряли в основном в итоге у нас.
Девчата уже наловчились на всю ораву готовить, словно в столовой. Я еще Аленку казаном пользоваться научил, вот в нем они почти каждый день что-нибудь кашеварят. Про то, что баня у нас топится ежедневно, я уже молчу.
Колхоз, ей-богу, вышел — только еще председателя выбрать осталось.
Я быстро дошел до Тетеревых: хозяйка возилась с самоваром возле крыльца.
— Татьяна Дмитриевна, — позвал я, — здравы будьте.
Она подняла голову.
— О, Гриша, и тебе поздорову!
Женщина выпрямилась, поправила передник и оглядела меня с головы до ног.
— Ты по делу или попроведать зашел?
Я улыбнулся и кивнул:
— Про яблоки хочу поговорить.
— Про сад ваш? Про тот, что мы давеча с калмыками чистили?
— Про него. И про то, что дальше с ним делать станем. Мы уже обсуждали, но теперь подготовку начинать нужно. Не успеем и глазом моргнуть, как яблочки уже и собирать пора придет. А ежели мы по уму все не подготовим, может и урожай пропасть.
— Да, такого никак нельзя допускать. Пойдем в дом, Гриша!
Мы зашли, хозяйка налила нам по кружке горячего чая. Это был травяной сбор, который я от бабы Поли привез из Наурской. Уж больно он Тетеревой понравился, вот я и отсыпал ей в мешочек.
— Ну давай, сказывай, чего ты там удумал?
— Вы мне сначала скажите, Татьяна Дмитриевна, готовы ли вы в это дело с головой уйти. Я по осени еще было думал, что сам все осилю, но дела так закрутились, что, похоже, времени на то и вовсе не достанет. Сейчас вот мальчишек почитай каждый день тренировать стану, а хозяйством смогу заниматься разве что урывками. А тут дело большое и пригляда требует постоянного.
— То есть ты мне предлагаешь выращиванием, переработкой и продажей заниматься?
— Не знаю, — пожал я плечами, — пока под вопросом, хватит ли у вас времени на все это.
— По поводу выращивания да сбора урожая тут, как я понимаю, два варианта. Первый — самим, вот как сейчас. В нужное время калмыков али других работных людей нанимать, чтобы все успеть. А второй — полностью отдать сад каким-нибудь арендаторам, таких сейчас хватает. Ну и плату за пользование садом с них брать яблоками, — я глотнул чаю. — У нас тут в Терском войске многие казаки так положенные им за службу паи сдают. И не от лени-то, а от того, что мы на границе живем. И даже когда внутреннюю службу проходим, которая вроде как в станице, все равно дел хватает.
Оттого многие должным образом просто не успевают хозяйство вести, вот и нашли выход, землю в аренду сдавать за часть урожая али за плату, кто как договорится. Вот и наши сады так же сдать можно, только тогда яблок на выходе, скорее всего, заметно меньше будет, зато сил обработка не займет. Главное тут, нужно контролировать, чтобы сады не загубили, ну и арендатора с умом выбирать. Что думаете?
— Ну, Гриша, про то мне и самой известно, — кивнула Татьяна Дмитриевна, — но думаю, стоит попробовать сами обрабатывать. Мы, конечно, на земле раньше не работали, в городе жили, но общее понимание имеется. Да и Насте чем-то заниматься нужно, Ванька вон подрастает, пусть к труду тоже сразу приучается. Я предлагаю в этом году сами все сделать, урожай соберем, а потом уже поглядим. Коли шибко тяжко станет, то на будущий год будем арендаторов загодя искать.
— Я ведь с Хомутовым про то уже советовалась. Он со мной и по вашему саду прошелся, и к себе приглашал. Они тоже сами своей семьей обрабатывают, ну а на сбор нанимают помощников. Хлопот, конечно, с яблочками теми хватает, но не сказать, что науку ту не освоить. Как-то так.
— Добре, Татьяна Дмитриевна! Тогда по выращиванию договорились. Итак, сырье у нас будет. Теперь надо думать про переработку да реализацию. И вот что на сей счет я мыслю, — улыбнулся я, выдержав небольшую паузу.
— Самими яблоками мы никого не удивим, это вам не ананасы. Да и севернее их растет полным-полно разных сортов, аж до Москвы и дальше. Посему возить их на продажу смысла почти нет, разве что хотим три копейки заработать вместо трех рублей. Тут думать надо.
— И вот что я мыслю. Во-первых, освоить изготовление пастилы. Да делать ее такого качества и вида, чтобы было любо-дорого в руки взять, как гостинец подарить, ну и на вкус чтобы была отличная. Хорошо бы придумать обертку или коробочку, чтобы наша пастила всегда одинаково выглядела. Тогда она отличаться станет. Можно пробовать оберточную бумагу или даже небольшие деревянные шкатулочки. Но второе, наверное, долго да муторно делать, а вот с бумагой хлопот куда меньше.
Еще сделать печать-штамп, да и ставить ее на каждую. Например, «пастила Волынская» или как-то по-другому, додумать надо. Да вы с торговым делом лучше меня знакомы, уж супругу-то вашему, царствие ему небесное, — перекрестился я, — помогали немало. Думается, и тут выход легко найдете.
Подумайте, мы не так и много в конечном счете сможем ее производить. Было бы здорово делать ее в таком виде, чтобы у приезжающих в Пятигорск на воды появилось желание купить ее как подарок из нашего края. Кстати, еще у нас кизила много растет, вот варенье из него также большим спросом пользоваться будет. Если в бочонки небольшие его разливать, или какие кувшины глиняные, то думаю с удовольствием покупать станут.
Сейчас ведь пастила — это прежде всего способ надолго сохранить продукт, так же как вяленое мясо или соленая рыба. Сладкую так кушают, узвары варят, а из острой соусы делают. Вот тут очень хорошо и стоит подумать, что мы привнести сможем нового.
Татьяна Дмитриевна задумалась и на какое-то время уставилась в окно.
— Вот что я вам предлагаю. Делом этим вы сами занимаетесь. Я денег дам на строительство помещения, где переработку вести придется, ведь сейчас у нас подходящего не имеется. А дальше сами: от меня разве что идеи да, если нужно будет, защита. Ну и сады наши, естественно, на это дело работать будут. А прибыль, что с этого дела пойдет, станем пополам делить. Так, думаю, справедливо будет.
Тетерева улыбнулась.
— Ну, мне в целом нравится все, Гриша, есть чем заняться. И руками, и головою
