заметить, как дернулись в быстро стертой улыбке усы Майера-старшего.
Потом, не возвращаясь на свое место, отсчитал еще сто долларов и положил их перед тетушкой Сюзанной:
— Эта часть — вклад моей сестры Марты в редактирование книги и преизрядные вставки в текст.
Тетя довольно кивнула Киду, блеснув глазками.
«Ну, может быть, это послужит к нашему с ней примирению?».
Оставшуюся часть Гюнтер поделил натрое и вручил по пятьдесят долларов своим братьям, Вильгельму и Генриху:
— Это вам, братья. На всякие-разные расходы.
«Мне пока и пятидесяти долларов хватит!».
Вилли благодарно кивнул, Генрих же заметно обрадовался. Ну да, у него сейчас начались траты на ту самую соседскую фермерскую дочку, а дед Карл по-прежнему не балует внука хоть какими-то карманными деньгами.
«Будет, на что брательнику ленты да заколки покупать!».
Остальные родственники эмоций не выказали, лишь приятель Вилли, Джо Вальдрикс с определенным этнографическим интересом просмотрел весь этот спектакль. Этакий семейный ритуал.
Вальдрикс, вообще-то, оказался весьма любознательным типом: все разглядывал, обо всем расспрашивал, всем интересовался. Но при этом был вполне деликатен и внимателен: лишнего себе не позволял, в душу хозяевам усадьбы не лез, назойливости не проявлял. Лишь один повод заставил его изменить себе: когда Гюнтер лечил Вилли, а потом и его самого, его испятнанные ожогами руки.
— Джо! Да отстань ты: я и сам не знаю, как это получается. Получается, и все тут! Когда я башкой ударился, через некоторое время, когда выздоровел, это и проявилось. А как и почему… Да откуда же я знаю?! Могу помочь людям и себе — разве же это плохо? — пытался отделаться от дотошного парня Кид.
А тот все пялился на свои полностью исцеленные руки, все поглаживал свежую, гладкую кожу:
— Как просто… Я уже скольким докторам платил, чтобы вылечили, а ничего не выходило. Каждый советовал какую-то свою мазь, но…
— Ага… Где же просто? Я три раза тебя лечил! — возмутился Кид, — А по поводу докторов… Здесь все объяснимо: ты перестал возиться со своей химией, со всеми этими препогаными кислотами, вот кожа сама и зажила. Я лишь подстегнул процесс ее восстановления. Если не наставишь новых ожогов, то и ладно…
«Ну как же! Дал рекомендации, мля! Как говорил Папанов, «на это я пойтить не могу!». Понятно же, что Джо не просто любопытствующий субъект, он в химию погружен с головой, так что всеми этими опытами заниматься не прекратит!».
— Так, перчатки тогда какие-нибудь используй, — предложил фанату науки Гюнтер.
— Да пробовал уже… И не только я пробовал, но… Кожаные приходят в негодность очень быстро, а гуттаперчевые, как ты советуешь, они такие толстые, что работать в них крайне неудобно.
— А вот еще повод тебе повозиться с разными опытами: я слышал, что некий Гудрич научился вулканизировать резину. Может, получиться более тонкие перчатки выделать? — гнул свое Кид.
Разговор о химии, о которой Вальдрикс мог говорить часами — как тот глухарь на току — как-то незаметно привел ко вполне ожидаемому результату. Хотя… Немного не так. Поначалу Вальдрикс все выпытывал у Кида про его внезапно возникшие умения лечить. Потом разговор плавно перешел на озарения в сфере механики, а уж потом…
— Нитроглицерин? — сморщился как от лимона химик, — Препоганейшее вещество! С ним работать, что гремучую змею гладить — в любой момент укусить может.
— Х-м-м… — задумался Гюнтер, — Кизельгур? Ну, эта, как ее там? Диатомовая земля? Слышал я, что если пропитать ее нитроглицерином, то работать с получившейся субстанцией будет куда более безопасно. А уж взрывчатка из этого получается…
Кид смешно закатил глаза, почмокал губами, как от неимоверной вкусноты блюда, помахал пальцами перед физиономией:
— Белиссимо!
Собеседники заулыбались, но Джо быстро опомнился:
— Откуда ты это взял? Где слышал? Или, возможно, читал?
— Да откуда я это знаю? — возмутился Гюнтер, — Говорю же: иногда что-то в башке всплывает, как будто слышал где-то или прочитал. А откуда — я и сам не помню.
— Интересно, интересно… — ушел в себя Вальдрикс, — Надо непременно попробовать.
— Только аккуратно! — предостерег парня Кид, — И вот еще что… Так как там в перспективе получается новая взрывчатка — очень мощная, то это относится к разряду секретных разработок. Сам должен понимать — отношения с Севером у нас очень далеки от нормальных. Не нужно давать янки такой козырь, тем более — учитывая их промышленный потенциал.
Джо хмыкнул: понимая непростые отношения Юга и Севера, он тем не менее, не очень-то доверял мнению Майеров о неизбежности войны между штатами. Полагал, что, как и ранее бывало: рассосется. А вот Вилли, погрузившись в подробности истории с Джоном Брауном, всецело стал поддерживать младшего брата в его «паранойе».
— Дальше… Нитроцеллюлоза, как заменитель дымного пороха, — продолжил экскурс в озарения Гюнтер.
И снова Вальдрикс поморщился:
— Тоже крайне неустойчивая субстанция. Опыты уже ведутся и довольно давно — лет десять как. Пробуют заменить ею дымный порох, но… Оружие приходит в негодность очень быстро, его просто разбивает мощью этого порошка. И хранение ее — не позавидуешь! Просто невозможно даже предположить, отчего и в какой момент она воспламенится.
Разочарованный Кид задумался:
«А ты как хотел? Вот так вот — по щелчку пальцев — бах! И придумалось новое, очень нужное Югу вещество? Ага, как бы не так! Непросто же от открытия этой самой нитроцеллюлозы и до начала производства бездымного пороха прошло почти пятьдесят лет. Люди явно не сидели сложа руки: чем-то занимались, что-то пробовали, но, видимо — никак! Не выходит «цветочек каменный»! Припоминается, что там закавыка даже не в химии, а в технологии производства: что-то с очисткой, еще какие-то мельницы или как их назвать? Не помню ни хрена. Юрист, юрист… Нужно было в реальности на химика-технолога учиться или на механика. Гуманитарий, мля!».
— Тринитротолуол… — снова пробормотал в задумчивости младший Майер.
— Что? — опешил брат Вильгельм.
Вальдрикс отмахнулся от приятеля, чтобы тот не сбивал брата с мысли, вперился взглядом в Гюнтера:
— Ну-ка, ну-ка… Как ты сказал, Гюнтер?
— Нитровать толуол… Три раза. Нитровать это…
— Знаю! — поторопил парня химик, — А что еще помнишь?
— Да ничего я не помню! — снова рассердился тот, — Что-то в башке есть, а как это понять — вообще не представляю! Нитровать толуол три раза… Только лучше на третий раз заменить соляную кислоту на олеум.
— А что такое — олеум? — снова влез Вилли.
— А я не знаю, — развел руками Кид, — Кислота какая-то. У нее еще есть название по какому-то городу в одном из германских графств. Не знаю я толком!
С облегчением Гюнтер подхватил предложенную старшим братом новую тему: обсуждение ситуации в южных штатах
