от столь предприимчивого хода.
— Да вон, на садовой! Компрессор с обмоткой один только кило на десять потянет. Да и так, по углам…
Глаза парней горели таким нездоровым азартом, что я лишь рукой махнула. Чем бы дитя, как говорится, ни тешилось.
* * *
Полный событиями день клонился к закату. Прибрав деньги в тайник, лежала на диване, тупо щелкая пультом каналы. В кои-то веке никто не бился за телевизор, все устали и разбрелись по комнатам. Лишь мне одной не спалось. После встречи с волком, я весь день чувствовала себя подозрительно бодрой. Даже уборку затеяла по возвращению домой, к слову, впервые по моей инициативе с начала нашего совместного проживания. Обычно нас Соня гоняла.
— Ты чего не спишь, Ань? — раздался тихий голос Ритки. — Рано ж вставать.
— А ты чего? Куда опять вставать? Завтра же суббота.
— Так на дачу же едем, забыла? Фокус обмывать.
Вспомнив обещание, я лишь простонала, уткнувшись лицом в подушку. Ехать до дачи предстояло под сто километров по московским пробкам…
Глава 26
Выехали на следующее утро в шесть утра. Природы мне хватило еще вчерашней, поэтому моя недовольная мордашка на фоне остальных улыбающихся, едущих на отдых людей, выглядела комично. Несколько раз меня подначивали, пытались растормошить, но были вежливо посланы, да так и отстали.
Ехали на двух машинах. Купленный отцом Риты новенький Ford Focus и машина ее брата — Daewoo Matiz. И когда нам сказали, что фокус набит под крышу вещами, а ехать нам предстоит втроем на заднем сидении матизки, моя печаль пробила дно.
— Она такая классная, да? Я тоже о такой мечтаю! — Соня смотрела влюбленным взглядом на салатовое чудо узбекского автопрома.
— Мне кажется, маленькая очень. Лучше бы двенашку взяли за эти деньги. Там хоть багажник есть.
— Зато здесь кондиционер, гидрач, стеклоподъемники с завода. Шумка, опять же, неплохая. — нахваливал свою ласточку счастливый автолюбитель, — Да и парковаться удобно. Ты знаешь, она легкая, всего четыреста килограмм весит. Вездеход просто! Я за всю зиму даже не застрял ни разу. Джипы на пузо садятся, а я выйду, сам ее подтолкну и дальше покатил. Вот снег был, я уржался над этими раскоряками. Они застревают, а матизка колесиками гребет, но сама себя тащит только так!
— Ну… наверное, еще и экономная?
— Да как сказать, — парень почесал затылок, — также жрет восемь-девять литров. Слабенькая она.
— А сколько лошадей?
— Всего шестьдесят семь. Вот у отца машина — песня. Но он даже порулить не дает. Жмот! — парень обиженно засопел и пошел залазить за руль своего вездеходного болида.
Путешествие оказалось не таким уж и страшным. Дачный сезон еще не начался. В сторону Москвы все «горело красным», а на выезд движение оказалось вполне сносным и размеренным.
У брата Риты в машине оказался дисковый магнитофон Pioneer, и богатая коллекция само записанных СD-R c попсой и роком. Замененные колонки и сабвуфер на весь багажник выдавали крутое звучание. Дребезжали лишь обшивка и стекла. Но нас это не смущало. Навалив музыку на максимум, горлопанили хиты двухтысячных: Зверей, МакSим, Город 312, Тату, Линду, и многое другое.
Потом жена Макса устала от наших концертов и поставила диск «Короля и шута» с горячими новинками «Кукла колдуна» и «Продавец кошмаров». Как-то так вышло, что слова знала только я. Ну и начала подпевать по накатанной. Девчонки вопросительно на меня смотрели, мол, откуда? Так-то дома за прослушиванием музыки я застукана не была, а песня, реально, новинка.
Я лишь ухмылялась и пожимала плечами, кайфуя от поездки, молодости и беззаботности сегодняшнего дня. Вот вырастили бы они сына-меломана, у которого музыка не выключалась 24/7, тогда бы и соревновались со мной в знании песен и слов! Может мне на «Угадай мелодию» еще сходить? Хе хе.
Словом, доехали быстро и весело. Оказалось, что три молодые, стройные девушки могут ехать на заднем сидении с относительным комфортом, даже если эта машина Matiz.
Деревня, в которой находился старенький домик, доставшийся в наследство Ритиным родителям, находилась где-то на северо-западе московской области, в глуши. Когда мы проезжали сквозь лес, я занервничала: не развезет ли дорогу, оставив нашу компанию куковать на даче до лета? Но Макс меня успокоил, что за городом холоднее, по утрам еще стоят морозцы и дорога будет проходимой еще минимум пару недель.
Сам дом не поражал размерами и современным убранством. Скорее, наоборот, своим «ретро стилем». Это была мазанка, с толстыми, белеными стенами, двойными деревянными окошками с частой расплеткой и форточками! Почему-то именно они привели меня восторг. Покатая крыша, частокол забора — взгляд цепляло буквально все! Дом был реально древний, но и ухоженный.
— Соседи приглядывают, за копеечку. Тут классно. Вон там речка. Холодная, конечно, и мелкая, но летом кайфово в ней поплескаться. И баня здесь просто сказка! — Ритка уже подпрыгивала на месте от нетерпения.
— Ой, смотрите, корова! — Соня, кореная москвичка в седьмом поколении, смотрела на все происходящее широко распахнутыми удивленными глазами.
Мы все еще оставались в машине. Глаза девчонок блестели от эмоций и предвкушения. Они наперебой делились планами на день. Куда сходить и что нужно обязательно сделать. В том числе попить парного молочка и проверить не вылезли ли где-то на солнечных прогалинах подснежники. Маша, жена Макса, была от силы нас старше лет на пять, поэтому влилась в компанию как родная, и, не отставая, накидывала свежие идеи.
Макс и отец Ритки открывали ворота, загоняя машины во двор. Двор и подъезд и впрямь былы начищены, а дом протоплен. Он встречал нас и зазывно подмигивал светом окон.
— Такой домик классный. Как в сказке! А нам коек-то хватит? Народа много.
— Конечно, — Ритка махнула рукой. — Батя в бане на полки ляжет. Он всегда в баню сбегает, когда гости, — девушка хихикнула, — я с мамкой, вы с Сонькой. Ну или там решим. В крайнем, к тете Гуле забуримся, она классная. И молочко у нее супер. В город возит, на продажу. Всегда у нее все свежее, вкусное и за животными хорошо ухаживает.
— Может нам им помочь вещи выгрузить?
— Да что там тех вещей? Только попами толкаться. Пойдемте по деревне лучше пройдемся.
Селение, несмотря на роскошную природу, навевало уныние. Множество заколоченных, брошенных домов, заросших бурьяном участков, завалившихся заборов.
— А вот тут Дашка жила, моя подружка. Все лето с ней проводили. Сейчас они в Краснодар переехали. Все хочу в гости к ней съездить, да предки не пускают одну. А вон там, смотри, Смородинские. Жора — моя первая любовь.
