на то, что тогда зрителям формат зашел, на два общегосударственных канала, имевшихся в те времена, сериалы налезали плохо. И вот теперь все изменилось: контента на 8 — а вскоре должна была и 9 программа стартовать — каналов постоянно не хватало, и сериалы тут зашли просто идеально.
(Шиловский В. Н.)
Короче говоря, достали старую идею с полки, стряхнули с нее пыль, позвали того же режиссера, не стали ничего менять, даже название оставили то же — и вперед. Пока снимать конвейером, как латиноамериканцы, которые полноценные серии выпускают в поточном режиме каждый день в течение месяцев и лет, наши киношники еще не научились, но серию или две в неделю — вполне. «День за днем» выпускался уже почти полтора года, перевалил за сто получасовых серий и стал для советских домохозяек тем же, чем в нашей истории стала «Рабыня Изаура». Ее, впрочем, мы тоже купили и начали транслировать по телеку, но с учетом разнообразия телевизионного контента таким откровением, как в нашей истории, этот бразильский сериал уже не стал.
За первым пробным шаром пошел второй — ориентированный на молодежь сериал «Школьные дни», демонстрирующий похождения старшеклассников, — готовился первый в СССР «процедурал» про работу медиков, вернули на экраны «ЗнаТоКов», причем в том же новом формате еженедельных сорокаминутных серий.
По качеству все это, конечно, местами выглядело достаточно наивно: традиционно ориентированные на единичное производство советские киношники в поточный режим работы вкатывались с трудом. Актеры и режиссеры первой величины устраиваться на «галеру», которая может растянуться на годы, не хотели, приходилось брать представителей второго эшелона, постоянно вылезали какие-то косяки со снабжением, из-за чего серии регулярно доделывались в авральном порядке, и вообще отдавало все это немного самодеятельностью. Ничего удивительного — индустрия фактически выросла с нуля буквально за два-три года, что странного в том, что ее преследуют детские болезни?
Еще спустя где-то сорок минут — я успел за это время перекинуться словом с десятком человек — объявили о том, что нужно занимать свои места в зрительском зале. Все гости послушно потянулись поближе к сцене, продолжая общаться между собой, что-то обсуждать, смеяться и глобально пребывая в приподнятом расположении духа.
Выдали всем программки с порядком объявления номинаций и перемежающих их номеров, и все выглядело достаточно прилично, пока на сцену не вышли ведущие… Да, уж, с конферансом в СССР большие проблемы…
— Премию за лучшую музыку к драматическому фильму получает… — Все эти технические номинации, которые шли первыми, были мало кому интересны, я даже и не обратил внимание на очередную награду Пахмутовой, сколько их у нее было за длинную творческую жизнь?
Вести «Нику» пригласили все тот же, ставший в будущем классическим, дуэт из Евгения Меньшова и Ангелины Вовк и, честно говоря, это был настоящий промах. Ну, на мой взгляд, местным кажется, вполне «заходила» их манера держаться на сцене, мне же хотелось чего-то сильно более легкого и неформального. Чтобы все действо меньше напоминало отчетное заседание партийной ячейки и больше — праздник творчества. Впрочем, кто бы говорил, не я ли этим самым творческим людям яйца в тиски засовывал, чтобы они меньше херней занимались и больше об интересах зрителя думали…
(Евгений Меньшов и Ангелина Вовк)
— И премию за лучшие визуальные эффекты получает фильм «За далёкими звездами». Под общие аплодисменты на сцену вышел режиссер картины Митта, а с ним женщина, которая была ответственна за создание советских компьютерных спецэффектов.
Тут вообще интересная история, достойная отдельного рассказа. При ХПИ — Харьковском Политехническом Институте — существовала «народная киностудия», созданная фактически студентами-энтузиастами. Что-то они там снимали, это не так важно, для нас интересно появление при этой киностудии секции анимации. Именно там собрался коллектив, который начал экспериментировать — используя вычислительные мощности института — со всякими компьютерными эффектами. Главным лицом в этой движухе был некто Евгений Мамут, которому и приписывают авторство первого советского мультика, где использовались вставки с компьютерной графикой, он даже что-то там выиграл в итоге.
Сам Мамут в конце 1970-х эмигрировал в США, стал там большим специалистом по визуальным эффектам и даже получил «Оскар» — как часть команды, правда, но какая разница — за работу над фильмом «Хищник».
Что же касается СССР, то когда тут был провозглашен курс на цифровизацию, подобные ранее никому не интересные «ростки» вдруг начали пробивать себе дорогу к свету. Кто-то вспомнил про опыты харьковчан, была заново собрана команда из художников и компьютерщиков, которую возглавила именно получающая прямо сейчас статуэтку на сцене Ирина Борисова — бывшая когда-то частью команды Мамута, — и дело пошло. Да, мы пока от американцев отставали весьма значительно, лет на десять, наверное, но думается мне, что при правильном подходе и достаточном финансировании разрыв этот получится закрыть весьма и весьма быстро.
(Евгений Мамут и Ирина Борисова)
Глава 4−2
О музыке, мультфильмах и личном
21 июня 1989 года; Сочи, СССР
THE MIAMI TIMES: Новое «Движение чаепития» бросает вызов старым партиям
На политической карте США стремительно формируется новое явление, которое уже окрестили «Движением чаепития». Оно зарождается на стыке правого крыла Республиканской партии и либертарианцев, объединяя тех, кто устал от старых догм и требует возвращения к «истинным американским ценностям» — свободе личности, ограниченному правительству и низким налогам.
Толчком к созданию движения стали внутренние кризисы самих республиканцев, растерявших чёткую идентичность между ястребиным милитаризмом и попытками обновления, а также первые месяцы администрации Майкла Дукакиса. Новый президент, продвигая социальные реформы, добился принятия Конгрессом закона о резком повышении налогов — шаг, вызвавший бурю негодования среди предпринимателей, фермеров и представителей малого бизнеса.
«Мы уже достаточно обложены налогами!» — гласит главный лозунг протестующих. Под этим знаменем тысячи людей выходят на улицы традиционно консервативных штатов — Техаса, Айдахо, Миссисипи — и даже осаждают Капитолийский холм в Вашингтоне, где демонстрации не стихают вторую неделю подряд.
Лицом движения стал кандидат в президенты от Либертарианской партии Рон Пол, сенатор из Техаса, набравший в прошлом году 11% голосов и ставший первым «третьим кандидатом» со времён Джорджа Уоллеса, сумевшим реально бросить вызов системе двух партий. Сегодня он говорит о необходимости «нового курса свободы» — без войн, без бесконтрольных расходов и без налогового удушья.
Политические обозреватели уже говорят о возможном «расколе Республиканской партии». Пока одни видят в «Движении чаепития» кратковременный всплеск
