расстаться. И это я еще сильно жалел себя, используя такую формулировку.
Первым делом — самолеты. Увы, это правило работало и в этом мире тоже. По крайней мере, для людей определенно склада. И для эльфиек, по всей видимости, тоже.
⠀⠀
⠀⠀
⠀⠀
Глава 20
Романтическая прогулка
●
⠀⠀
У эльфийки был свой маршрут — по крышам. Конечно, я не умел как трепетная лань перепрыгивать с камешка на камешек, я скакал как горный козел-переросток, время от времени обрушивая в провалы между домами целые пласты прохудившегося шифера или ненадежной каменной кладки, но в целом такой паркур был мне по силам. По всему выходило — тут, наверху, немного безопаснее. Всё-таки летающие хтонические твари были скорее исключением, чем правилом. Бо́льшая часть монстров обитала в темных углах и подземных логовищах, выбираясь наружу либо ночью, либо во время инцидентов. Даже таинственные прядильщики черной паутины не показывались из мрачных зевов окон и не совались на крыши.
— Зачем тебе десятилитровая канистра с медом? — эльфийка села отдохнуть прямо на плечи декоративной горгульи, нависшей над Проспектом.
Я, пыхтя и отдуваясь, вскарабкался на парапет и уселся неподалеку, свесив ноги вниз. Обтянутые спортивными лосинами бедра девушки, обнимающие шею скульптурного монстра, не давали мне соредоточиться и Эсси тут же все правильно поняла, и слезла с горгульи, и пристроилась рядышком со мной, положив голову на мое плечо.
— Мёд — это для одной странной и очень могучей сущности. Вроде как, праотец всех местных Зоотериков. Или — не только местных. Стыдно признаться, он просто надавал мне лещей и выкинул, как котенка. Очень интересный тип.
— Хтоническая тварь? Какой-то демон? — заинтересовалась Эсси.
— Нет, точно нет! Ничего хтонического. Может мутант, может… — я чуть не сказал «попаданец», но вовремя прикусил язык. — Я не знаю как и объяснить. Это Слонопотам, короче.
— Слонопотам? — в ее голосе было столько искреннего удивления, что я почувствовал себя кем-то очень умным и знающим. Но мигом вспомнил розданные хоботом оплеухи и поунял гордыню.
— Разумный мамонт, — пояснил я. — Сидит, понимаешь, в бассейне, пузыри пускает.
— Пузыри? — она, похоже, никак не могла поверить, что я говорю всё это всерьез.
Я бы и сам не поверил, если бы вживую с ним знаком не был.
— Ну да. Кажется, у него там пена для ванн — с клубничным ароматом. Или малиновым, я сейчас и не вспомню, но что-то ягодное — точно. Никакой хтони в нем нет, просто огромная говорящая животина, которая дико любит сладкое. Знаешь, его иногда видят на улицах Маяка, он ходит туда-сюда, совершает набеги на шоколадницы и кондитерские. Но на Проспекте не появляется, там народу слишком много. Помнишь Бориса, того медведя из Зоотерики?
— Помню родинку у него на подбородке, я туда целилась, — фыркнула эльфийка.
— Кх-х-х-х! Нет, на родинку я как-то внимания не обратил… Но зато внимательно слушал, что говорил Борис. Судя по недомолвкам, этот мамонт тут давно, пожалуй — с самого начала прорыва. Он точно будет в курсе, откуда есть пошла Сан-Себастьянская Хтонь и кто начал тут дичь творити…
— А? — глянула на меня Эсси.
— Это так, фольклорное… Так вот, вышвыривая меня как нашкодившего кота и выбивая моей башкой двери, Слонопотам сказал следующее, цитирую: «Если еще раз придете без меда…»
— То есть с медом — можно? — понятливо кивнула эльфийка.
— Получается что так. Ну плюс ты со мной, а у тебя с чудищами всякими не в пример лучше получается найти общий язык…
— … с троллями, гоблинами, уруками… — хитро прищурившись продолжила девушка.
— Вот! Я столько морд набил, столько шаурмы накрутил, чтобы репутацию какую-никакую у лиходеев с Маяка заработать, а ты раз-два — и всеобщая любимица! Так что тебе и карты в руки, будешь договариваться. А я тебя прикрою. Рядом постою. Если что — пусть он мне лещей раздает, девочек бить нельзя!
— Хм! — она подперла щеку кулачком. — То есть вариант настучать ему по голове ты даже не рассматриваешь? Ты ведь хуорна мечом рубал, я сама видела! Неужели какой-то слон…
— Не-не-не! — замахал руками я. — Даже не думай.
Я до сих пор был уверен, несмотря на экстракт Пха и все мои татуировочки в духе «быстрее, выше, сильнее», Слонопотам наваляет мне снова с такой же легкостью. Ну, это как если бы первого драчуна в классе выставили против Федора Емельяненко. Высшая лига! Может, Воронцов или Келбали Хан что-то и смогли бы предпринять против этого титана, но не я. Пока — не я. Через пару годиков — посмотрим! Эти татау — страшная сила, мне просто нужна пауза, чтобы разобраться, поэкспериментировать, а не вот это вот всё…
Вообще, хорошо нам было так рядышком сидеть и болтать ногами над хтонью. Эльфийка достала откуда-то из карманов своей портупеи-патронташа кедровые орешки и отсыпала мне в ладонь, и стало совсем замечательно. Ну чисто как в деревне на завалинке Ванька с Манькой…
— Пойдешь за меня? — не выдержал я, хрустнув орешком и снова вспомнив про стоматолога.
— А? — удивилась Эсси. — Куда это?
— Хе-хе-хе, так к Слонопотаму же!
— Так вместе пошли, какой умный выискался! Еще канистру я твою не таскала, за тебя ходить!
В общем, отряхнулись, подержались некоторое время за ручки, пока крыша не закончилась — и поскакали дальше.
⠀⠀
*⠀ ⠀*⠀ ⠀*
⠀⠀⠀
Всё-таки она умела колдовать. Это было та самая таинственная природная магия эльфов! Эсси высыпала себе на ладошку из самой обычной бумажной магазинной пачки пару бубочек семян плюща, прикрыла глаза, сжала их в ладони, дохнула внутрь, а потом швырнула мне быстро растущий побег:
— Хватай!
А сама обвязала извивающуюся лозу о какую-то металлическую загогулину и, смело взявшись за тонкий ствол растения, шагнула с крыши и грациозно скользнула вниз. Высота тут была не очень — всего-то четыре этажа, так что я посмотрел на увеличивающися в размерах плющ, который стремно дергался в моей руке, швырнул его подальше на крышу и сиганул вниз, с грохотом приземлившись на тротуар и расшвыряв во все стороны плитку, и подняв облако пыли.
— Варвар! — хмыкнула эльфийка, отряхиваясь.
— В одну упряжку впрячь не можно коня и трепетную лань! — откликнулся я. — Не мой это метод. Страшновато мне на ваших травинках спускаться, еще сорвусь…
— И что тогда? — иронично спросила она, оглядывая последствия моего приземления.
— Действительно… — задумался я.
— И вот еще что — несмотря на то что Пушкина я люблю и уважаю, тут он был не к месту. Ты
