изгнала гринго с земли Сан-Габриэля. Только тогда они восстанут против марионеточного правительства, которому удалось перегруппироваться под прикрытием империалистических войск. Нашей первой задачей, — закончил он, — будет перехват идущего с побережья конвоя с припасами. Мы нападем на них в…
— Вот именно, никого, кроме инди, — произнесла Мартинс, стараясь не повышать голос. — Инди, ты и я. В этом вся проблема.
«Только поглядите на эту дуру!» — подумала она про себя.
Новый танк был огромен. Ей все время хотелось отодвинуться в сторону: самодвижущиеся объекты не должны быть такими большими.
Со стороны Марк III выглядел как усеченная четырехгранная пирамида, но его четкие очертания сглаживались и изгибались там, где броня закруглялась для наилучшего угла отражения, и заострялись там, где из мощной массы металла выпирали орудийные стволы и антенны сенсоров. Снизу пирамиду поддерживали две сдвоенные гусеницы почти шести футов в ширину, держащиеся на восьми перемежающихся катках каждая. Гусеницы занимали почти половину всей площади танка. Мартинс коснулась рукой борта, и дрожь живого работающего механизма передалась ее телу, прокатившись от ладони к локтю.
— К тому же у нас очень мало горючего, — продолжила она. «Точнее, его ни хрена не осталось». Им буквально чудом удалось раздобыть запчасти и боеприпасы, и это здесь, на побережье, где должна была находиться их штаб-квартира! — Поверь мне, сейчас здесь самая высокая технология — это мулы. Наши УНВ — универсальные вездеходы — работают на ламповом керосине, разбавленном местным самогоном, если его не успевают вылакать какие-нибудь инди.
Командира танка звали Винателли, несмотря на это, он был бледным и довольно упитанным блондином, под короткой стрижкой которого просвечивала почти по-младенчески розовая кожа. Он улыбаясь смотрел на Мартинс и поглаживал борт своей машины, словно только что сошедшей с картины Нормана Роквелла. Ей показалось, что он еще даже бриться не начинал.
— О, никаких проблем. Я в курсе того, что здесь не все в порядке.
«Ага, им пришлось, чтобы прорваться обратно в Нью-Йорк после недавних бунтов, задействовать артиллерию», — подумала она.
— Но с топливом никаких проблем не будет. Эта крошка оснащена оборудованием класса ультра-сверх-секретно-прочти-сожги-и-застрелись. Ионная энергостанция. — Заметив ее отсутствующий взгляд, он объяснил: — Ионные батареи. Самый компактный из разработанных когда-либо источников энергии — настоящий прорыв, мэм. Десять лет работы при боевых нагрузках, а перезаряжаться можно от чего угодно, включая солнечный свет. Это немного неудобно, но у нас в запасе имеется пять акров светочувствительной ткани. Марки, — он слегка покраснел, когда она, услышав кличку танка, выгнула бровь, — может пройти где угодно, даже под водой. Вы просто не поверите, сколько у нас всякого оружия — от противопехотного до зенитного. Марк III сам проводит диагностику, сам передвигается, его бортовой ИИ может выполнять пятнадцать, а то и двадцать различных боевых заданий вообще без присутствия человека. Например, он может заниматься патрулированием. У нас есть карты с информацией о каждом дюйме поверхности в этом полушарии, инерционные и спутниковые системы навигации, так что мы в одиночку можем осуществлять огневое прикрытие и вообще почти все что угодно. А кроме того, броня, синтетические молекулы и феррохромовый сплав, которые выдержат все что угодно, за исключением другого Марк III.
Бетани Мартинс провела рукой по коротко стриженным черным волосам. Ладонь мгновенно намокла от пота; на прибрежных атлантических низменностях Сан-Габриэля было даже жарче, чем на внутреннем плато, и гораздо влажнее, что придавало местной столице Чьюдад Роко особую прелесть вечно гниющей грязи, мусора и человеческих отходов, — канализация дала дуба давным-давно, примерно в одно время с сетью электроснабжения. Пот скатывался под бронежилет с высоким воротничком, и все тело отчаянно чесалось. Чертова жара была в Сан-Габриэль настоящим бедствием, но одновременно и неотъемлемым условием существования, а не подлежащей решению проблемой.
Она огляделась. Площадь над гаванью была заполнена унылыми людьми. Бог знает, как удалось вытащить этого зверя на берег чертова рушащегося сумасшедшего дома; наверное, чтобы спустить его с палубы, корабль пришлось затопить. Многие останавливались поглазеть на военную машину американцев, несмотря на грозные окрики отрядов полиции Порядка и Безопасности, призывающие не толпиться и проходить мимо. Остальные были заняты тем, что пытались продать друг другу какие-то, в основном совершенно бесполезные, вещи. Кроме овощей, мало что выглядело достаточно свежим, и каждую кучку бананов или помидоров охраняли с оружием в руках.
Ребята из взвода Мартинс выглядывали из УНВ, легких шестиколесных грузовичков, таких низких, что они казались раздавленными, с большими надувными колесами, обтянутыми плетеной металлической сеткой. Их керамические дизеля тихо урчали, а из кузовов высовывались не выпускающие из рук оружия солдаты. На задних сиденьях были навалены обвязанные сетью мешки с припасами и большие пятилитровые бидоны с горючим.
«Ну что же, по крайней мере удалось раздобыть хотя бы это».
— Хотелось бы знать, — сказала Мартинс Винателли, — почему, если Джи. Эм.[78] умеет строить такие штуки, нам приходится держать в Детройте дивизию Гвардии?
— Разве вы не слышали? — удивился тот. — Они ушли из Детройта. Город брошен, хотя вокруг еще осталось несколько блокпостов.
В желудок Мартинс словно кислотой плеснули. Возвращение домой становилось все менее и менее привлекательным, даже после четырех лет в Сан-Габриэля. Проблема была в том, что здесь все точно так же катилось от плохого к еще худшему. А единственное различие заключалось в том, что падать ниже было уже практически некуда.
— Предполагается, что мы «продемонстрируем наше превосходство» и отойдем на исходные, — говорила Мартинс. — То есть мы должны надрать Глорио[79] задницу так, чтобы наше бегство не выглядело таковым.
Серпантин горной дороги с высоты запасного люка Марк III выглядел совсем по-другому. Джунгли в основном казались пыльно-зелеными, с пятнами более темной растительности в узких долинах. С верхней палубы обзор был бы намного лучше, но там Мартинс чувствовала себя совершенно уязвимой. Или же у всех на виду, что практически то же самое. Воздух был наполнен запахом красной пыли, которая не оседала никогда, если не считать сезона дождей, и острым ароматом суккулентов[80], составляющих большую часть местной флоры. Им случалось проезжать мимо ферм, выбеленных глинобитных хижин с тростниковой или черепичной крышей, окруженных полями, засаженными маисом и маниокой. Окна большинства деревенских домиков были забраны ставнями, их жители либо ушли пытать счастья в столицу, либо — если у них еще оставался здравый смысл — назад на родные фермы.
Все встречные старались держаться подальше от Марк III, который несся вперед в гигантском облаке пыли. «Никакой, черт возьми, скрытности, — думала Мартинс, не желая избавляться от инстинктов пехотинца. — Ребята из Пути Славы штаны обмочат со смеху, глядя,
