его, — я кивнул, принимая решение. — Но не раскрывай полной картины. Пусть думает, что это обычное расследование финансовых махинаций.
Виктор ушел, чтобы организовать встречу с банкиром, а я остался один с картой и финансовыми отчетами. Чем больше я изучал эти документы, тем яснее становилась картина — «Общество Вечного Огня» создало сложную сеть фондов, компаний и подставных лиц, через которые финансировало различные подрывные движения как внутри Российской Империи, так и за ее пределами.
Один фрагмент головоломки особенно привлек мое внимание — серия транзакций, проходивших через банк, принадлежавший семье графини Воронцовой. Каждый месяц значительные суммы переводились на счета «Лиги поддержки угнетенных народов» — организации, известной своей поддержкой сепаратистских движений на окраинах империи. Впрочем и веских доказательств этому не было — все всё знали, но ничего не делали.
Я сделал пометку, чтобы проверить связи графини Воронцовой с этой «Лигой», когда в дверь постучали.
— Войдите, — отозвался я, не отрывая взгляда от документов.
На пороге стояла Анастасия, моя единокровная сестра. Ее обычно аккуратно уложенные темные волосы сегодня были собраны в простой пучок, из которого выбивались несколько прядей. В руках она держала потрепанную кожаную сумку, из которой торчали какие-то свитки и инструменты.
— Максим, ты занят? — она остановилась на пороге, оценивая царивший в комнате беспорядок.
— Не настолько, чтобы не уделить время любимой сестре, — я улыбнулся, отодвигая бумаги в сторону. — Что привело тебя ко мне? Неужели матушка опять пыталась найти тебе жениха среди своих скучных знакомых?
Анастасия фыркнула, входя в комнату и закрывая за собой дверь.
— Хуже. Она решила, что мои эксперименты с растениями — неподобающее занятие для девушки из хорошей семьи. В век, когда женщины становятся профессорами в Европе, она все еще считает, что дочь министра должна только музицировать и вышивать гладью.
Я сочувственно кивнул. Елена Андреевна, моя мачеха и мать Анастасии, была женщиной со строгими, почти викторианскими представлениями о роли женщины в обществе.
— Но я пришла не жаловаться, — Анастасия положила свою сумку на край стола и извлекла из нее небольшой сверток, завернутый в холст. — Смотри!
Она развернула сверток, и я увидел растение, которое никак не мог опознать. Оно напоминало маленькое деревце, но с необычайно яркими голубыми листьями, которые словно светились изнутри.
— Что это? — я наклонился, разглядывая странное растение с профессиональным интересом.
— Результат моих экспериментов по скрещиванию обычной березы с магическими свойствами горных цветов с Урала, — с гордостью ответила Анастасия. — Я назвала его «Лазурный светоч». Смотри, что происходит, когда становится темно.
Она накрыла растение непрозрачным колпаком, создавая искусственную темноту. Когда она сняла его, я едва сдержал возглас удивления — листья действительно светились мягким голубым светом, освещая пространство вокруг.
— Потрясающе, — искренне похвалил я. — Ты использовала светящийся мох?
— И не только его, — Анастасия сияла от гордости. — Это плод многих месяцев экспериментов. Но главное не это, — она понизила голос до шепота, хотя мы были одни в комнате. — Свет этого растения обладает целебными свойствами. Он ускоряет заживление ран и снимает воспаление. Я проверяла на мелких порезах и ушибах — эффект потрясающий. Ну а само свечение успокаивает тревогу.
Я восхищенно покачал головой. Моя младшая сестра всегда проявляла интерес к медицине и магии жизни, но это был качественный скачок в ее исследованиях. Не думал, что она дойдет до магического скрещивания растений.
— Ты должна зарегистрировать это открытие в Академии наук, — сказал я. — Это может быть прорывом в регенеративной медицине.
Улыбка Анастасии померкла, и она вновь завернула растение в холст.
— В том-то и дело, Максим. Я хотела показать свою работу в Академии, но… — она замялась, подбирая слова. — В последнее время вокруг меня крутится слишком много странных людей. Они проявляют необычайный интерес к моим исследованиям, задают вопросы о моих методах, предлагают финансирование и оборудование.
Я насторожился. После всего, что узнал сегодня о тайном финансировании «Общества Вечного Огня», любой необычный интерес к научным разработкам вызывал у меня подозрения.
— Что за люди? — спросил я, предлагая сестре сесть.
Анастасия опустилась в кресло, нервно теребя край своей шали.
— В основном представители научных кругов. Профессор Клеймберг из Берлинского университета, доктор Рейнхардт из Королевского общества в Лондоне, — она сделала паузу, как будто не решаясь продолжить. — И еще один человек, который особенно настойчив. Маркус фон Штейн. Он представился как независимый исследователь, интересующийся ботаникой и магией природы.
Я напрягся, услышав последнее имя. Оно не было мне знакомо, но что-то в нем вызывало смутное беспокойство.
— И что этот фон Штейн хочет от тебя?
— Он предложил финансировать мои исследования, — Анастасия смотрела на меня с тревогой. — Обещал лабораторию, оборудование, ассистентов… При условии, что я буду работать под его руководством и делиться всеми результатами.
— Ты отказалась, я надеюсь? — мой тон стал серьезнее.
— Конечно! — она казалась оскорбленной самим предположением. — Я сказала, что мне нужно подумать. Но он не отступает. Присылает письма, подарки, даже редкие образцы растений… Очень редкие, которые у нас никак не достать… — Анастасия достала из сумки конверт. — А вчера пришло это.
Я взял конверт и извлек из него письмо, написанное изящным почерком на дорогой бумаге. Фон Штейн настоятельно приглашал Анастасию на научный симпозиум в его частном имении под Санкт-Петербургом. Мероприятие должно было собрать «избранных представителей научного сообщества для обсуждения новейших достижений в области биологической магии».
В углу письма была небольшая эмблема.
Мое сердце пропустило удар. Символ не точно такой же, но очень напоминавший то, что я видел на документах, связанных с «Обществом Вечного Огня».
— Анастасия, — я взглянул на сестру с серьезностью, которая заставила ее занервничать еще сильнее. — Я должен тебе кое-что рассказать. Но прежде ответь — ты никому не показывала свое растение? Никто, кроме меня, не знает о его целебных свойствах?
— Только Александр, — ответила она, имея в виду нашего младшего брата. — Он помогал мне с некоторыми расчетами. Но я взяла с него слово, что он никому не расскажет.
Я кивнул, немного успокоившись. Александр, несмотря на свой юный возраст, умел хранить тайны.
— Хорошо. Теперь слушай внимательно. То, что я тебе расскажу, строго конфиденциально. Это касается моего текущего расследования, и разглашение этой информации может поставить под угрозу имперскую безопасность.
Глаза Анастасии расширились, но она кивнула, принимая важность момента.
Следующие полчаса я кратко излагал сестре суть дела «Общества Вечного Огня», опуская имена и конкретные детали. Я рассказал о тайной организации, стремящейся к созданию «улучшенных» людей, о ее связях с иностранными державами, о попытках подорвать стабильность империи.
— И теперь они пытаются завербовать тебя, — закончил я. — Твоя работа по созданию новых форм жизни
