пара за спиной. Гаррота — тончайшая струна, спрятанная в манжете рубашки. Браслет, искусно замаскированный под классические черные часы: связь, навигация, инъекторы со стимуляторами. И туфли — строгие оксфорды с усиленной подошвой и стальными носками.
— Всё необходимое, — подытожил Бити. — И ни одной лишней детали.
Пит смотрел на это облачение и вспоминал того человека, который смотрел на него из зеркала несколько месяцев назад. Того, кто был сломлен, потерян и не помнил собственного имени. Теперь он обрел себя.
— Спасибо, — негромко произнес он, но Бити услышал.
— Просто вернись назад. Это будет лучшей благодарностью.
Пит начал одеваться. Предмет за предметом: рубашка, жилет, пиджак. Завязал галстук простым классическим узлом. Пистолеты скользнули в кобуры, ножи заняли свои места. Гаррота в манжет, часы на запястье.
Он взглянул в зеркало на стене. Человек в черном смотрел на него в ответ. Изысканный. Смертоносный.
Тот самый, кем он себя чувствовал.
***
Ховеркрафты замерли ровными рядами — серые стальные громады, застывшие в ожидании взлета. Гул прогревающихся двигателей заполнял пространство вибрирующим низким рокотом. Повсюду шла погрузка: по два десятка бойцов на борт. Солдаты лихорадочно проверяли затворы, подтягивали ремни брони, пересчитывали магазины. Кто-то застыл в угрюмом молчании, кто-то шутил — надрывно и слишком громко, пытаясь заглушить подступающую тревогу.
Пит стоял у трапа центрального флагмана, небрежно заложив руки в карманы. Костюм сидел на нем безупречно: ни единой лишней складки, никакой скованности в движениях. Облачение казалось его второй кожей.
Китнисс подошла первой. Она замерла в паре шагов и долго, не отрываясь, всматривалась в его новый облик. Ее взгляд медленно скользнул от оксфордов к узкому узлу галстука и, наконец, замер на его лице.
— Ты… — она тщетно пыталась подобрать верное слово. — Ты выглядишь…
— Как наемный убийца в непомерно дорогом костюме? — с легкой иронией подсказал он.
— Самим собой, — едва слышно произнесла она. — Наконец-то.
Джоанна, подошедшая следом, издала тихий, одобрительный свист.
— Черт возьми, пирожочек. Знай я раньше, как ты умеешь носить «тройку», запрыгнула бы на тебя еще месяц назад.
Пит едва заметно усмехнулся углом рта.
— Месяц назад я бы сам не признал в зеркале это отражение.
— Ну, теперь-то признаешь. — Джоанна обошла его кругом, оценивая крой и посадку. — Знаешь что? Мне по душе этот стиль, я еще на Квартальной бойне на него заглядывалась. Смерть обязана быть элегантной.
Китнисс наблюдала за ними, и в ее глазах промелькнуло нечто новое. Это не было ревностью — скорее, глубокое и окончательное принятие.
Из нутра ховеркрафта донесся резкий голос Гейла:
— Время! Всем на борт!
Началась финальная погрузка. Пит шагнул к рампе, Китнисс последовала за ним, Джоанна шла плечом к плечу. У самого входа Пит на мгновение замер и обернулся. Две женщины, две опоры стояли по обе стороны от него.
Джоанна протянула руку и коснулась его ладони. Секундный контакт, короткий импульс тепла. Китнисс перехватила его другую руку, крепко переплетя пальцы со своими.
Трое людей. Сцепленные руки. Никаких слов не потребовалось — тишина в этот момент была красноречивее любых клятв.
Они поднялись на борт.
***
Ховеркрафт шел на бреющем полете, едва не задевая верхушки деревьев и прячась под рваными клочьями облаков. Благодаря операции «Наблюдение» радары Капитолия были мертвы, но в этой войне осторожность была единственным залогом долголетия.
Пит устроился у самого люка. Он методично проверял оружие: резкий щелчок затвора, патрон в патроннике. Раз, другой — движения доведены до автоматизма, руки помнили каждую деталь, каждое усилие.
Напротив сидела Китнисс. Она с тихим звоном натягивала тетиву, проверяла оперение стрел, перебирая их в колчане: обычные, зажигательные, детонационные. Всё строго по списку, всё готово к бою.
Джоанна точила топор. Оселок скользил по стали медленно, ритмично, и этот сухой звук действовал почти гипнотически, перекрывая гул турбин.
К ним подошел Гейл, сжимая в руке активированный голопроектор.
— Наша цель — генератор щита «Врата-7», — он указал на мерцающую точку на окраине Капитолия. — Он удерживает северо-западный сектор. Пока купол активен, основные силы Тринадцатого заперты снаружи. Объект представляет собой укрепленный бункер. Бетон, броня и двенадцать бойцов «Щита» — элита из элит.
— Были попытки взять его в лоб? — спросил Пит, не поднимая глаз.
— Три диверсионных группы, — Гейл помрачнел. — Сорок погибших. Подходы полностью открыты, простреливаются насквозь. Каждый, кто пытался подойти на дистанцию броска… Он умолк. Продолжать не имело смысла.
— И каков наш сценарий? — Джоанна даже не взглянула на него, продолжая править лезвие.
— Вся надежда на вас, — Гейл обвел взглядом их троих. —Выводите из строя генератор — купол падает — заходят основные силы. Как только захватите плацдарм, остальное станет лишь делом техники.
— «Делом техники», — Джоанна едва заметно оскалилась. — Обожаю, когда стратеги изъясняются столь лаконично.
Пит вгляделся в мерцающую схему. Бетонный склеп. Зона смерти. Шквальный огонь. Сорок жизней, оборвавшихся за три попытки. Что ж. Значит, враг достоин уважения. Значит, эта задача как раз для них.
— Мы сделаем это, — произнес он. В его голосе не было бахвальства — лишь холодная, свинцовая уверенность. Гейл коротко кивнул и направился в кабину пилотов.
Китнисс пристально посмотрела на Пита:
— Ты действительно в этом уверен?
— Нет, — отозвался он с пугающей честностью. — Но разве это что-то меняет?
Ей нечего было возразить.
Джоанна коротко хохотнула:
— Вот за это я тебя и ценю, Пирожочек. За умение выложить правду в самый неподходящий момент.
В наушнике Пита раздался сухой треск, и голос Боггса скомандовал:
— Всем группам — готовность номер один. До высадки девяносто секунд.
Пит поднялся. Последняя проверка: кобуры, ножи, гаррота. Всё на своих местах. Китнисс привычным жестом поправила колчан и перекинула лук через плечо. Джоанна взвесила топор в руке, и на её лице заиграла острая, хищная улыбка.
— Пора поработать.
Ховеркрафт пошел на снижение, земля стремительно неслась навстречу. Впереди был Капитолий. Точка невозврата осталась далеко позади.
***
Высадка. Северо-западный сектор.
Ховеркрафт на мгновение замер над безлюдным пустырем. Тяжелая рампа опустилась, и внутрь ворвался резкий ветер — холодный, пропитанный едким запахом гари и бетонной пыли. Пит спрыгнул первым, приземлившись мягко и бесшумно. Руки замерли у кобур, взгляд мгновенно окинул окрестности.
Вокруг простирались руины. В утренней дымке на горизонте вырисовывался силуэт Капитолия — он казался величественным и почти прекрасным, если только не знать, какая бездна скрывается за этим фасадом. Китнисс приземлилась
