личной унии являлся английский король Георг, был в настоящее время спорным. Но я считал этот остров своим, поэтому велел установить большой флагшток с флагом империи и приехал на следующий день на остров первым, как и подобает хозяину.
Не успели мы с бароном Армфельтом, которого я взял с собой на встречу, немного прогуляться по острову, как Кнут, который командовал подразделением охраны, доложил, что от английских кораблей в сторону острова направляются две шлюпки, а значит все идет по плану. После этого мы с Густавом прошли в шатер и стали спокойно дожидался прибытия гостей, потягивая ароматный цейлонский чай, небольшую контрабандную партию которого подогнал мне недавно Мойша.
Минут через сорок полог, закрывающий вход в шатер со стороны англичан, приподнялся и внутрь на мгновение заглянула голова, удостоверившаяся, что внутри нас двое, а следом вошли два человека и барон Армфельт, знавший короля в лицо, условленным сигналом дал мне понять, что первый из вошедших король Англии Георг Третий. Оба вошедших в шатер мужчин типичной английской наружности (что меня удивило в монархе, ведь он точно не коренной англичанин)были почти с меня ростом, король выглядел моим ровесником, а его сопровождающий немного постарше –лет сорока с копейками.
Мы встали и я, широко улыбнувшись, обратился к Георгу:
– Приветствую тебя мой царственный брат. Прошу, – показал я гостям на кресла и присев сам, продолжил, – может быть по чашечке цейлонского чая, а то сегодня на море свежо?
Георг на мгновение задумался, но посмотрев, как я непринужденно наливаю себе чашку чая, согласился:
– И я приветствую тебя император Иван. От чая не откажусь, если он действительно цейлонский. С бароном Армфельтом я встречался, а меня сопровождает лорд Норт, второй граф Гилфорт, глава кабинета министров. Наслышан о твоих свершениях брат, которые в пересказе звучат, как саги о древних викингах, и, честно признаюсь, давно хотел познакомиться. А эта великолепная задумка с белым шатром и большими буквами G и I на крыше, только усилила это желание!
Что ж, начало встречи определенно задалось, можно считать, что контакт налажен, подумал я. Густав подал гостям чай, а я, дождавшись когда они оценят букет напитка, начал разговор:
– Благодарю. Рад, что наши желания встретиться совпали и мы смогли их реализовать. А мои прошлогодние дела, это всего лишь восстановление исторической справедливости и объединение трех корон братских народов под одним началом!
Георг покачал головой в знак согласия и поинтересовался:
– Теперь, когда датские проливы под рукой одного монарха, надеюсь для прохода английских торговых судов ничего не изменится?
– Конечно брат, беспокоиться не о чем, – заверил я его, подумав про себя, что скоро сделаю Балтийское море своим внутренним и тогда это будет уже совершенно другой разговор, – хочу спросить, как ты оцениваешь вероятность очередной войны этим летом между русскими и турками, в союзе с австрийцами и французами?
– Мы считаем, что война обязательно будет, – пристально посмотрел на меня король и показал свою информированность, – единственным неизвестным в этой комбинации выступает Скандинавская империя. Ведь, насколько мне известно, король Густав заключил сделку с Парижем для того, чтобы взять реванш у русских за проигранную Карлом Двенадцатым войну. А что будет делать в этой ситуации император Иван?
– Да, ходили такие слухи. Но, к сожалению король Густав не успел мне ничего рассказать, – врубил я дурака, – но одно я могу гарантировать точно. Что бы не происходило ранее, я буду действовать только по собственному усмотрению. В этом как-раз и состоит суть моего предложения. Я хочу прищемить французам их длинный нос!
Король переглянулся с премьер-министром и снова посмотрел на меня ожидая продолжения.
– Все просто господа, воевать с русскими на моем месте бессмысленно, потенциалы империй просто несравнимы, а их огромные просторы переварят любую армию в мире, а вот с французами, с вашей помощью, можно потягаться. Я тоже хочу откусить кусочек от остатков французского пирога в Новом Свете, а вам, в свою очередь, будет выгодно ослабление военно-морской мощи Франции, которую они успели восстановить со времен Семилетней войны!
– Что ж, в целом, предложение заманчивое, – задумчиво проговорил Георг, – но окончательное решение будет зависеть от конкретного плана действий. Не думаю, что королевский флот готов сейчас к крупномасштабной войне в Европе, слишком много сил задействовано в Новом Свете!
Другого от англичан и не следовало ожидать, усмехнулся я про себя. Как говорится, старые песни о главном. Мы конечно морально вместе с вами, но вы давайте повоюйте пока в одного, а мы потом сливки снимем и не важно кто в итоге победит в этом замесе.
– Ну что ты брат, ни о какой крупномасштабной войне в Европе речи не идет, – развел я руками, – так, небольшое недоразумение, можно сказать. Например, королевский флот на пару месяцев летом заблокирует французские базы в Бресте и Шербуре под предлогом того, что в этих районах проводятся большие маневры флота с боевой стрельбой и никто не гарантирует безопасность судоходства. Или выставите претензии французским морякам, будто их корабли мешают вашим рыбакам во время массовой заготовки селедки в Ла-Манше. Можете придумать свою версию, чем чудовищнее ложь, тем охотнее в нее поверят. Главное чтобы французы сидели на месте, а в августе вы спокойно уйдете к себе на базы и больше никаких хлопот!
– А что будешь делать ты брат и в чем моя выгода от этого предприятия? – озадачился англичанин.
– Я в это время по видом берберских пиратов атакую французскую базу в Тулоне и уничтожу там их средиземноморский флот. Весь риск на мне, но если все пойдет по плану, то трети флота французы лишатся, а значит не смогут эффективно защищать свои последние владения в Карибском море. Это будет твой приз брат!
– Тогда я не пойму в чем твоя выгода. Ты ведь собирался откусить кусочек французского пирога в Новом Свете, а теперь отдаешь все Карибы мне. В чем подвох? – заерзал Георг.
– Никакого подвоха нет. Тропические острова красиво выглядят, но их климат не подходит для моих людей, выросших на севере, болезни и всякие ядовитые гады убьют их. Я хочу остров Ньюфаундленд, который открыли для себя викинги еще в двенадцатом веке! – теперь уже я пристально посмотрел на англичанина.
Опять переглянувшись с лордом Нортом, Георг заговорил:
– Ньюфаундленд большая земля, а воды вокруг него богаты рыбой. Если мы согласимся на передачу, то английские рыбаки должны сохранить право на промысел в этих водах и еще, если в североамериканских колониях возникнет бунт, ты направишь туда экспедиционный корпус на помощь моей армии. Это ведь будет и в твоих интересах брат!
