в пустоту.
Китнисс рванулась навстречу, отчаянно пытаясь перехватить, удержать ее в падении. Пальцы скользнули по грубой ткани комбинезона, ставшей скользкой и мокрой — едкий состав уже прожег одежду, вгрызаясь в живую кожу. Удержать не удалось.
Данна рухнула. Пять метров полета закончились на бетонном полу грота тяжелым, влажным, противоестественным звуком.
Когда Китнисс спустилась к ней, девушка еще дышала — хрипло и надсадно. Кислота завершила свою страшную работу: лица больше не было. На месте глаз зияли пустоты, губы превратились в бесформенное месиво.
— К-Кит... — из горла вырвался булькающий хрип. Кровь, перемешанная с едким химикатом, пенилась на том, что когда-то было ртом.
— Я здесь, — Китнисс осторожно коснулась ее ладони — точнее, того, что от нее осталось. — Я здесь, Данна.
— Б-больно...
— Я знаю.
— Не хочу... не хочу так...
Китнисс подняла взгляд. Джоанна смотрела сверху вниз с каменным, непроницаемым лицом. Лин в ужасе отвернулась. Коул стоял, зажмурившись, и его губы беззвучно шептали слова молитвы.
Пит уже спускался — стремительно, уверенно. Спустя секунды он был рядом. Он молча посмотрел на Данну, на то, что от нее осталось, и в его взгляде читалось тяжелое понимание неизбежного.
— Пожалуйста... — прошептала она. Или попыталась прошептать — слова захлебывались в хрипе и пугающем бульканье. — По... жа...
Пит опустился на колени рядом с ней. Он взял ее уцелевшую руку — мягко, с бесконечной осторожностью.
— Просто слушай мой голос, — его свободная рука плавно скользнула к рукояти ножа. — Скоро все закончится. Боль отступит. Ты отлично справилась, Данна. По-настоящему храбро.
Она судорожно всхлипнула. Или, по крайней мере, попыталась это сделать.
— М-мама... она...
— Твоя мать узнает, что ты была героем. Что благодаря тебе спасены тысячи жизней. Что ты не отступила ни на шаг.
— Правда?..
— Клянусь.
Лезвие вошло под ребра. Быстро. Милосердно. Точно.
Данна в последний раз дернулась, выдохнула и замерла навсегда.
Наступила тишина.
Китнисс отрешенно смотрела на тело. На девочку из Тринадцатого дистрикта, которая до сегодняшнего утра никогда не видела солнца. Которая дрожала от ужаса, но все равно продолжала идти вперед. Девочку, которая больше не сделает ни шага.
— Жетон, — донесся сверху пустой, лишенный эмоций голос Коула. — Заберите ее жетон. Я... я доставлю их домой. Обоих. Когда все закончится.
Пит снял с шеи Данны тонкую цепочку. Металлическая пластина с выбитым именем и номером перекочевала в его карман. Он поднялся на ноги.
— Уходим, — коротко бросил он.
Китнисс встала, не чувствуя собственных ног. Руки казались чужими, непослушными. Ожог от кислоты на щеке — крошечный, размером с ноготь — нещадно пек. Завтра он затянется, все пройдет. Но для Данны все уже было кончено.
Они продолжили подъем в гнетущем молчании, двигаясь механически, словно марионетки. Миновав пролом в своде, группа выбралась на самый гребень завала. В глаза ударило солнце — ослепительно яркое и пугающе равнодушное к их потере.
До цели оставалось всего сто метров. И они пошли дальше.
***
Центр развлечений «Эйфория» когда-то слыл подлинной жемчужиной квартала. Трехэтажный фасад из стекла и хрома сиял голографическими вывесками, сулившими «незабываемые ощущения» и «погружение в мечту». Теперь же былое величие обратилось в прах: стекло выбито, хром почернел от копоти, а яркие огни рекламы навсегда погасли. Однако здание по-прежнему возвышалось над руинами, и в его глубине теплился свет.
Пит лежал на крыше соседнего строения, методично изучая подступы через окуляр монокуляра. Китнисс притаилась рядом, Джоанна замерла чуть поодаль, контролируя тыл. Лин и Коул укрылись внизу, в густой тени полуразрушенной стены.
— Два входа, — произнес Пит, не отрывая взгляда от цели. — Парадный наглухо заварен изнутри, на рамах отчетливо видны следы сварки. Служебный — справа, под охраной. Двое караулят снаружи, и как минимум еще двое затаились за дверью.
— Что с окнами? — деловито спросила Китнисс.
— Первый этаж превращен в дот, оконные проемы заложены мешками с песком. Второй — укреплен частично. Третий этаж пуст, но окна там разбиты.
— А крыша?
— Люк имеется. Но чтобы добраться до него, придется миновать открытый карниз соседнего здания. Это пространство просматривается изнутри как на ладони.
Джоанна коротко хмыкнула:
— Значит, ни одного вменяемого пути. Какой поразительный сюрприз.
— Есть еще один вариант, — Пит наконец опустил монокуляр. — Вентиляция. Здание старой постройки, сеть воздуховодов здесь достаточно широкая, рассчитанная на мощные промышленные кондиционеры. Выход расположен на втором этаже, в техническом блоке.
— И что нас там ждет?
— Трудно сказать. Но пультовая находится на первом уровне, в бывшем серверном зале. Если проникнуть через вентиляцию, появится шанс обойти основные силы охраны.
Китнисс окинула здание пристальным взглядом. Три этажа. Не менее двух десятков охранников. Единственный доступный вход — под прицелом.
— Сколько их там всего?
— Лин зафиксировала двадцать три тепловые сигнатуры. Цифра примерная — оборудование сильно фонит, точность оставляет желать лучшего.
— Двадцать три против пятерых, — подытожила Джоанна. — Великолепный расклад.
— Не пятерых, — Пит убрал монокуляр в подсумок. — Я пойду один.
Наступила тишина. Китнисс медленно повернулась к нему, не веря своим ушам:
— Что ты сказал?
— Вентиляционный канал слишком узкий, — пояснил Пит. — Один проскользнет незаметно, двое — уже неоправданный риск, а пятеро — это провал.
— И ты всерьез намерен выйти в одиночку против двадцати трех бойцов?
— Не совсем в одиночку, — Пит продолжал изучать здание, избегая ее взгляда. — Джоанна обеспечит отвлекающий маневр. Шум у служебного входа, короткая перестрелка, возможно, граната — это заставит их стянуть силы к периметру. Ты займешь снайперскую позицию на той крыше: твоя задача — прикрывать Джоанну и снимать каждого, кто высунется наружу. Лин и Коул останутся в резерве. Как только я захвачу пульт, мне понадобятся навыки Лин, чтобы окончательно взломать систему.
— А если... если тебе не удастся?
Пит наконец посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд был пугающе спокойным и холодным.
— Тогда отходите. Связывайтесь с Боггсом, докладывайте обстановку. Будете пробовать снова — с подкреплением и новым планом.
— Без тебя?
— Если обстоятельства того потребуют — да.
Китнисс рвалась возразить, выкрикнуть, что это чистое безумие. Что двадцать три вооруженных профессионала — это не двенадцать вчерашних противников, и даже его запредельных навыков может не хватить. Но, глядя на него, она осеклась. Перед ней был человек, который уже провел все расчеты в уме. Тот, кто
