футбольном поле бегали парни и лупили по мячу, крича, чтобы им пасанули. Мы вышли за ворота и направились к Рязанскому проспекту.
Оля рассказывала, что сегодня один гимнаст вывихнул руку, а хоккеист на траве получил клюшкой по затылку. Легкое сотрясение, потеря сознания, травма в пределах нормы. Все герои отправились по домам с перебинтованными конечностями. У нее тоже сегодня выдался насыщенный денек.
— Ну, ты доволен? — спросила потом девушка, поглядев на меня. — Своим выступлением? Добился того, что хотел? Теперь тебя позовут на районные соревнования? Когда они состоятся, кстати?
Я задумчиво кивнул. Тоже потер зудящую руку, которую мне сегодня хорошенько пытались вывернуть в одной из схваток.
Мы вышли на небольшой бульварчик, высаженный благоухающими рябинами и липами.
— Соревнования будут через месяц. Районные. У нас была негласная договоренность с тренером, что он возьмет меня туда, если я выиграю все схватки. Я со своей стороны все сделал. Посмотрим, как он теперь сдержит свое слово. Хотя, тут не все от него зависит. У меня даже разряда еще нет, могут не допустить.
Оля помолчала, глядя под ноги. Проходя мимо липы, коснулась листьев. Мы прошли бульвар и очутились на другой улице, побольше, а тут уже рукой подать до Рязанского, откуда уже доносился непрерывный гул проезжающих машин.
— Да не, Олег Степанович пробивной мужик, — сказала Оля и закинула упавшую лямку сумочки на плечо. — Если захочет, то протащит тебя. Не переживай.
Ага, вопрос только в том, захочет ли. Что-то мне его фаворитизм не очень понравился. Ладно, если что попробую действовать через дядю Федю, тот вроде лояльный ко мне.
Мы выбрались на проспект, прошли квартал и обосновались в блинной, где, несмотря на вечерний час, совсем не было народу. Оля тоже еще не ужинала, поэтому я взял две порции пельменей за тридцать копеек и сметаной с маслом за дополнительные четыре копейки.
Еще я взял салат из свежих овощей и яйца с майонезом. Запивали прохладным лимонадом. Товарищеская встреча прошла и я теперь мог питаться без ограничений. Тем более, что мое участие в районном турнире еще под большим вопросом.
Столики тут высокие, без стульев, внизу под столешницей полки, куда мы поставили сумки. На десерт я взял мороженое.
— Куда пойдем? — спросила Оля. — Может, в театр? У Таньки тетя работает во МХАТе, помнишь, я говорила? Она может достать контрамарки. Давай сходим, Витя, как культурные люди, а то все по кафешкам и киношкам.
В первый раз вижу девушку, которая приглашает в театр. Впрочем, нет, в прошлой жизни тоже были такие. Правда, если мы поедем сегодня, то прощай встреча с друзьями на Садках.
— Я не против, — ответил я и увидел, как просияла девушка. — Только давай сначала созвонимся с ней, выясним, на месте ли она, чтобы не ездить просто так. Путь не близкий. И потом, для театра мне надо зайти домой и переодеться.
Но Оля уже нацелилась на театр, как самонаводящаяся ракета. Она энергично кивнула и быстро доела мороженое.
— Конечно, конечно. Пойдем к тебе, ты оставишь вещи и переоденешься, а я позвоню Таньке. У тебя родители еще не приехали с работы?
Я покачал головой и прикинул время. До приезда семьи с работы еще осталось часа два. Я еще не знакомил Олю с родителями, у меня даже мысли такой не было, так что, желательно, чтобы мои предки ее не видели. Даша тоже еще должна быть на работе.
Поэтому да, можно ненадолго забежать домой и позвонить Тане. Мы быстро закончили ужин и вышли из блинной.
Доехали до моего дома на автобусе, маршрут номер триста шестьдесят. Зашли в подъезд, миновав неизменных старушек у подъезда, с которыми я вежливо поздоровался. Бабки бдительно осмотрели Олю и таинственно зашептались между собой.
Мы поднялись на третий этаж, я достал ключи и открыл дверь. Оля даже не стала задерживаться на пороге, зашла вслед со мной, без каких-либо задних мыслей. Для нынешних девушек вообще нет проблем зайти в квартиру с парнем, они даже представить не могут, что это их скомпрометирует.
— Я пока позвоню Таньке, — Оля подошла к телефону в прихожей, присела рядом на тумбу шкафа и начала набирать номер, крутя пальчиками диск. — А ты переодевайся. Ой, у вас есть кошечка! Какая милая, иди ко мне, кис-кис.
Вообще-то, я хотел не только переодеться, но и принять душ. Пока я находился в своей комнате и рылся в шкафе, Таня дозвонилась до Таньки и поздоровалась с матерью подруги. Позвала ее к телефону и подождала, когда та подойдет.
Я взял одежду и отправился в ванную, справедливо полагая, что теперь Оля будет болтать с подругой еще полчаса, как минимум. Мне хватит этого времени с лихвой, чтобы привести себя в порядок.
Через четверть часа я вышел из ванной, переодетый в синие спортивные штаны и красную футболку. Влажное полотенце висело на шее. Возле телефона никого нет, только Маркиза мяукнула, стоя возле дверного косяка у кухни и потерлась о него пушистой серой головой. Куда девалась Оля?
Я обнаружил девушку в своей комнате, стоящую возле окна со сложенными руками. Она задумчиво трогала листочки фикусов на моем подоконнике, которые мама регулярно поливала.
— Ну, как дела? — я еще раз вытер голову и уши полотенцем и взял сумку, чтобы отнести вещи на балкон, высушить на бельевой веревке. — Что сказала Таня? Кстати, может, я бы взял друга, а ты ее и мы пошли бы в театр вчетвером? Только это не сегодня, конечно же.
Оля пожала плечами и обернулась ко мне.
— Она попросила перезвонить минут через десять. Сейчас постарается дозвониться до тетки. А у тебя тут уютненько. Это твоя комната?
Я кивнул, подошел ближе, обнял девушку и поцеловал. Раз уж у нас есть немного времени, то почему бы не провести его с пользой? Тем более, я заметил, что Оля слегка подкрасила губки помадой и они теперь блестели на свету.
Девушка спокойно ответила на поцелуй и мы стояли у окна. Целовались еще минут пять. Сначала я ощутил помаду на губах девушки, потом мне уже все равно.
Я обнял Олю за талию, тут же привычно приподнял и понес на кровать. Она даже не сопротивлялась, потому что не сразу поняла, куда я ее тащу. Чуть откинула голову назад, а я продолжал ее целовать и девушка полулежала на моих руках с закрытыми глазами, наслаждаясь моментом.
Когда ощутила под
