class="p1">Врага остановили под Караклисом и Беш-Апараном — а в Сардарапатском сражение армяне наголову разбили турок! Также провалом обернулась и попытка осман наступать на Ереван — перерезая железнодорожное сообщение на линии Сардарапат-Джульфа.
И вроде бы поражение турок в Первой Мировой дало армянам не только передышку, но и возможность «расшириться» на запад до границ 1914-го года… Но уже вспыхнула война с Азербайджаном, коий поддержали англичане — а в Турции совершил переворот Мустафа Кемаль Ататюрк, саботировавший капитуляцию «младотурок». Все это вылилось в очередной рывок осман на Кавказ — и очередное поражение армянских войск, не сумевших остановить в Западной Армении практически вдвое превосходящую их армию врага…
Черной страницей нашей истории является тот факт, что большевики во главе с Лениным тогда оказывали помощь именно туркам-кемалистам — оружием, патронами, снарядами! И, наконец, золотом в слитках… В те самые годы, когда в Поволжье вспыхнул свирепый голод, доведший отчаявшихся людей до каннибализма.
Нет, преследуя какие-то совершенные сиюминутные цели, «товарищи» выстрелили себе в ногу — СССР едва ли не первыми признали новое турецкое государство во главе с Кемалем… На что Ататюрк «отблагодарил» большевиков ликвидацией турецкой коммунистической партии. А в годы Второй Мировой турки сосредоточили на границе с СССР семьсот пятьдесят тысяч солдат и офицеров — готовые пустить в ход против русских и то вооружение, что было передано кемалистам в двадцатые годы… И танки с броневиками, купленными турками уже в 30-х.
Считается, что османы ждали момента падения Сталинграда вместе с японцами. В те тяжелые дни жестокой осени 42-го пантюркисты вовсю грезили возрождением «Великого Турана»! Включая и Азербайджан, и Грузию, и Северный Кавказ, и Среднеазиатские республики — а также Крым, Татарстан, Поволжье… Но защитники Сталинграда всему миру продемонстрировали, что русских нельзя недооценивать — и каждый, кто придет на их землю, обильно умоется кровью.
А едва стоило ветру перемениться, и немцев погнали от Сталинграда и с Кавказа, как и турки тотчас забыли про свои обязательства перед фюрером…
Иосиф Виссарионович, кстати, уже после войны припомнил османам их подлость — предложив «пересмотреть» границы той же Армении и Грузии, и вернуться к южным рубежам империи Российской. Ох, как здорово тогда турки обоссались от страха… Но уже начиналась Холодная война, американцы вовсю грозились ядерным оружием и строили планы ядерных бомбардировок СССР, вспыхнули бои в Корее — где советские летчики пачками сбивали американцев! И турки мгновенно спрятались под крылом нового покровителя и хозяина — НАТО.
Отметив вступление в альянс «учениями» танкистов — в ходе которых османы расстреливали руины древних армянских церквей на «западной» стороне, на глазах советских погранцов…
Соответственно, в 1961-м — через 39 лет после того, как большевики поддержали кемалистов оружием и деньгами, первыми признав новое турецкое государство — американцы развернули в Турции баллистические ракеты средней дальности «Юпитер». Ракеты с ядерной начинкой — и развернули их для возможного удара по СССР… Впрочем, «восточная» политика Ленина (включая и национальную) была провальна во всем — чему мы стали свидетелями и во время развала СССР («парад» республик), и после его падения. Когда на Кавказе и в средней Азии началось истребление или же изгнание русского населения… Как, например, во время гражданской войны в Таджикистане — или в годы армяно-азербайджанского конфликта в Карабахе.
И нет, в общем-то, ничего необычного в том, что армяне сейчас воспринимают грядущую войну с турками, как войну за освобождение Родины… Они видят в ней своего рода «крестовый поход» за именно армянские святыни. И советское руководство в лице уполномоченного Государственного комитеты обороны Лаврентия Павловича Берии максимально поддерживает эти настроения в прессе, в печати патриотических книг, в обращениях к армянам на всевозможных собраниях… Нарком добился также того, чтобы некоторые древние монастыри и храмы вновь открылись — и армянские священники благословляли воинов на брань в приграничном монастыре Хор Вирап.
В том самом монастыре, что построили над темницей Григория Просветителя… Жаль только, что в самой России таким «поблажкам» для верующих пока не дают добро.
— Ну что, Петр Семенович, турки промолчали. Вполне ожидаемо…
Ко мне подошел сам Берия — собранный и подтянутый, по случаю облаченный в форму комиссара государственной безопасности первого ранга. В Батуми-то нарком встречал меня по гражданке… А теперь нарком прибыл на КП передовой дивизии, размещенной у границы.
И вот от последних слов Лаврентия Павловича у меня невольно заколотилось сердце в груди. Ведь к моменту, когда завершались мероприятия по развертыванию войск в районе приграничного Октемберяна (древнего Армавира, первой столицы Армянского царства!), СССР выдвинул Турции ультиматум из трех пунктов… Первый — остановить мобилизационные мероприятия и отвести войска от границы с АССР на сто пятьдесят километров. Второй — объявить о нейтралитете на время боевых действий между СССР с одной стороны, а также Британии, Франции и Германии с другой. Третий — взять на себя обязательства по соблюдению доктрины Монтрё и закрыть проливы для военных судов Англии и Франции.
На принятие решения туркам отводилось всего 24 часа — и в случае отказа, либо просто молчания противной стороны, «верховный» наделил штаб Кавказского фронте правом начать боевые действия…
— Что командарм?
— А командарм передает приказ вашей дивизии, товарищ Фотченков, переходить в наступление… Вперед.
Все. Сердце пропустило удар… Все-таки теплилась у меня робкая надежда, что турки струхнут и сдадут назад! Но нет, ультиматум спустить на тормозах не получилось — а выполнить его условия не позволили европейские «союзники»… Хотя вернее будет озвучить привычный британскому уху термин «сахибы».
Тяжело выдохнув — и вновь набрав воздух полной грудью, я обратился к начштаба, также находящемуся на командном пункте дивизии:
— Василий Павлович, вы все слышали… Тяжелому дивизиону — огонь.
Новый гаубичный дивизион укомплектован как старыми гаубицами калибра 122 миллиметра, так и самыми современными М-30 (калибр тот же, по одной батарее обеих пушек). Сверх того, в него щедрой рукой наркома добавили батарею тяжелых МЛ-20 калибра 152 миллиметра! Так вот, гаубичный дивизион ударил с чудовищной мощью… И грохот, вспышки выстрелов внезапно для меня прорезали ночную тьму — хотя я и ждал начала артподготовки.
Майор Панин, Михаил Павлович, за бои в Румынии повышенный в звании и награжденный орденом «Красной Звезды», заранее рассчитал прицелы по координатам турецкой военной базы в Ыгдыре. Артиллерист из «бывших», умелый наводчик и командир, он добился того, что батареи открыли огонь дружным залпом… И вот уже где-то в глубине турецких позиций, за пограничным Араксом послышались гулкие разрывы тяжелых снарядов.
Одновременно с тем за рекой вдруг заплясали светлячки трассеров, режущих тьму вдоль западного берега
