Величество, Царь ждёт вас у себя.
Я коротко прощаюсь с Гашеном и направляюсь в кабинет Государя.
Царь Борис сидит за своим столом, заваленным бумагами. Эх, тяжела участь Государя Российского. Неужели и это меня ждёт? Невольно передёргиваю плечами. Хм, мне надо больше жён — причём умных, как Лена. Пускай они бумажной волокитой занимаются.
Борис поднимает голову, улыбается тепло, широко:
— Ваше Величество Данила! — произносит с ухмылкой. — Чего встал, как не родной? Садись, садись.
— Ваше Величество, — отвечаю, входя. — Рад вас видеть.
Царь хитро как-то улыбается:
— Знаешь, ко мне тут захаживал посол Цезаря. Догадываешься о чем он говорил?
— Ага, — хмыкаю.
— У тебя, Данила, действительно колоссальный ресурс, — продолжает он. — Все правители поглядывают на твоих альвийских девушек и облизываются. А леди Гюрза вообще ходячая реклама.
— Леди Гюрза — дроу, а не альва, — поправляю. — Но я вас понял.
Он отмахивается, как будто разница между альвами и дроу — не больше, чем между сортами вина.
— Что с транспортным порталом?
— Скоро будет открыт. Срока точного пока не скажу — подготовка ещё продолжается.
— Ну ладно… — хмыкает Царь, но дальше говорить не успевает: в дверь стучат, затем в комнату заходит спешным шагом Красный Влад.
— Ваше Величество, прости за вторжение, — кланяется он Царю, на что тот небрежно отмахивается пальцами: мол, продолжай уже. — Только что доложила Царская разведка. Поимка прусака Паскевича должна была состояться через неделю, но всё сдвинулось. Операция начнётся уже сегодня ночью через пять часов. Данила, ты должен немедленно вылетать в Пруссию. Билет куплен. Если хочешь поучаствовать — времени в обрез.
— Хочу, Владислав Владимирович, — киваю. — А билет зачем? У меня есть самолет…
— Никаких самолетов, Данила. Ты летишь под прикрытием, — заявляет начальник Охранки. — Подробнее тебе уже доложат в машине. Фургон у крыльца.
Ну делать нечего. По дороге к своим в бальный зал не забегаю, но сообщаю по мыслеречи Насте:
— Мне нужно срочно в Берлин.
— В Берлин? — удивляется жена. — Надолго?
— Ага, за ночь, надеюсь, управимся. Проследи за Гюрзой, чтобы к ней никто из наших аристократов не приставал.
— Конечно.
На лестнице вспоминаю об одной детали — и всё-таки зову к себе Камилу. Брюнетка в обольстительном платье появляется почти сразу, мягко ступая по ступеням.
Я вытаскиваю из своей тени гидру и плавно перекидываю её в тень жены. Дополнительная защита благоверной точно не помешает.
Уже в фургоне, по пути в аэропорт, мужчина с солдатской выправкой протягивает мне досье.
— Ознакомьтесь с вашей легендой. Выучите от корки до корки. За полчаса справитесь?
— Уже справился, — пролистав папку, отдаю назад.
— Хм, и как вас зовут? — разведчик почесал затылок. — Зачем летите в Пруссию?
— Росов Константин Константинович, археолог, очень приятно, — протягиваю рука для рукопожатия. — Лечу на Археологический семинар в Бреслау. Там я буду обсуждать свою культовую работу о поворотах шеи у тираннозавров рекс.
— Неплохо, — одобряет разведчик.
— Только описание внешности не соответствует, — замечаю, кивнув на папку. — Борода и кустистые брови явно не про меня.
— Это мы сейчас исправим, Ваше Сиятельство,– мужчина достает из мешка накладные бороды и усы. — Приклеим — станет как родное.
— Этот веник оставьте для другого, — останавливаю «стилиста» из Царской разведки.
Дар физика мне на кой? Сосредотачиваюсь — и подбородок покрывается бородой, брови тоже отрастают.
— На правой щеке — погуще бы… Ага, сойдёт, — критически оглядев меня, кивает разведчик. Затем достаёт новую папку:
— Теперь ознакомьтесь с вашим маршрутом и планом проведения спецоперации. Как только закончите — переоденетесь в одежду Росова, — он кивает на чемодан под сиденьем. — И не забудьте снять обручальное кольцо. Росов — не женат.
Когда фургон приезжает в аэропорт, на рейс в Берлин садится бородатый молодой человек с небольшим чемоданом в руках.
Давненько не летал эконом-классом. В соседнем кресле оказалась словоохотливая старушка, которая с дотошной настойчивостью показывала фотографии всех своих внучек.
Под конец я даже пожалел, что до сих пор не женат.
По прилету меня встречают с табличкой, без лишних слов сажают в фургон. Мы мчимся прочь от столицы и вскоре уже едем по узким, извилистым улицам прусского пригорода, пока не останавливаемся у небольшого отеля.
— Сейчас вы заселитесь в забронированный номер, Росов, — инструктируют меня. — А ровно через час вылезете в окно и, прячась от фонарей, сядете в темно-синий фургон.
— Так точно, — с готовностью киваю.
Необычно ощутить себя в роли царского диверсанта. Необычно и весело.
* * *
Через час темно-синий фургон вместе со мной и еще десятком царских диверсантов
тормозит в квартале плотной застройки, у одной из усадеб. Мы молча переодеваемся в черную немаркированную экипировку, вставляем в уши гарнитуры и натягиваем балаклавы.
Ментальными щупами сканирую обстановку, проверяю расстановку и ищу коллег. По округе раскидано ещё пять фургонов Царской разведки. Всё согласно плану операции.
Дверь открывается, и в фургон запрыгивает полковник Турбин в синей форме электрика.
— Операция начнётся примерно через час, парни. — Разведчик оглядывает меня. — Филин, ты в составе группы поддержки.
— Есть, Турбина, — киваю. Соглашение есть соглашение. Я пообещал слушаться Турбина — значит, слушаюсь.
Вообще интересный позывной у нашего командира. Зовут его Турбином, а позывной — Турбина. Масло масляное, зато не перепутаешь.
Час тянется долго. Иногда Турбина с кем-то перекликается по рации. Я же по мыслеречи предупреждаю Змейку в Молодильном Саде быть в боевой готовности, а то вдруг мне самому пригодится поддержка.
— «Тайфун», выходим! — звучит команда полковника, и штурмовая группа с ним во главе идет на захват усадьбы.
Я остаюсь с тремя парнями из поддержки и сканирую местность.
Совсем рядом стоит усадьба Вильгельма Мерца, бывшего безопасника Паскевича. Над ней артефактный щит пульсирует бледно-сиреневым куполом. Но внезапно он гаснет. Не трескается, не взрывается — именно гаснет.
А полковник Турбин знает своё дело. Сработали хитро. Интересно, что он там использовал.
Но радость короткая.
Спустя секунду внутри усадьбы вспыхивают зелёные заряды — резко, по углам. Я тут же «включаю» нескольких легионеров, чтобы опознали сигнатуры.
Удача улыбается некроманту. Он первым определяет: внутри — некромантские техники.
Тихой молниеносной зачистки не вышло. В усадьбе разгорается хаотичный бой.
Я отслеживаю, как падают пара штурмовиков. Гибнут бойцы Царской разведки.
Всё.
