приматы могут строить столь сложные жилища. Неудивительно, что мы не можем их найти во время охоты. Но сейчас времени разбираться с ним у меня не оставалось.
Прыгая с дерева на дерево, я удовлетворенно отмечал пройденный путь. Оставалось меньше трети, врагов не наблюдалось, и если… нет. Слишком все хорошо идет. Слишком тихо и спокойно. Внезапно поразивший меня приступ паранойи заставил активировать оба глаза и замереть в листве, осматривая округу. Вот только я снова не нашел ничего подозрительного. С десяток хищников, живущих своей жизнью, не в счет, это их дом.
Никакого преследования. Кто-то кого-то жрет. Кто-то спасается бегством. Но никаких признаков разумных, а джунгли не самое безопасное место, тут постоянный круговорот пищевой цепочки. И все же чувство опасности не проходило. На всякий случай я забрался выше и еще раз огляделся. До нужного мне участка стены два километра, если без приключений — доберусь за полчаса. Но по спине бегали холодные мурашки.
Стая пролетавших невдалеке птиц странным образом колыхнулась, будто от сильного ветра, но я не чувствовал никаких порывов. Зато одновременно с этим ощутил едва различимый звон. На таком расстоянии это не сталь, это крик. И тварь, его издавшая, должна быть по-настоящему гигантской. Мне на ум приходили только два существа, способные его издать — громовой шестилап и каменная горгулья. Ни с тем, ни с другим встречаться мне не хотелось. Но, судя по отражению звука, крик доносился со стороны стены, куда я направлялся.
В принципе оставался вариант пойти по широкой дуге, обойти источник звука. Нам же не сказали, в какую именно точку стены нужно добраться? Нет. Так что… Хотя кого я обманываю? Пусть я и не собирался сражаться с чудовищем, но теперь я уверен в собственной скорости, а отметить его местоположение на карте для других отрядов или героев -охотников достаточно важно. К тому же это кратчайший путь.
Собравшись с мыслями, я зацепил трос у верхушки и за десяток перекладок преодолел четверть оставшегося пути. Здесь, ближе к стене, флора и фауна резко менялась. Крупных хищников становилось меньше. Их территория поделена вдоль людских укреплений, а потому более вытянутая и широкая. Вот только по-настоящему крупных, опасных особей я не видел, что крайне странно. Согласно бестиарию, в этой местности должны главенствовать вараны, земноводные и протодраконы. И никого из них я не наблюдал.
В то же время вой становился все ближе, отчетливее, и я наконец сумел опознать инфразвук каменной твари, с которой в прошлый раз не могли справиться даже четверо героев, принимавших сегодня экзамены. Я собирался уже направиться прямо к источнику звука, как увидел просвечивающие через листву контуры Ци. Судя по всему, трое или четверо бойцов оборонялись против одного. Посчитав, что за спрос не бьют, а времени у меня еще вагон, я в несколько прыжков добрался до опушки, на которой происходила схватка, и замер в листве.
Внизу, метрах в десяти от меня, группа студентов пыталась отбиться от натиска моего мастера — Гуанюя. С безбашенной лихостью и явным удовольствием копейщик обрушивал на них град ударов, заставляя уйти в глухую оборону. Щиты трещали, от них отлетали щепки, и бравые будущие воины -защитники едва стояли на ногах, подпирая друг друга.
Две полноценных тройки едва сдерживали героя. Что неудивительно, учитывая его силу и мощь. Когда мастер подался чуть назад, я подумал, что сейчас студенты перейдут в контрнаступление. В конце концов, у них кроме трех щитоносцев были два лучника поддержки и один копейщик. Но они лишь встали плотнее, и в следующую секунду я понял, почему. Развернувшись вокруг своей оси и удерживая тяжелое стальное копье за самый кончик древка, Гуанюй обрушил чудовищный удар на щиты будущих воинов.
Я не поверил своим глазам, но, кажется, их подкинуло в воздух. Всех шестерых одновременно! А ведь ребята не в пример крупнее меня, да еще и в доспехах. Так что меньше четырехсот килограммов в сумме весить никак не могли. Но, в принципе, они держались молодцом, никого даже не ранили. Так что уверен — экзамен они пройдут. Мастер потешится несколько минут и отпустит их дальше, как отпустил меня дварф из Ксу.
— Вал! Выходи, подлый трус! — с ухмылкой крикнул наставник. — Или ты хочешь навсегда остаться тем, кто отказался сразиться с собственным учителем?
— Как вы меня нашли? — спросил я, по-кошачьи мягко спрыгивая с дерева. — Я скрывал свое присутствие, а вы не обладаете техниками Души.
— Зато мои уши никуда не делись. Ты запыхался, и твои доспехи поломаны, — пожал плечами Гуанюй. — Иди сюда и покажи, чему я тебя научил за эти годы. Остальные могут идти. Считайте, что вы победили и я вас пропустил дальше.
— Как прикажете, мастер. Я иду, — соединив глефу, я сделал полукруг, встав на то место, где еще недавно держали оборону бывшие одногруппники. Сдерживать себя в этом бою не имело смысла, но, в отличие от эльфа, Гуанюй тренировал меня и знал большинство тактик и приемов куда лучше. Про силу и скорость даже упоминать бесполезно. Противник уже несколько лет находился на грани ступени владыки, формируя второй контур ядра. Победить его я не мог даже в принципе, а вот достойно сразиться — вполне.
Я активировал летний вихрь, кровавую ярость, армию призраков и око урагана одновременно, в едином прыжке обрушивая на мастера десяток отражений. Он ответил одним взмахом, зато каким! Град из кровавых бусин сорвался с его копья, и хлопки, слившиеся в единое шипение, взорвали пространство, осыпая все тончайшими иглами. Мне пришлось зажмуриться, чтобы не повредить глаза. Я все еще видел Ци через веки, и это единственное, что спасало меня от мгновенного поражения.
Отбив лезвие противника, я сделал кувырок, уходя от града ударов, и снова создал иллюзию своих двойников, отскочивших в разные стороны, сам же вжался в землю. Богатырским ударом Гуанюй развеял большую часть иллюзий, достав до них самым кончиком копья. Сконцентрировавшись на оставшихся образах, я усилил давление техникой Юань-ци, максимально скрывая свое присутствие и затаив дыхание. И это даже сработало, пусть и всего на несколько мгновений.
А мне больше было и не нужно. Брошенные колбы с кровью взорвались, осыпав поляну осколками, и десяток кристаллов, каждый в сотню граммов весом, приземлился на то место, где только что стоял мастер. Последнее движение Гуанюя было настолько быстрым и резким, что даже ветер поднялся. Отследить его я просто не смог. Это уже даже не герой, это существо на
