ошибки. Сейчас княжна Зина узнает это на своем опыте.
В стеклянный аквариум заходит судья. Он захлопывает дверь, в ту же секунду мышцы мужчины вспухают и округляются, натягивая свободную одежду. Перед нами возникает живая оболочка Т-800. Огромный танк из плоти. Вот значит, какой у физиков Мастер. Я в своей накачанной форме буду точно поменьше.
— Бойцы, на позиции! — зычно гаркает судья, и ноги сами бегут его слушаться. — Бой начинается по моей команде. Длится до тех пор, пока кто-то из вас не сдастся либо не упадет без сознания. Я могу в любой момент запретить бой. Запрещено бить в пах, трахею, глаза и сзади по позвоночнику. Всё ясно?
Мы с княжной дружно заверяем эту махину мускул, что еще как ясно. А он продолжает реветь громко как мамонт:
— Это рукопашный спортивный бой одаренных! Разрешается использовать магию, никакого оружия! — У меня от его ора закладывает уши. — Ясно, бойцы?
— Да, — кивает Зина.
— Ага, — соглашаюсь, лишь бы рев Ниагары наконец прекратился.
— Насчет «один» начинаете бой, — судья поднимает пятерню и загибает толстые как канаты пальцы. — Пять, четыре, три, два. Один! В БОЙ!
В ту же секунду я взмахиваю рукой. Вспыхивает синева, и пси-ножичек стреляет в княжну.
Да, официально мне еще недоступно пси-конструкты. Но экзамен на ранг был относительно давно, и за это время я мог заматереть. Пора постепенно раскрывать свою силу, чтоб всякие Паскевичи не лезли.
Ножичек летит ровно секунду, но я успеваю заметить, как округлились глаза Зины. Княжна знала, что столкнется с телепатом, но не настолько продвинутым, конечно. Сюрприз удался.
Впрочем, от первого броска она успевает уклониться, и тут же шлет ответку — россыпь ледяных осколков. Мне приходится упасть на пол и кувырком уйти к дальнему барьеру арены. Там меня ей будет сложнее достать. Чтобы метать ледяные снаряды, нужна сила. А пси-конструкты невесомые и нематериальные. Стрелять ими проще.
Девушка это понимает и делает резкий рывок, пытаясь сократить расстояние между нами. Но я уже вскочил. Взмах руки. И в пышную грудь девушки летит очередной лиловый исверк. В панике Зина пытается заслониться ледяным щитом. Я разочарованно цокаю языком. Эх, глупышка. Конечно, ножик проходит барьер насквозь. Для того чтобы магические барьеры не пропускали пси-конструкты, нужна огромная волевая концентрация. Растерянность и паника этому не способствуют.
— А-а-а-и, — вскрикнув как раненая лань, княжна падает на землю. Словила «фиолетку» прямо в правое достоинство.
Я шустро проверяю щиты противника. Еще стоят. Ставили на славу. Ну, значит, пока поиграем…
О-у-у-у!
Уклон в сторону, и позади бьется об стекло, разлетаясь во все стороны, ледяное копье. Фух, чуть не прибила. Велик соблазн ускорить катабализм в клетках, но удерживаюсь от соблазна. Незачем палиться. Так, конечно, есть вероятность, что очередная снежинка меня свалит с ног. Но овчинка выделки не стоит.
Девушка встает легко и проворно. Она изгибает тонкую талию и чуть припадает к земле, готовая в любой момент отпрыгнуть от очередного конструкта. Медленно приближается, не отрывая от меня взгляда. В одной руке у нее возникает ледяной осколок, другая покрывается твердой белой коркой. Признаю — в чем-то она соображает. Например, не надела доспех. От ледышек на теле всё равно нет толку против града конструктов.
Но я не даю ей действовать. Просто бросаю пси-ножики один за другим. От двух княжна уворачивается, два ловит в бедро и плечо и падает с надрывным стоном. Тут щиты и трескаются, а затем я и разбиваю остатки защиты пси-ударом. Мог бы и раньше снести заслон, но так надежнее для зрителей. Пси-ножики всё равно засвечены.
Итак, щиты сломлены, сознание девушки открыто мне. Что же я делаю?
— Нет-нет-нет, — в ее огромных синих глазах вспыхивает ужас. — Даже не вздум…
Она замолкает на полуслове. Не по своей воле. Ага, паралич. Я приказал злобной красотке застыть на полу. Княжна зависает с распахнутым как у рыбы ртом. Ну а теперь мой «Фаталити». И это….мыслеречь в голову:
«Ты обозвала меня вруном и клеветником. Напрасно обозвала. Имей это в виду, когда снова захочешь оскорбить мою честь».
В ответ девушкины эмоции: паника и животный ужас, а также сумбур в мыслях. Ее глаза — только этой части тела я разрешаю шевелиться — круглые как блюдца. Боится красотка, сильно боится, а зря. Я ж не дурак, чтобы в княжеском доме колупаться в голове княжны. Тем более вредить знатной дочке.
— Прекращайте бой, — приказывает судья. — Щиты сломлены, Зинаида Степановна скована ментальным параличам. Вещий, вы слышали?
— Я убрал паралич, — лениво произношу. — Как только вы сказали.
— Что тогда с княжной? — смотрит Мастер-физик на застывшую Зинку.
— Испугалась, — пожимаю плечами.
— Она не двигается, — рычит судья, поигрывая своими мускульными валами.
Мне хочется закатить глазу. Ну и позёр же. Я этого «Шварценеггера» могу свалить одним ментальным ударом.
— Значит, сильно испугалась, — подхожу к девушке и щелкаю пальцами перед ее носиком.
Она тут же вздрагивает и с писком отшатывается, затравленно глядя на меня снизу вверх.
— Не нравится ощущение беззащитности? — усмехаюсь. — Что ж, в следующий раз будете знать, как вызывать на спарринг телепата.
Зина ничего не отвечает, лишь обнимает себя за плечи и опускает голову. Я же, хмыкнув, выхожу из аквариума и киваю князя.
— Ваше Сиятельство, спасибо за гостеприимство, — произношу без улыбки. — Я больше вам не нужен?
— Ступай, — отмахивается от меня Паскевич и шагает к дочери.
Ну и не больно-то надо. Решив, что деньги отдадут переводом, я спешу выбраться из гостеприимного дома рода Паскевичей.
* * *
— Зина, ты чего расселась? — одергивает князь сидящую на полу дочь. — До сих пор не отошла что ли?
— Папа, он мне щиты напрочь снёс, — княжна сжимает кулаки, пытаясь прийти в себя. — А потом в голову залез и мог со мной делать всё что угодно… Страшное чувство.
— Да, неслабый паренек, — задумчиво отвечает князь. — Диме придется постараться, чтобы убить его в честном бою.
— Убить? — вскидывает голову девушка. — Всё так серьезно?
— Конечно, — хмыкает Паскевич-старший. — Из-за Вещего Дима уже второй раз вывел Морозова из себя. Пора прекращать это непотребство. И никаких десяти спаррингов! Дима убьет парня в первом же! Я постараюсь сделать так, чтобы Морозовы не смогли придраться к поединку. Бой пройдет по обоюдному согласию.
— Папа, а это обязательно? — пищит ошарашенная девушка.
— А ты как считаешь? Вещий уже дважды унизил всех Паскевичей в лице Димы, еще и наш завод к рукам прибрал с подачи Морозова, паршивец, — Степан Алексеевич качает головой. — Нет, парню конец. Слишком многое себе позволил. Заодно сын потренируется в сражении с сильным противником, ему пригодится, — он благодушно смотрит на княжну. — Спасибо, дочь, ты хорошо постаралась. Благодаря тебе мы представляем, на что Вещий способен. Пускай Дима готовится к столкновению с
