прозвучало холодное лезвие. Он метнул быстрый взгляд в сторону остальных лордов, словно предупреждая: семейные дела должны оставаться семейными. — Тебе может приказывать только твой лорд.
Габриэлла поджала пухлую губу, не смея спорить с отцом. Она всегда пыталась ему угодить, да и вообще вся эта затея с подставой Ангела на дуэли и намерение стать первой наследницей возникла именно из-за желания блондинки быть любимицей папы-лорда. А то всегда Ангел урывал огромный кусок отцовской любви. Ну конечно! Он ведь почти Высший Грандмастер, да ещё член Организации! Ангел то, Ангел сё. А ей вот уготовили судьбу тупого инкубатора! Нечестно!
Да только сегодня Габриэлла себя не узнавала. Во-первых, она ударила собственного любимого папочку золотым облаком — пускай чтобы спасти ему жизнь, но ударила! Она доверилась королю Даниле и поступила, как считала нужным, не оглядываясь на ожидания Димиреля. Плен у Филиновых будто заставил её пересмотреть некоторые свои взгляды.
Во-вторых, Габриэлла сейчас возразила отцу — пускай и хватило её только на одну реплику, но возразила, вместо того чтобы броситься просить прощения и обвинить во всём «убедительного Филинова», который подстрекнул её и заставил ударить собственного папочку. Раньше бы златокрылая так бы и поступила и перевела бы гнев отца на короля Данилу. Теперь же её воротит от одной мысли о подобном поведении. Лучше уж доказать, что это действительно было верное решение.
Между тем лорд Димирель зря беспокоился о мнении окружающих. Остальные лорды не обратили внимания на их семейные разбирательства, да и вообще казались потерянными. Они медленно перемещались по развалинам, переступая через обломки колонн и мозаик. Некогда торжественный зал заседаний теперь представлял собой открытую площадку, лишённую крыши, продуваемую всеми ветрами. Повсюду — следы разрушения и потопа, каменные плиты покрыты влагой, в воздухе висел запах озона и плесени.
Филинов устроил невообразимое, и о лорде Трибеле, главном предателе вообще-то, великие лорды думали только во вторую очередь.
— Где король Данила? — наконец заговорил Эрос, напряжённо озираясь, словно в поисках опасности, которая ещё не ушла.
Один из лордов, стоящий ближе к пролому в стене, ответил с мрачной иронией:
— Улетел. И слава богам, что хотя бы здание не развалилось окончательно.
Эрос только скривился, явно не удовлетворённый ответом. Он уже собирался что-то добавить, как заметил приближающегося гвардейца-сканера из своего Дома. Тот подошёл в сопровождении Архила. Брат остановился перед ним и, глядя прямо в глаза, произнёс:
— Городская стража отступила сразу, как стало ясно, что Трибель исчез. Мы схватили часть синекрылых, но часть драпанула прочь.
— Исчез? — Эрос прищурился, голос его стал стальным. — Данила улетел куда-то, но Трибель был здесь. Глушилки не позволили бы ему уйти незамеченным.
— Может, его загрызли твари, которых он сам же и впустил? — предположила Габриэлла, мечтательно улыбнувшись. Этому мерзкому ничтожеству Трибелю она бы и сама с радостью вцепилась в глотку.
— Но остатки тела-то должны были остаться, — заметил Ангел.
Эрос обвёл взглядом завалы и тут же заметил: из-под обломков стола торчала нога. Остатки сандалии, по которой он мгновенно узнал лорда-изменника. Он кивнул на тело гвардейцу-сканеру:
— Он живой?
Гвардеец присел, провёл ладонью над обломками, и через пару секунд раздался сухой доклад:
— Пустой.
— Он мёртв? — хмуро уточнил Эрос, не очень разбираясь в терминологии сканеров.
— Его высосали до дна, — пояснил гвардеец с недоумением. — Пустая оболочка. Энергии совсем не осталось, а ведь даже в мёртвом теле обычно что-то остаётся, пускай и сущие крохи.
— Значит, теневая тварь постаралась, — пожала точёными плечами Габриэлла.
Эрос застыл, закачав крыльями. Лорд вдруг вспомнил биографию Данилы, что предоставила ему разведка. У Филинова родовой Дар Роя, а это подразумевает ограниченный набор ментальных пленников с абсолютно любыми способностями. Мог ли Филинов не просто обесточить Трибеля, но и добавить лорда в свой Рой?
Над развалинами зала снизился Кровавый Рвач. Вихрь воздуха и лёгкое дрожание камней — и на край площадки садится Ганнибал: серокрылый, чернокожий, весь словно вылепленный из самой ночи.
— Уважаемые лорды, — громко и чётко произнёс он, не дожидаясь приглашения. — Король Данила в данный момент огородил Центральный парк Сторожевого города. От имени короля прошу всех лордов воздержаться от посещения этого района.
Эрос вскинул брови:
— Что там?
Ганнибал кивнул на недалёкую зелёную рощицу посреди городских построек:
— Там сейчас все теневые твари, что были смыты из здания Совета.
* * *
Всегда всё нужно планировать. Даже когда импровизируешь. Например, мало смыть всю теневую братию из здания Совета, надо же еще и рассчитать траекторию гидроудара так, чтобы твари не посыпались на головы горожанам. И лучше всего для приземления подошел Центральный парк, что зеленым кубиком устроился неподалеку от штаб-квартиры Совета.
Рвачи и тавры, по моему приказу, создают кордоны и патрули по периметру небольшого лесного массива. Центральный парк — маленький лесок, примыкающий к городским кварталам. Место не совсем безлюдное, но все же это не густо заселенные улицы. И там в самой середине, между деревьями, приземлился гигантский Спрут. А за ним повалились и прочие теневые твари.
Я не медлю — мысленно отдаю приказ капеллану Роме:
— Срочно эвакуировать всех гуляющих из парка.
Он тут же кивает и уходит, перегоняя патрули. Я же сосредотачиваюсь — ловлю ментальными щупами позицию Спрута. Он сидит неподвижно в самом центре парка. Хм, интересно, почему щупальцевый не двигается на запах живого мяса. Неужели потерялся?
Поднимаю взгляд — и замечаю отряд городской стражи, которых из-за угла как раз вытолкнули тавры под предводительством Булграмм.
— Конунг, смотри, каких синекрылых птичек мы нашли! — гудит Великогорыч, каменным сапогом опрокидывая попавшегося под ноги стражника. — Вперед, я сказал!
Стражников всего десять бойцов. Они ощетинились мечами, но применять против гранитных доспехов тавров не решаются, даже когда их нещадно пинают и перегоняют под мое наблюдение. Видимо, эта группа так и не успела добраться до здания Совета, а может ее туда и не посылали. Кто-то же должен был создавать видимость патрульной службы.
Я призываю нового синекрылого легионера. Дневной свет проходит сквозь него полосами.
— Доблестная стража, приветствую, — бросаю я сбитым в кучу стражникам. — Я — король Данила, и квартал Центрального парка временно переходит под мой контроль.
— Король, по какому праву вы здесь с вооруженной охраной⁈ — выкрикивает один из стражников, пытаясь бравиться, хотя голос у него дрожит.
Я отвечаю с улыбкой:
— Решил прогуляться после заседания совета и половить здесь теневых
