не так уж и далеко от моих земель.
Питон качает головой:
— Мы бы рады помочь вам, король Данила. Да только, признаться, мы сами ничего не знаем об отношениях Древнего Кузнеца и Его Багровейшества.
Зар добавляет, чуть пожимая плечами:
— Это правда, король.
Мда, значит, вражда и правда стародревняя, если даже два лорда-дроу, далеко не молодые, не знают её истоков.
— Что ж, хорошего вам вечера, — киваю.
До конца праздника успеваю ещё немного потанцевать с жёнами. Вечер понемногу подходит к концу, гости разъезжаются, и я, взяв Машу под руку, направляюсь в сторону нашей спальни. Остальные жёны щебеча следуют за нами, разговоры, улыбки.
— Всё, пока, — бросаю я коротко, прикрыв дверь за нами с Марией. Из коридора слышится возмущенная возня, но Лакомка тут же берёт инициативу и уводит остальных, в первую очередь, Светку, прочь, не давая им задержаться.
Мы с Машей подходим к постели. Часть простынь порезана, Маша удивлятся.
— Видимо, Змейка тут ворочалась только что, любит она почему-то греть мне место, — пожимаю плечами.
— И правда теплая, — касается Маша простыни.
— Мы все еще не одни? — уточняю я, скользнув мыслью в общий канал.
Маша краснеет и кивает.
Я тут же отрубаю ее связь с остальными жёнами. Последнее, что успеваю услышать в эфире, — недовольное бурчание Светки:
— Ну вот…
После этого в голове наступает тишина, чистый эфир, никого больше. В комнате остаёмся только мы вдвоём. Я делаю шаг ближе, ощущаю Машино взволнованное дыхание и начинаю медленно стягивать белое платье с точеных девичьих плеч. Ткань мягко сползает вниз, открывая передо мной нетронутое тело моей жены, шедевр многовековой селекции русских княжеских родов, и я не тороплюсь, наслаждаясь первыми нашими мгновениями вместе.
* * *
Шпиль Теней, королевство Золотой Полдень
Красивая в облике тигрицы спускалась по винтовой лестнице, ступени мелькали под её мягкими лапами. Навстречу внезапно показался Булграмм. Воевода сразу остановился, отступил в сторону, склонил голову с подчеркнутым почтением и произнёс уважительно:
— Дроттнинг, прошу.
Красивая даже не замедлила шага. Лишь скользнула мимо, махнув хвостом, но не удостоив ответом. Вышла на улицу, вдохнула ночной воздух, затем легко и без усилий взобралась на крышу пристройки. Плавный прыжок, и вот она уже улеглась, удобно устроившись на нагревшейся за день черепице.
Взгляд её устремился к окну спальни Данилы. Свет внутри давно погас, но шторы так и остались незадёрнутыми. Кошачье зрение позволяло различать каждое движение, каждую тень. Она видела всё: очертания тел, движения, ритм. Ягодицы короля-телепата, старательно работающего «во благо рода Вещих-Филиновых», мелькающие между ног его новой жены.
Красивая медленно зевнула, потянулась, облизнула клыки. Она задумчиво промурчала, глядя в окно:
— Дроттнинг, значит…
* * *
Утро встречает свежим кофе в постель. Светка терпеливо дожидается, пока я наконец не открою глаза, и только после этого входит с подносом. Ставит его рядом на тумбочку, сама садится на край кровати и с довольной улыбкой замечает:
— Кофе готовила Змейка, я знаю, что мне с ней не сравниться.
Я довольно ухмыляюсь, беру чашку и делаю пару глотков. Кофе действительно крепкий, густой, сразу бодрит. Умеет кофеварить наша Мать выводка. Кстати, что-то ее вчера толком не видел, хотя она ведь рядом все время была.
Маша сонно зевает, щурится и вдруг, спохватившись, поспешно прикрывает грудь одеялом, смущённо опуская ресницы:
— Ой, простите…
— Да за что извиняться? — задорно смеётся Светка. — Размерчик-то ого-го!
В комнату заглядывает Камила. Бросив взгляд на довольную Светку, брюнетка сразу оправдывается:
— Я пыталась её удержать, Даня, но ты сам ее знаешь.
Я лишь отмахиваюсь, не желая превращать утро в лишние разборки:
— Ладно, ничего страшного. Нам все равно пора вставать.
Камила переводит взгляд на Машу, присматривается к ней внимательнее:
— Ой, Маш, ты такая уставшая. Тебе нужно срочно коктейльчика попить. Сейчас я тебе приготовлю…
— Даня совсем не жалел? — подмигаивает Светка бывшей Морозовой, отчего та уже чуть ли не с головой прячется под одеяло.
Оставив девчонок втроём, я одеваюсь и ухожу к себе в кабинет. Сажусь в кресло, но мысли в голове путаются. Всё наслаивается одно на другое. Нужно наконец заняться Троеглазом. А еще не мешает проведать Рвачей — их после ранения перевезли в Херувимию. И, разумеется, висит камнем вопрос с Кузней-Горой. Скоро о заглянувшей к нам в гости железяке узнает Гумалин, и тогда попробуй удержи бородача, чтобы он не сорвался и не отправился паломничать «на прародину казидов».
Пришлось еще полистать накопившиеся бумаги, затем с зевком выхожу на балкон. Внизу Маша, явно приободрившаяся после коктейля, спаррингует со Светкой. Выходит у бывшей княжны Морозовой очень даже неплохо. Маша в ледяном доспехе, Светка в огненном — и ледяная королева отлично держит удары огненной королевы, не сдается, идёт в обмен. Настя уже рядом, переминается с ноги на ногу у барьера и нетерпеливо ждёт своей очереди.
Лакомка подходит ко мне, кладёт голову мне на плечо и с довольной улыбкой произносит:
— Мелиндо, смотри какая Маша молодец. Держит себя в форме.
— Да, — соглашаюсь я. — Она не просто спаррингуется. Она изучает техники Светы и Насти, чтобы взять на себя роль главной среди младших жен как самая высокородная из них.
Внизу Маша заканчивает раунд с Настей и сразу подзывает Камилу:
— Камилочка, подлечи меня, пожалуйста! Я тут ушиблась немного.
Брюнетка подходит и начинает исцелять гематому на плече Маши. Я замечаю, как внимательно она следит за руками Камилы, а потом на свои наручные часы. Засекает скорость лечения. Ну, умница же!
Вдруг по мыслеречи стучится Гумалин:
— Шеф, я хочу взять небольшой отпуск. Завтра собираюсь на поиски Кузни-Горы.
Вот и приплыли.
* * *
Мазаки, вот Маша разогревает «сестер»:
Глава 5
Кремль, Москва
Царь Борис сидел во главе длинного овального стола, за которым обычно собирался Совет Безопасности. Сегодня же кресла по обе стороны пустовали. Тишина в зале нарушалась только гулом кондиционера. Наконец постучавшись вошел Владислав Владимирович.
— Здравия желаю, Государь… О, Борь, мы одни что ли?
— Одни. Садись, Влад, — Царь кивнул брату.
— А почему ты именно здесь решил встретиться? — спросил Владислав Владимирович, усаживаясь по правую руку от Государя.
— Потому что речь идет о безопасности всего Царства, — коротко и жестко отозвался Царь, будто отрезал. — А где еще стоит обсуждать такие вопросы как не на
