и выбора у меня особого нет. А если бы был — я вновь вызвал бы тупого молокососа на поединок, чтобы раз и навсегда уничтожить угрозу существованию человечества как вида, — ответил Шен, вначале спокойно, но с каждым словом все яростнее. — Стоило терять руку для того, чтобы показать всему миру свою беспомощность?
— До вас не доходят новости? Я убил дрейка электричества, поглотив часть его сил, — закатал я пустой рукав, показывая отросток. — Теперь меня не убить. Разве что кто-то сумеет оторвать мне голову или разрубить пополам, но это крайне маловероятно.
— Шестилап мертв? — не скрывая удивления, спросил бывший ректор. — Это ужасно. Последний сдерживающий горилл фактор потерян. Что ж, поздравляю. Холодная война с царством горилл проиграна из-за одного урода, решившего уничтожить наше стратегическое оружие. Больше некому охранять северную границу от настоящего вторжения.
— И не нужно. Мы сами пойдем в наступление, как только будем готовы.
— Угодите прямо в их ловушки и умрете от неисцеляемого отравления. Сгорите в бреду, не понимая, где истина, а где ложь, — последнее он произнес с явным удовольствием. — Но академию я, так и быть, возглавлю. Конечно, божество никто не сместит, но после вашей смерти я смогу постепенно, за пару сотен лет, вернуть себе влияние. А там и клан Гуанг в Гуй можно переименовать, сократив пару букв.
— Хватит. Я не выйду из себя и не стану с вами драться, давая возможность самообороны. Господин Шен, мне не нужна ваша жизнь, но нужна служба на пользу острова, под моим началом. Сопротивление сейчас приведет только к большим жертвам и катастрофе, сравнимой с демоническим нашествием.
— Даже не собирался вам вредить. Вы худший враг самому себе, — ухмыляясь, сказал Шен. — Рано или поздно вы слишком зарветесь, залезете в какую-нибудь жопу и там умрете. А я просто подожду. Столько, сколько понадобится. Пока же сделаю все от меня зависящее, чтобы восстановить академию.
Глава 23
Разговор с ректором отрезвил меня, вернув с небес на землю, и даже внесенный в зал череп гигантского дрейка не радовал так глаз, как мог всего несколько минут назад. Новая угроза со стороны Гэге сейчас, когда еще не решился вопрос с происходящим на острове — крайне нежелательна. Обстоятельства опять подгоняли меня вперед, не давая времени передохнуть и подготовиться. Но мы уже и так загнали себя сверх меры.
— Господин, желаете куда-то отправиться? — спросил у меня стоящий у ворот воин. Я не сразу понял, к чему вопрос: захочу и пойду, как всегда делал. И лишь спустя секунду вспомнил, что я больше не студент и даже не командир крошечного отряда безумцев. Я глава клана в три тысячи человек, а с учетом союзных сил — во все четыре. А это не только возможности, но и обязанности. В частности — меня в походе теперь должно сопровождать не меньше одного десятка воинов.
— Да, оставайтесь здесь, возьму гвардейцев, — ответил я, перехватывая контроль над золотыми статуями, стоящими тут же, у ворот. — Отдыхайте, ребята. Два дня есть, потом снова в бой.
— Как прикажете, господин, — отошел в сторону неудавшийся сопровождающий. Не то чтобы я не доверял ему, как и любому другому из воинов, принесших клятву клану, но я не только глава клана, но и командующий божественной гвардией. Этот статус мне важен не меньше, а может, и больше, чем первый. Ведь мир изменился.
Боги из эфемерного нечто, никогда не отвечающего на молитвы прямо, стали существенной силой. Бог. Единый в двух лицах. Изредка вмешивающийся в политику смертных и дающий существенные силы, которые я исчерпал во время сражения с дрейком. Как их сейчас восполнять?
В интерфейсе имелась шкала «Воплощение», находящаяся рядом с полосками крови и выносливости. Весьма удобный инструмент, жаль только, непонятно как восполняемый, в отличие от двух других. Проще всего было с последней, выносливостью — отдохни, выспись, покушай, и все у тебя станет хорошо. Кровь вырабатывалась костями и ядром Сюэ-ци в достаточном объеме для использования, хоть и требовала пищи. А вот воплощение оставалось загадкой.
В прошлый раз при использовании я истратил полный столбец, на самом дне которого сейчас виднелась едва заметная голубая полоска. И это за три дня спячки! Выходит, что ее нужно подзаряжать активными действиями, а не отдыхом, и вряд ли найдутся мастера, готовые объяснить это лучше, чем неко. К которым я и направлялся.
— Господин Гуанг Валор, Сцилла рада приветствовать вас в своем доме. Чего вы желаете? — спросили в голос шесть женщин и девушек-кошек, сидевших на невысоком помосте в доме удовольствий. — Мы впервые за долгое время сумели устроить достойное празднество с достаточным количеством мяса. И хотя понимаем, что это не просто так, благодарим вас за столь щедрую плату.
— В таком случае вы будете рады услышать, что клан Гуанг готов взять ваш народ в полноправные союзники, предоставив доступ к своим домам на внешней территории, загонам скота и учебным классам. Объединив наши народы под одним флагом, мы сможем стать куда сильнее, к тому же вы не потеряете собственной независимости.
— Но править будете вы, верно? — усмехнулась одна из неко, гордо вскинув носик. — Нет, это недопустимо, мы вольный народ, а не слуги.
— Для того чтобы оставаться вольным народом, вам придется объединиться с нами. В любом случае остров объединится под одной рукой. И тогда всем кланам придется слушать своего предводителя. Вам же я предлагаю полное сотрудничество. Не хотите служить? Помогите мне завоевать ваших старых слуг — анубисов, гаров и гиен. Их общая численность больше вашей в три раза, но своим прошлым ударом мы значительно ослабили силы противника. Осталось развить наступление и принудить их к миру на наших условиях.
— Быть равными, но не слугами? — переглядываясь, спросили кошки.
— Верно, как есть генерал армии или командующий фортом, так вы останетесь правительницами своего народа, а кроме того, получите власть над другими. Уверен, столь щедрого предложения вам не давал ни один клан.
— Так и есть, — нехотя ответила Сцилла. — К нам приходили все главы великих кланов, но, в отличие от вас, они были куда тактичнее и начинали издалека, интересуясь нашими нуждами и желаниями. Нам претит столь прямой и грубый подход к переговорам, но как не прислушаться к зажигающему и гасящему солнце? Мы обдумаем ваше предложение.
— Тактичность это
