когда другие, более нежные цветы, давно гибнут. Думаю, то же можно сказать и про вас.
Ольга Валерьевна не протягивает руку за розой и лишь бесстрастно произносит:
— Я слышала, что у вас есть невеста из королевского рода майя, Ваше Величество. Полагаю, именно ей эти розы понравятся куда больше. Такой подарок будет уместнее в другом адресе.
Эйрик хмурится, не зная куда теперь девать розу.
— Кажется, я начинаю понимать, почему вы так загорелись этим делом. Скажите, вы вызвались добровольцем? Взяли эту нагрузку по собственной инициативе?
— Именно так, — отвечает Ольга Валерьевна. — С вашего позволения я немедленно приступлю к своим обязанностям главного секретаря, Ваше Величество.
Сделав лёгкий реверанс, она разворачивается и уходит, качая золотой косой.
Эйрик хмыкает себе под нос и всё же отдаёт розу подошедшей служанке, не заметив, как та падает в обморок от счастья при мысли, что король Винланда подарил ей цветок. Не задерживаясь и не оглядываясь, сам король размашистым шагом направляется во дворец, думая, что эту схватку королю Даниле он не намерен проигрывать. Уж слишком очарователен приз в ней.
* * *
Я переношусь в портальный зал Багрового дворца вместе с жёнами, Грандбомжом и леди Габриэллой. Переход проходит штатно, без сбоев, а между тем Ауст и Зела занялись подготовкой и разведкой к новой военной кампании, чтобы взять в осаду Кузню-Гору. Древний Кузнец утонул в магме не без моей помощи, да только его обитель наверняка оснащена лучшей системой безопасности.
Прежде чем принимать доклады от командующих и вникать в ход операции, мне нужно закрыть ряд важных дворцовых дел. Их немного, но на нашей анонимности держится, насколько Организация посмеет вмешаться. К тому же Ломтик заслужил жареную утку, и этот вопрос тоже нельзя откладывать — мотивация личного состава важна. Малой ловко переправил короб с Печатью в наше хранилище, и Организация пока что ничего не заподозрила.
Диана пока что на руках у наших полевых медиков. В портальном зале её сразу принимают местные Целители, и Камила автоматически берёт процесс под свой контроль. Я прекрасно знаю, что с Дианой всё в порядке и угрозы жизни нет, но всё равно правильно, чтобы Камила лично занялась своей прародительницей и довела восстановление до ума. Да, Диана цела, серьёзных повреждений нет, однако она глубоко измождена, перегружена и выжата до предела. В таком состоянии оставлять всё «как есть» нельзя.
Проводив взглядом Целителей с носилками, я подхожу к леди Габриэлле. Спрутик уже находится в её тени: чёрное щупальце лениво оглаживает крылатую блондинку по бедру, а она, не замечая этого, всё внимание сосредотачивает на мне.
— Король Данила?
— Спасибо вам за помощь, леди Габриэлла. Вы помогли напугать и даже прогнать Организацию. Это было вовремя и по делу.
— Это вы прогнали Организацию, — отвечает Габриэлла. — А я должна была увидеть это лично. Иначе просто не смогла бы себе этого простить.
— Вы вместе со Спрутиком неплохо мне помогли, — отмечаю я.
— Спрутик принадлежит вам, — горячо возражает Габриэлла, непроизвольно взмахнув золотыми крыльями. — Я лишь помогаю и действую в рамках вашего поручения. Он слушается меня именно потому, что так было задумано вами.
Тут рядом нарисовывается Светка. Она в камуфляже, на бедре разорванная ткань, из-под которой вызывающе сияет голое бедро — ни царапины. Светка усмехается и говорит:
— Ой, хватит скромничать, голубка. Мой муж бы не дал тебе Спрутика, если бы ты не могла с ним совладать.
Габриэлла расцветает и смущённо лепечет, что признательна мне за доверие и за возможность быть полезной именно в таком качестве.
Я отвечаю коротко:
— Окей, леди.
И отпускаю крылатую блондинку. Бывшая Соколова нарисовалась вовремя. Светка умеет располагать к себе нужных людей и делает это интуитивно, без расчёта, но с неизменным результатом. Леди Габриэлла сейчас как раз нужна — и потому, что она способна контролировать Спрутика, а на это, на самом деле, способны немногие, и Светка совершенно правильно сделала, расположив её к себе похвалой.
Другое дело, что Светка всегда действует через возмущение и напор, умудряясь делать возмутительным тоном даже комплименты людям, и это, как ни странно, работает. Тот же Багровый Властелин не смел ее ослушаться, а это уже показатель. Мне и то с трудом удавалось заставлять его думать головой, а не пропитой печенью, ну и это не уберегло его от заточения в том странном коробе. Впрочем, я предупреждал его что это ловушка, полубог сам виноват. Посмотрим, удастся ли его спасти.
— Даня, какие будут приказы? — спрашивает подошедшая Маша. Чёрные волосы растрёпаны, она где-то потеряла бронешлем, впрочем, со стихийным доспехом он и не нужен был.
— Сейчас я иду в Тронный зал, — отвечаю я. — Нужно немного помедитировать и привести в порядок ментальный баланс. По Кузне-Горе решения будем принимать после того, как вернётся разведка и появятся первые полноценные донесения. Без фактуры дёргаться смысла нет.
— Конечно, — соглашается бывшая княжна Морозова. И потом вдруг добавляет: — Я рада, что у тебя получилось всё.
— У нас получилось, — поправляю я, приобняв жену за талию, и она согласно улыбается. И правильно. У нас в роду скромных нет. Ну разве что Лена, но и она не позволит другим почивать на своих лаврах.
Я направляюсь в Тронный зал. Здесь пусто и тихо: ни стражи, ни придворных. Высокие своды теряются в полумраке, багровые прожилки в камне медленно пульсируют, будто зал дышит вместе с дворцом. По полу тянутся древние символы, вплавленные прямо в камень, — не украшение, а часть системы, через которую сходятся силовые потоки. Это место силы, и оно принадлежит мне, как и все Багровые Земли. Мои перепончатые пальцы! Ух, ностальгия. Я даже на мгновение ощутил вкус тараканьей похлёбки
Подхожу к Багровому трону. Он массивный, грубый, будто высеченный из застывшей крови и металла. Устраиваюсь на нём и вхожу в медитацию привычно, без спешки, позволяя шуму мира отступить.
В первую очередь проверяю чакру, доставшуюся от Древнего Кузнеца. Она пульсирует, работает активно и уже начинает понемногу пожирать мою энергию — совсем чуть-чуть, без рывков и всплесков, но сам факт никуда не денешь. При этом ментальный жабун Жора не пускает энергию дальше, жёстко ограничивая поток и недовольно квакая. Его логика понятна: мое! Не отдам!
А без потока чакра загнётся, и этого не хотелось бы. Всё-таки любопытно, какую именно плюшку подкинул мне Кузнец напоследок.
Я внушаю Жоре, будто чакра — его икра, и её нужно не растратить, а вырастить. Но и высосать она нас может, потому осторожно кормим малыша. Жора неожиданно загорается этой идеей и начинает подпитывать чакру
