в моих хранилищах? — спрашиваю я прямо, не делая вид, что не понимаю истинной подоплеки действий Хоттабыча.
Масаса слегка краснеет, что для неё редкость. Теперь обе могучие леди стоят с лёгким румянцем.
— Ты, похоже, и сам догадываешься, конунг Данила. Иначе бы не задавал этот вопрос, — магиня Тьмы явно намекает на ту самую Печать, куда запихнули Багрового Властелина.
— Даже не представляю, леди, — специально отрицаю я. — Но одно я знаю точно: я готов предстать перед Правящим советом и в установленном порядке выслушать их официальное решение о введении протокола «Равновесие».
Масаса и Гвиневра переглядываются. Мне сразу становится ясно: протокол пока что не запущен официально, да и Хоттабыч вряд ли собирается запускать его по всем правилам — а то ещё всплывёт на поверхность, что он посеял Печать. Значит, время на подготовку у меня есть.
— Ты вправе это требовать, конунг Данила, — кивает Масаса вопреки той переговорной позиции, которую занимает, да и Гвиневра ограничивается согласным кивком.
И всё же девушки выглядят печальными: Хоттабыч сегодня проиграл, и понятно, кому за это прилетит. Мне становится жаль красавиц, и я решаю спасти их от наказания — заодно подкинув Хоттабычу другого козла отпущения.
— Действительно, — киваю я, — спасибо, что лорд Ясен как-то обмолвился при мне: протокол может быть запущен исключительно решением Правящего совета. А значит, именно перед Советом я и должен предстать, а не играть в закулисные страшилки.
Гвиневра и Масаса заметно расцветают. Я только что дал им отличный и вполне легальный выход — перевести стрелки на Ясена. Воспоминание с моими словами становится для них лучшим доказательством того, будто болтливый друид и стал причиной, по которой интрига Хоттабыча не сработала и не могла сработать в принципе.
Бедняга Ясен. Скоро Председатель будет топить тобой свою баню.
На этом довольные леди и покидают Кузню-Гору. А я передаю всю подоплёку ситуации Маше, и бывшая княжна Морозова звонко смеётся по мыслеречи. Люблю, когда жёны веселятся.
— Классно ты придумал, Даня, — поддерживает брюнетка, и тут же её голос становится серьёзным. — А что ты думаешь насчёт этого протокола? Что хочет получить Хоттабыч?
Я ещё во время посиделок с Масасой и Гвиневрой разложил всё по полочкам:
— Председатель хочет получить Печать от того карманного измерения. Похоже, за пропажу артефакта даже ему может прилететь от Совета. Иначе он не стал бы рисковать и угрожать протоколом «Равновесие» без официального запуска.
Маша хмурится:
— Он придумал это как пугало для тебя.
Я усмехаюсь:
— Да. Может, он ещё что-нибудь придумает, конечно. Но вполне возможно, что он всё же официально потребует ввести протокол, и тогда мне нужно будет засветить его ошибку да сделать так, чтобы Совет с ним схлестнулся.
— Звучит как сложный план.
— Но не невозможный, — усмехаюсь я. — Осталось продумать детали.
— Кстати, Даня, Ольга Валерьевна хотела с тобой поговорить лично.
— А, хорошо.
Позвонить великой княжне занимает ровно две минуты.
— Данила Степанович, вы готовы выступить на Ассамблее Лиги Империй через полторы недели? — сразу переходит к делу Ольга Валерьевна, без раскачки и вступлений. Но тут же, словно спохватившись, добавляет: — Я просто знаю, что вы занятой человек, потому и спрашиваю вот так, сразу.
— Спасибо за оперативный подход, Ваше Высочество, — любезно отвечаю я. — Значит, уже через полторы недели? Мне нужно что-нибудь заранее прочитать?
— Сценарий на триста страниц, — следует ответ.
Я моргаю, но куда деваться — будем учить.
Вскоре Маша действительно приносит этот талмуд. Я сажусь его штудировать, углубляюсь, вчитываюсь, пытаюсь выловить логику Ассамблеи, как тут снова без стука — дверь ведь ещё так и не поставили — заваливается Ледзор.
— Ну что, шеф, по Тэнейо, хо-хо?
— Что-что… — вздыхаю я и достаю из ящика стола портальный артефакт. — Давай уже решим этот вопрос. Ты знаешь, куда переноситься?
— Да, координаты у меня в голове, — морхал тычет себе в висок. — Чилийский кабак в захолустье. Там Тэнейо обещал зависать, дожидаясь нас.
— Он что, пьёт?
— Хрусть да треск, ни в жизнь!
— Ну и странное у него времяпровождение, — хмыкаю я. — Сидеть в чилийском кабаке да ещё и трезвым.
И мы переносимся вдвоём в Новый Свет.
* * *
Окрестности Кузни-Горы, Та Сторона
Света приводит Грандбомжа на поляну, где они вместе с Настей уже постелили скатерть для пикника и расставили закуски. Туда же Настя заранее привела Принцессу Шипов, конечно же специально.
— Ой, какая неожиданная встреча! — притворно удивляется Светка. — Грандик, так это же твоя возлюбленная! Давай садись рядом и поухаживай за ней. Налей клюквенного сока!
Грандбомж послушно садится на скатерть рядом со стальной леди, наливает сок в стакан и протягивает его Принцессе. Однако её протянутая рука-конус протыкает стакан вместе с рукой Грандбомжа.
— Забудьте про сок, — вздыхает Настя, сразу поняв, что идея была так себе.
В итоге Светка быстро перестраивает план: поручает Принцессе резать сыр рукой-конусом, а Грандбомжу — кормить свою возлюбленную с ложечки шоколадной пастой. Ради этого Принцесса усилием воли отводит забрало в сторону, обнажая точёный женский подбородок и чувственные губы.
— Вкусная, — протягивает Принцесса Шипов. — Ещё.
И Грандбомж послушно продолжает кормить её с ложечки.
Настя смотрит на происходящее с волнением, теребя край майки:
— Кажется, свидание всё же получилось!
Света тоже явно довольна:
— Для начала — сойдёт.
* * *
Новый Свет. В моём прошлом мире этот материк назывался Южной Америкой, но здесь это название никого не интересует. В основном его населяют народы, которых в моём мире называли индейцами и которые здесь не были истреблены испанскими конкистадорами. Впрочем, и испанцы свой кусок всё же отхватили — тому доказательство королевство Чили, в одну из деревенек которого мы с Одиннадцатипалым и переносимся.
Заходим в кабак. Внутри почти пусто. У барной стойки стоит чилийская девушка лет девятнадцати — гибкая, лениво покачивающаяся, с отработанной пластикой тела; вырез на платье выставлен напоказ не случайно, а как рабочий инструмент. Взгляд цепкий, оценивающий, поза открытая и обещающая, вся она — настроенная на клиента и на сделку. В глубине зала ещё болтается пара пьяниц.
— Надеюсь, бывший король майя — это не кто-то из присутствующих? — спрашиваю я Ледзора.
Тот чешет бороду и фыркает:
— Конечно, нет. Видимо, Тэнейо ещё не пришёл. Давай подождём его здесь, граф.
Мы едва успеваем усесться у окна, как почти сразу к нам дефилирует чилийская путана и с профессиональной, отточенной улыбкой произносит:
— Как насчёт развеяться, сеньоры? — она поочерёдно оглядывает нас, оценивающе и без стеснения.
Я отвечаю с такой же вежливой улыбкой — мама учила быть вежливыми со всеми:
— Спасибо, сеньорита, но мы здесь по делам.
В этот
