этом не говорила. Но Зорина была слишком уверена в своей новой памяти, так что мы отправились за ней.
— Здесь, — уверенно ткнула она в огромную льдину, возвышающуюся над окружающим пространством метров на тридцать. — Проход здесь!
Зорина подошла к льдине и потянула за едва заметный выступ. Изготовленный, к слову, из металла! Так-то металла кругом было много, так что на него никто внимания не обращал, но конкретно этот кусок мог привлечь моё внимание и раньше. Слишком он походил на ручку. Ладно, подобного мусора здесь было много, не нужно себя оправдывать. Просто в следующий раз буду внимательнее. Наверное.
Массивная дверь открылась настолько легко, словно ничего не весила. Либо имела очень хорошие петли. Зорина отошла в сторону, позволяя всем насладиться неожиданным зрелищем. Внутри льдины, которая выглядела прозрачной, спряталась огромная пещера, обложенная белой биоволокном ксорхов. Подобным волокном слуги герцога Альмира прятали от сканеров свои тайные укрытия на Зурбатане, так что было легко понять, откуда у племянника герцога взялась подобная технология. Причём здесь, на этой глыбе льда, всё было подогнано настолько идеально, что даже сканирование не позволяло определить проход.
Кажется, кто-то очень хорошо изучил мой отчёт о том, каким образом я обнаружил врата предтеч на Зурбатане и исправил все недочёты, превратив своё тайное логово в непреступную крепость даже для моего Эхо. Потому что на присутствие здесь двери не было ни малейшего намёка.
А внутри…
Кажется, давно у меня сердце не билось с такой скоростью. Не знаю, на что копил Ирмал, но делал он это с полным осознанием дела. Внутри были драгоценные камни. Много камней. Никаких металлов, слитков, или прочего мусора, которого полным-полно на каждой планете. Только драгоценные камни, обработанные таким образом, что при попадании на них света возникала непередаваемая игра красок. Никакой синтетики — всё только натуральное. И всё безумно дорогое. Я взял один камень в руку — тёмно-красный, размером с кулак, с идеально отполированными гранями — и долго смотрел на то, как внутри него играет свет. Кажется, у меня в руках то, что может поспорить по ценности с самим эдрианом. Пока тот был ещё в цене.
— Мы не сможем это продать в разумные сроки, — ошарашенно произнёс Вальтер. — Это же… Да ни у одного великого дома столько свободных денег не найдётся, чтобы всё это купить!
— Ирмал грабил не только корабли с артефактами предтеч, — произнёс я, запуская руку в небольшой сундук, набитый синими, как само небо, прозрачными драгоценными камнями. — Но ещё и торговые караваны. Калькулятор, что говорится по поводу драгоценных камней в законах империи? Что-то мне подсказывает, что не всё так хорошо, как нам бы того хотелось.
— Сейчас выясню, — произнёс Векс, удаляясь к «Ультару-2». До ближайшей информационной системы было около получаса, если пользоваться гиперсвязью, так что в относительно разумные сроки мы получим ответ.
Миновав ящики с поистине невероятной находкой, я прошёл дальше. Да, Ирмал определённо собирался спонсировать какую-то важную операцию, потому что кроме гор драгоценных камней здесь находились горы наличности. Самой банальной, в виде зачастую бесполезных бумажек, собранных с разных планет Империи Тирис. Здесь были как имперские кредиты, так и локальные денежные средства конкретных планет, нигде больше не котирующиеся. Пачки, перевязанные верёвкой. Мешки, набитые монетами. Какие-то долговые расписки. Всё это было навалено без какой-либо системы. Складывалось ощущение, что Ирмал тащил в своё логово вообще всё, что хоть немного напоминало о деньгах.
— Ксорх, подойди, — послышался голос Райна. Он начал исследовать пещеру с противоположной от меня стороны и, судя по тону его голоса, найденное ему не понравилось.
Хотя, как могут понравится останки ксорхианцев? Бруты, коронники, части драксов. Всё, что военные тащили в лабораторию для изучения, Ирмал забирал себе и прятал в пещере — авось когда-то пригодится. Миона, что было вполне объяснимо, в останках коронников уже не было. Время его существования вышло.
— Если здесь есть ксорхи, значит есть и предтечи, — медленно произнёс я и повернулся в сторону дальнего края пещеры. Туда, где стояло нечто, похожее на трон. Массивное кресло из тёмного металла с высокой спинкой, установленное на возвышении прямо напротив входа — оттуда открывался вид на всю пещеру целиком. Видимо, у капитана всё было настолько плохо с чувством собственного величия, что он прилетал сюда для того, чтобы усесться на трон и с любовью смотреть на своё богатство. Или не с любовью, а с алчностью. Презрением. Я понятия не имею, что было в голове у безумца, а спрашивать Зорину как-то не хочется. Очень надеюсь, что Ласк ограничит доступ к этим воспоминаниям, а то и вовсе сотрёт их. Некоторые чужие страсти лучше не переживать даже через матрицу.
Однако моим ожиданиям не суждено было сбыться — предметов предтеч в пещере не обнаружилось. Видимо, они были для Ирмала настолько ценными, что он на постоянку таскал их с собой на корабле. Но всего остального, ценного, редкого, необычного, местами отвратительного — этого было завались.
— Что делаем? — я посмотрел на Вальтера.
— Ты у меня спрашиваешь? — удивился тот. — С каких пор я принимаю решения?
— Ты виконт и имеешь хоть какой-то вес среди аристократов, — пояснил я. — Если мы припрёмся со всем этим богатством в большой мир, нас тут же прижмут к стенке. Хорошо, если не прибьют по ходу дела. Тащить все камни нельзя.
— Это логичное предложение, — послышался голос вернувшегося Векса. — Здесь, в ящиках, находятся огранённые равиты и ширманты. Эти камни можно добывать, продавать в необработанном виде, но после огранки они становятся собственностью имперской гильдии ювелиров. Только они имеют право распоряжаться подобным. Собственно, из-за централизованного управления поставками этих камней их цена и складывается. Это монополия. Контрабанда карается сурово. Не смертной казнью, но ссылку на Жердан-4 можно получить легко.
— И что же делают с находками? — нахмурился я, хотя уже знал ответ.
— Их сдают в гильдию ювелиров, — подтвердил мои мысли Векс. — Бесплатно и без вознаграждения. Вот почему здесь так много камней. Ирмал не знал, куда их девать. Закон империи суров даже к пиратам. А у ювелиров, скорее всего, довольно длинные руки.
— Потому что они работают не так, как империя, — задумался Вальтер. — Они готовы сотрудничать с кем угодно, чтобы получить своё.
Очередная монополия. Очередной великий дом, который решил взять под контроль что-то ценное и объявить всех остальных преступниками. Талантливые люди,
